— Что он здесь делает?

Откуда-то изнутри донеслось рычание.

— Где Дмитрий? — потребовал он.

— Блейк, не играй с ним. — Глубокий голос Эмануэля раздался сзади.

Я хотел затянуть это.

— У нас кровный контракт. Ты не можешь убить меня, потому что он аннулируется.

— Это не твоя магия. — Я зарычал и направил на него свой огонь.

Он даже не закричал. Он просто превратился в пепел. Это было слишком быстро.

Все вокруг нас затихло, когда Эмануэль подошел ко мне и сдул пепел.

— Я так рад, что мы тебя не потеряем.

— Он заслужил ужасную смерть.

— Блейк, ты превратил его в пепел.

— Он не почувствовал боли. — Я взмыл в небо и полетел обратно в Тит.

Я тяжело приземлился, а Жако ждал на ступеньках с королем Гельмутом. Свет в комнате Елены был выключен, и я трансформировался обратно в свою человеческую форму.

— Угроза устранена? — спросил Гельмут. Я хотел увидеть Елену, когда натягивал халат.

— Спасибо, и я сожалею о…

— Они были идиотами. Ты предупреждал Бренна, а он не послушал. Иди домой и отдохни. Дай мне знать, если появится еще одна угроза.

Я кивнул. Я не увижу ее сегодня вечером. Халат быстро исчез с моего тела, и я снова превратилась в дракона, стремительно поднимаясь в воздух.

Образы Люциана, утешающего ее, заполнили мой разум, и я выпустил еще один шар розового огня.

Успокойся, Блейк. Он бы так с тобой не поступил. Он бы не стал.

На следующее утро я ел как зверь. Все новостные станции показывали события, произошедшие прошлой ночью во дворце.

Король Гельмут провел пресс-конференцию, но не упомянул моего имени. Он просто сказал, что жизни принцессы угрожала опасность, и что они устранили ее.

Моя фигура дракона много раз попадала в кадр, защищая Елену. Они показали, как я остановил Димми и осветил угрозу.

Его бы выслушали и, вероятно, посадили в тюрьму Бофорт вместе с остальными его темными приятелями. Это была самая крепкая тюрьма в Пейе, построенная специально для таких темных Драконианцев, как он.

Табита плюхнулась передо мной.

— Напряженная ночка, я вижу.

— Не надо, пожалуйста, — вздохнул я.

— Это как-то связано с моим братом Блейк?

— Да, но не волнуйся, твой брат умный. Его не было ни рядом с особняком, ни во дворце. Скажи ему, чтобы так и оставалось.

— Если я его увижу, я это сделаю. — Молчание затянулось. — Ты ее видел?

Я покачал головой.

— Они когда-нибудь позволят тебе увидеться с ней?

Я снова покачал головой.

— Ты хочешь расслабиться, отвлечься от этого.

Мой взгляд метнулся к ней.

— Ей необязательно знать. Клянусь, я не сделаю этого с тобой.

— Нет, — проговорил я сквозь стиснутые зубы.

Она прикусила нижнюю губу.

— Когда у тебя в последний раз был секс?

Я фыркнул.

— Держись от меня подальше, Табита. Мне это не интересно.

Я встал, потому что у меня просто пропал аппетит. Мне не хотелось признавать, насколько потрясающе звучало ее приглашение, но я не мог так поступить с Еленой. У такого дерьма есть забавная особенность кусать тебя за задницу на более позднем этапе.

Я бы помог себе сам, если бы все зашло слишком далеко.

Я проспал до четырех и обнаружил, что кровать Люциана все еще пуста, когда проснулся. Когда он собирался вернуться?

Я поиграл в игру, и около шести; дверь открылась, и вошел Люциан со своей черной кожаной сумкой. Он положил ее на кровать, не сказав ни слова. Даже не поздоровался.

Я не хотел с ним разговаривать, боясь того, что могло сорваться с этих губ.

Он молча собрал свою одежду, в то время как у меня внутри все закрутилось, вызывая тошноту.

Я уронил консоль, когда умер в игре, и с силой потер лицо.

— Каково это было? — спросил Люциан, и мои руки опустились по бокам. Я взял свое пиво и сделал несколько глотков, прежде чем со стуком поставить его на стол.

— Блейк? Спросил Люциан.

— Что ты почувствовал? — Я рявкнул на него, и он прищурился.

— Что, черт возьми, с тобой происходит? Я же сказал, что не сделаю этого с тобой.

— Я не глухой, Лу. Я слышал все, блядь, что происходило в ее комнате в эти выходные. Ты часто так делаешь, заходишь в ее комнату, ведешь глубокие беседы? Скажи мне, сколько раз всплывает мое имя?

— Это не так, мудак. Зеленый — не твой цвет.

— Что бы ни случилось, черт возьми. — Я плюхнулся на кровать и почувствовал на себе взгляд Люциана, когда закуривал сигарету.

Молчание затянулось, и Люциан вздохнул.

— Ты хочешь правды.

— Будь осторожен с тем, что собирается сорваться с твоих губ.

Он фыркнул с улыбкой.

— Я не боюсь тебя, Блейк. Было бы легко завалить ее, потому что, что бы ты ни сделал с этой девушкой на другой стороне, ты что-то сделал с ней, и я не имею в виду это положительно.

Она заслуживает лучшего.

— Ты думаешь, я этого не знаю. Я, блядь, застрял здесь из-за гребаного приказа Деклана. Ты хочешь завалить ее, Люциан.

— Я сказал тебе, что не сделаю этого. Чего ты не понимаешь? Я не такой эгоист, как ты. Ты испортил все, что было между мной и Арианной, Блейк. Поверь мне, я хотел бы расторгнуть это дурацкое соглашение, потому что теперь я вынужден жениться на ком-то, кому я никогда не доверюсь и никогда не полюблю. Надеюсь, ты держишь свой член в штанах, потому что клянусь тебе, Блейк, если ты собираешься причинить Елене такую боль, я сделаю то, что должен.

Мои ноздри раздулись, и, прежде чем я смог остановить себя, спина Люциана врезалась в стену.

Он не дрогнул, но пристально посмотрел на меня.

— Не связывайся со мной. Ты, может, и мой кровный брат, но она — моя всадница. Я не буду сидеть в стороне и смотреть, как она счастлива с кем-то другим. Ты понимаешь это.

Он покачал головой.

— Тогда держи свой член в штанах.

Я отпустил его и вошел в ванную.

Я схватился за край раковины. Костяшки моих пальцев побелели, и если бы это было на другой стороне стены, раковина раскололась бы надвое.

Успокойся, Блейк. Я сделал несколько глубоких вдохов.

Когда я вышел из ванной, то почувствовал себя лучше. Хорошая дрочка еще никому не вредила. Я почувствовал себя легче.

Люциана в постели не было. Вероятно, он жаловался кому-то из своих приятелей.

Я плюхнулся на кровать и закурил еще одну сигарету. Мой кэмми лежал на прикроватном столике, и я схватил его, включив, чтобы послушать песни. Мне нужно было изменить свои мысли, но в тот момент я боролся с собой.

Было отстойно, что я даже не мог поговорить с ней в эти выходные, она была рядом.

Я искал эту песню. Название группы появилось на экране, и мои глаза пробежались по музыке, которую они написали. Я просмотрел названия и нашел «Fix you». Я нажал на эту кнопку, и это была песня, которую она слушала.

Это была отличная песня, и мысль о том, что этот парень — Лунный Удар, снова пришла мне в голову.

Если он и был Лунным Ударом, то не знал об этом. Он также мог быть Драконианцем, и его способность видеть будущее была на высоте. Но видеть ее жизнь было тревожно. Одним из законов Пейи было то, что мы не могли обрести славу по ту сторону.

Я сомневался, что этот парень знал, кем он был.

Я слушал эту песню снова и снова и жалел, что нет способа спеть ей серенаду.

— 30 -

ЕЛЕНА

Остаток месяца я тренировалась с Девоном. Я становилась сильнее и быстрее. Неуклюжесть исчезала по мере того, как улучшалось мое равновесие.

С каждым днем я все быстрее взбиралась на вершину каната и даже бегло управлялась с некоторыми видами оружия, такими как сай и нунчаки. Они не врезались в мое тело, как раньше в начале. Мое тело по-прежнему нуждалось в ванне с английской солью два раза в неделю, чтобы избавить мышцы от любых болей, а Бен по-прежнему приходил залечивать синяк под глазом или разбитую губу, но я становилась лучше. В конце месяца я чувствовала себя под кайфом, готовой встретиться лицом к лицу со зверем, но только для того, чтобы повалить Чака на землю, когда появился мой второй тренер. Я довольно неверно охарактеризовала ее, поскольку она была такого же роста, как я, с карнавально-рыжими волосами и карими глазами. У нее были полные губы и крепкое телосложение.

Я не знала, чему она собиралась меня научить, поскольку двигалась она не так быстро, как Девон.

— Медвежонок, это Миа. На самом деле она твой профессор «Искусства войны» в Драконии.

Она протянула мне руку для рукопожатия. Я крепко сжала ее.

— Приятно познакомиться с тобой, принцесса. Так ты собираешься приручить Здоровяка, да?

— Здоровяка? — Мой взгляд метнулся от Мии к папе.

Она рассмеялась.

— Так мы его называем.

Рубикон не мог быть в Драконии. Он был еще недостаточно взрослым, но, с другой стороны, он был Рубиконом. Он мог начать свое обучение в раннем возрасте.

— Думаю, все зависит от того, насколько хорошо я буду учиться, профессор.

— Зови меня Миа.

— Тогда, пожалуйста, зови меня Еленой.

Папа и Миа рассмеялись.

— Я вижу, наш любимый принц Тита подражает тебе, Елена.

Мы сразу же приступили к тренировкам, и у меня заболела спина от того, сколько раз она бросала меня на мат или держала мертвой хваткой.

Я никогда больше не стану судить о книге по обложке.

Однако она была очень дружелюбна и хихикала каждый раз, когда протягивала мне руку и помогала подняться.

Следующие несколько недель она учила меня, как выходить из ее захватов. Было странно, что она начала свои тренировки с того, что защищалась, выходила из захватов и не учила меня захватам.

Мы много говорили и о Рубиконе. У него не было ни одной слабости. Это не было хорошей новостью, но в уголках ее губ появилась слабая улыбка.

— Ну, может, она у него и есть.

Она встала, и я последовала за ней.

— Какая именно?

— Это тебе не поможет, Елена.

— Не будь такой? Мне нужна любая помощь, которую я могу получить.

Она усмехнулась.

— Это не принесет тебе никакой пользы, так что забудь, что я это сказала, хорошо?

— Хорошо, пусть будет так. — Я вздохнула, и мы продолжили тренироваться.

Во время моих занятий я все еще испытывала трудности с зельями и заклинаниями. Наука стала легче, но я боролась с магией, поскольку еще не знала языка. Его было так сложно выучить.

Я также многое узнал об анатомии всех драконов.

Ночной Злодей был дышащим кислотой. Они любили болота, и от них пахло гнилой едой. Я могла только представить. Они были чешуйчатыми и коварными. Как мой отец мог претендовать на такого, будучи человеком без способностей?

Лунный Удар предсказывал будущее, но не было никого, кто мог бы предсказать будущее моей линии крови. Как драконы с другой стороны, так и Фокс, который теперь был мертв. Они также были удивительными следопытами и дышали молниями.

Затем был Солнечный Взрыв. Они были рыжими и одержимыми девственницами и золотом. Все ценное притягивало их как магнит. Они дышали красным пламенем, которое имело синий оттенок.

Зеленый Пар мог убеждать всех, у кого есть сердцебиение. Таня была Зеленым Паром, и они могли легко забирать воспоминания. У меня она вышла из себя, потому что запаниковала, когда попыталась отнять мои. Некоторые сказали бы, что она была слишком близка ко мне. Она слишком сильно любила меня и отняла у меня немного больше, чем намеревалась. Они также вдыхали зеленый пар, который, по их словам, был таким же смертельным. Пар был похож на хлороформ или другой тип хлороформа, поскольку у этого газа не было цвета, но у хлороформа были зеленые пары. Их чешуя была зеленой.

Последним из хроматических был Снежный дракон. Дракон Блейка был снежным драконом. Они были самыми маленькими из всех драконов и дышали леденящим морозом, который превращал все в лед. Они были чрезвычайно умны и хитры. Способностью Блейка был лед? Я бы никогда так не сказала, поскольку помнила тепло, исходившее от него, когда возвращалась в Пейю.

Он был как печь. Должно быть, это противоречие.

Металлические были благородными существами, хорошими, добросердечными. Их натура была миролюбивой, и они не нуждались во всаднике, чтобы поддерживать себя в форме.

Чешуя Ласточкокрылых была серебряной, и они получили свое название из-за своих крыльев, которые были той же формы, что и у ласточки. Их способностью было исцеление. Большинство врачей Пейи были Ласточкокрылыми.

Следующим зверем был Ластохвост, и их чешуя была из чистого золота. Пейя считала их мудрыми драконами, поскольку они были такими же умными, как Снежный дракон. Некоторые говорят даже больше.

Папа был Меднорогим. Он отказался показывать мне свою форму, и я провела пальцем по картинке. На макушке у него были два рога. Он был большим, одним из трех больших драконов, а они любили загадки и теории. Многие из них занимались финансами или юриспруденцией.

Четвертым драконом был Огнехвост. Они выдыхали оранжевое пламя с красным оттенком. У них были большие губы и самый красивый хвост, который заканчивался плавником.

Последним был Коронохвост. Они были бронзовыми и действительно могли одним прикосновением показать человеку его прошлое или узнать правду, но они говорили, что это смертельно для людей. Только драконы могли выдержать такой удар.

Последним зверем был альфа, Рубикон. Его чешуя была забавного фиолетово-красного цвета. У него было много усиков вокруг шеи и на макушке головы, которые выглядели как змеи. Это была его грива, и, по-видимому, они были очень чувствительными. Может быть, это та слабость, о которой Миа не хотела мне говорить? Но почему она сказала, что это не принесет мне никакой пользы? С этим зверем все было бессмысленно.

Я вспомнила, как он лежал перед замком в те выходные, особенно в ту ночь, когда я посмотрела на него, а он посмотрел прямо на меня.

О чем он думал? Знал ли он вообще, что это я?

Он был сложнее, чем другие звери. У него были все их способности, но они считали его скорее хроматическим, чем металлическим. Все Рубиконы до него стали темными и чуть не уничтожили мир.