— Она не скажет ему, папа.

Взгляд моего отца метнулся вверх, когда он открыл холодильник.

— В смысле?

— Он не хочет, чтобы она встречалась с кем-то. Вчера он сказал ей, что она встретит кого-то, кто заставит ее забыть обо мне. Думаю, он имел в виду меня.

— Блейк?

— Знаю, что это ключ к тому, чтобы мы стали ближе. Я что-нибудь придумаю. Если дойдет до драки, я воспользуюсь своим убеждением.

— Не надо. Ты не знаешь, что это сделает с ней или с тобой, прежде чем она заявит на тебя права.

Я вздохнул. Это могло быть причиной того, что я дрожал. Она еще не заявила на меня права, и что бы ни образовывало дент, это имело отношение к тому, чего я пытался достичь, завоевывая ее доверие и одновременно безумно влюбляя в себя.

Мой телефон зазвонил, и я понадеялся, что это сообщение от Елены.

Я открыл его и увидел неизвестный номер.

— Мои номер.

— Тебе нужно быть осторожным с ней, Блейк. Она может быть твоей всадницей, но она хрупкая, если не знает ни о чем из этого.

— Да, — сказал я.

Папа поставил передо мной бутерброд, который он приготовил за несколько секунд, а затем прошел в свой кабинет.

Я не знал, что он делал в той комнате, но что-то подсказывало мне, что он планировал величайший побег обратно в Пейю, с Гербертом и Еленой на буксире.

— 12 -

ЕЛЕНА

Я изо всех сил старалась выкинуть Блейка из мыслей, когда пыталась сделать домашнее задание по истории. Я не могла поверить, что сегодня пропустила половину уроков.

В моих наушниках звучала песня Coldplay «Fix You», и мне стало интересно, как бы звучал голос Блейка, исполняющего эту песню.

Браслет всплыл у меня в голове. Я встала из-за стола и полезла под кровать, доставая жестяную коробку.

Внутри был черный пыльный кожаный браслет, идентичный тому, что был у него на запястье.

Как это возможно? Это знак? Знак чего, Елена?

Я не хотела предвидеть, что произойдет в дальнейшем. Боялась, что он дает обещания, которые не сможет сдержать.

Я отправила ему свой номер, но он еще ничего мне не написал.

Перестань думать о нем! Делай свою домашнюю работу.

Я продолжила делать задание по истории, и около шести папа позвал меня вниз на ужин.

Я не знала, как себя вести. Боялась, что, если покажу ему, что со мной все в порядке, он может сложить два и два. Боялась, что у меня не получится справиться с гневом из-за этого жужжащего чувства внизу живота.

Я не могла дождаться завтрашнего дня. У меня кружилась голова от того, что я снова увижу Блейка.

Ужин прошел в тишине, и мне пришлось заставить себя встать из-за стола, не помогая на кухне, так как мой гнев обычно длился около месяца, прежде чем я говорила с папой больше трех предложений.

Я заковыляла к себе в комнату.

— Елена!

Дерьмо.

Я обернулась и посмотрела на отца. Он просто уставился на меня, и я пожала плечами.

— Мне жаль этого мальчика. Но поверь мне, когда я говорю, что это к лучшему.

Я фыркнула, кивнула и развернулась. Он отпустил меня.

Я закрыла дверь и упала на кровать. Вентилятор на потолке с лампочками, загромождающими середину, продолжал вращаться. Я беспокоилась о завтрашнем дне. Отсутствие на половине сегодняшних занятий укусит меня за задницу.

Черт! Что, если они позвонят папе и скажут ему, что я прогуливала занятия. Он живьем сдерет с меня шкуру, а потом выследит Блейка. Это точно.

Я протерла кожаный браслет влажной тряпкой и положила его в сумку.

Телефон зазвонил, и я схватила его. Улыбка расползлась по губам, когда я увидела, что это от него.

Я открыла сообщение.

Черт, там было уже около пяти сообщений. Почему я их не видела?

«Почему ты меня игнорируешь?»

«Извини, я не игнорировала. Ужинала и должна была сделать домашнее задание».

«Какое домашнее задание? Тебя сегодня не было на уроке».

«Да, интересно, чья в этом вина». Мои пальцы скользили по клавишам.

Мы долго переписывались о музыке. Что мне нравилось, и он прислал мне несколько ссылок на музыку, которая нравилась ему.

У парня был стиль.

Я не послала ему «Fix You». Эта песня была красивой, но и грустной, и он мог бы вложить в нее слишком много.

Раздался стук в дверь, и я сунула телефон под подушку и схватила блокнот для рисования, притворившись, что работаю над рисунком, как раз перед тем, как папа открыл дверь.

— Уже почти десять, Елена. Отбой.

— Как раз заканчиваю. — Я подняла блокнот для рисования.

— Хорошо, — пробормотал он, слегка скривив уголок рта. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — пробормотала я, и он закрыл дверь.

Его шаги протопали по коридору к его комнате, и когда его дверь закрылась, я схватила свой телефон и написала Блейку, что папа только что пожелал спокойной ночи.

Мы пожелали друг другу спокойной ночи через несколько минут после этого.

Я изо всех сил пыталась уснуть. Я была слишком под кайфом. Было такое чувство, будто я приняла какой-то любовный наркотик и не могла вывести его из организма.

Я никогда раньше не чувствовала ничего подобного и продолжала прикасаться к своим губам. Мой первый поцелуй был таким, каким я только могла себе представить. Ладно, не целиком. Я не хотела, чтобы это происходило в тенистом уголке леса, но это определенно было волшебно.

Я не могла этого объяснить. От его губ к моим пробежал какой-то ток, и хуже всего было то, что у меня не было поцелуев, с которыми можно было бы это сравнить.

Я закрыла глаза, слушая музыку Блейка. Ему нравились the Goo Goo Dolls, Imagine Dragons, а больше всего ему нравилась группа под названием Mumford and Sons. Это звучало очень похоже на папину музыку, но слова затронули струны моего сердца, когда я вслушалась в текст, и с этими словами я унеслась в неизвестность.

На следующее утро я проснулась рано, натянула джинсы и рубашку с длинным рукавом и свою парку. Я посмотрела на себя в зеркало. Почему я? Я не Хлоя Бишоп. Она красивая, а я… кем была я? Я знала, что не подхожу для Блейка Лифа, и у меня под ложечкой скребся страх, что он пойдет дальше, когда обнаружит, насколько скучной была моя жизнь.

Я вздохнула, ущипнула себя за щеки и нанесла немного блеска на губы, прежде чем схватить сумку и спуститься вниз за миской хлопьев.

Папа все еще был в своей комнате, но на кухне горел свет. Кофеварка закончила первый цикл, и я налила себе чашку и взяла миску с хлопьями и молоком.

Папа пробормотал свое доброе утро, а я улыбнулась ему и сказала свое.

Мы вместе позавтракали, а после он отвез меня в школу.

Мое сердце замерло, когда я вылезла из грузовика и нигде не увидела Блейка. Возможно, он боялся папы.

Грузовик отъехал, и я помахала папе рукой.

Отлично, Елена, сделай это более заметным, не так ли?

Я наблюдала, как его грузовик въезжает в ворота, а затем направляется ко входу. Хлоя напугала меня, и я не хотела узнавать, что она приготовила для меня сегодня. Вчерашняя серенада не могла быть сладкой.

Дерьмо! Я бросила сумку на ближайшую скамейку и села, потирая лицо, когда откинулась на спинку.

— Доброе утро, солнышко.

Я подпрыгнула, когда рядом со мной раздался голос Блейка. Я даже не услышала его.

— Прости, — извинился он, и его сладкий мускусный аромат коснулся моих ноздрей. Боже, от него хорошо пахло.

— Все в порядке, доброе утро. — Я улыбнулась.

Он положил руку мне на плечо и притянул ближе к своей груди.

Его теплые губы коснулись моего виска, и покалывание снова распространилось по моему телу, согревая.

— Итак, ты ускользнул от мисс Тейлор?

— Я же говорил тебе, что ни за что на свете не собираюсь вступать в ее маленький драматический кружок.

— Ты талантлив, Блейк.

Он усмехнулся.

— Да нет. Я не создан для театральной сцены.

— Понимаю, но ты создан для музыкальной сцены. — Это прозвучало неправильно.

— Да.

— Расскажи мне о своей группе?

Он усмехнулся.

— Как мне это объяснить? Они — кучка неудачников, но лучшие парни, которых ты когда-либо встречала.

— И?

— И что?

— Уверена, что у них есть имена, или ты называешь их неудачник номер один, два и три.

Он усмехнулся.

— Ладно, хорошо, ты довольно серьезно относишься к этому.

— Ну, я уверена, что хотела бы узнать больше, чем просто твои губы, так что да.

Он улыбнулся, и у него появились такие же вертикальные ямочки у глаз, как у папы.

— Ладно, Айзек что-то вроде нашего менеджера, но он лучше всех играет на гитаре.

— Лучше, чем ты?

— Конечно, лучше.

— Хорошо. — Я усмехнулась. — И менеджер, значит, ты даешь концерты?

— Да, да.

— Почему я раньше не видел тебя ни на YouTube, ни где-либо еще?

— На противоположной стороне Америки, не забывай.

— С твоим талантом должно быть хотя бы одно видео на YouTube.

— О, есть. Вчерашнее.

Я рассмеялась над тем, как его лицо расслабилось от всех эмоций, когда он это сказал.

— Еще есть Тай, но он немного заводила и полный идиот. Джейми — это Джейми. — Он усмехнулся. — Трудно подвести итог.

— Хорошо, так когда я с ними встречусь?

— Как-нибудь на днях.

— Ты немного подумал об этом, не так ли?

— Да, твой папа полюбит меня, когда встретит.

Я усмехнулась, сомневаясь в этом.

— Хочешь поспорить?

— Держу пари, ты не знаешь моего отца.

— Я знаю достаточно.

С какой стати это прозвучало так, будто он знал что-то, чего не знал я?

— Ладно, хорошо. На что ты хочешь поспорить?

— О, не так уж много. Просто на то, что ты останешься со мной, если я прав.

Я не смогла удержаться от смеха над этим.

— Тебе лучше бы иметь в виду каждое слово, Блейк Лиф.

— О, так и есть.

Я схватила его за подбородок и поцеловала. Откуда взялась эта уверенность, ну, должно быть, из-за его превосходных навыков исполнения серенад в день Святого Валентина в кафетерии.

Поцелуй прервался, когда я вспомнила о браслете.

— О, пока я не забыла. — Я полезла в сумку и открыла передний карман, доставая браслет.

Я показал его ему, и его взгляд задержался, а брови нахмурились.

Он провел большим пальцем по кожаным ремешкам, и что-то другое заменило удивление и любопытство в его глазах. Это было очень похоже на страх.

Он снял свой браслет и поднес их друг к другу.

Он перевернул его, пока я продолжала смотреть ему в глаза. Его глаза встретились с моими, и беспокойство, или страх, или что бы там ни застилало его взгляд, исчезло и сменилось улыбкой.

— Что?

— Я же сказала тебе, я не сумасшедшая.

Он вернул мне мой.

— Почему ты его не носишь?

— Да, мой папа не фанат этого, так что, думаю, это был подарок мамы.

— От мамы?

— Да.

— Когда ты в последний раз ее видела?

— Думаю, мне было около двух. Я не помню ее, но у меня есть ее фотография.

— Как она выглядит?

— Она красивая. У нее светлые волосы и самые голубые глаза, которые я когда-либо видела. Честно говоря, я совсем на нее не похожа. Иногда мне кажется, что мои родители украли меня и сбежали, и что мой папа убегает от моих биологических родителей.

Блейк приподнял бровь, глядя на меня.

— Я шучу. Поверь, папа показал мне мое свидетельство о рождении и все такое.

— О, ладно.

— Что?

— Уверен, что они могут подделать свидетельство о рождении, если захотят.

Мое тело застыло, когда я посмотрела на него.

— Я шучу, Елена!

— Лучше не надо.

— Почему у меня такое чувство, что ты не делишься со мной всем о своей жизни?

— Например, о чем?

— Ты сказала, что твой отец убегает, а не переезжает из-за своей работы.

Черт, Елена.

Я вздохнула и опустила голову, уставившись на свои ботинки, которые пинали сорняк, пробивающийся сквозь камни.

— Елена?

— Ладно, я солгала. Папа переезжает не из-за своей работы. Он переезжает, потому что что-то преследует его. Я просто не знаю, что?

Он покачал головой.

— Три месяца — это предел?

— Да, мы никогда не оставались дольше трех месяцев. Если он действительно параноик, иногда раньше.

— Ты не знаешь почему?

Я покачала головой, и Блейк кивнул, когда его взгляд как бы потух, вспоминая что-то.

— Мне жаль, что ты проходишь через это. Жизнь без друзей не может быть замечательной.

— Да, ладно. Он продолжает говорить мне, что скажет, когда я буду готова. Я просто боюсь, что он думает, что я никогда не буду готова.

— Это может случиться раньше, чем ты думаешь.

— Надеюсь.

Прозвенел звонок, и Блейк первым поднялся со скамейки и подошел со мной к моему шкафчику.

Он походил из стороны в сторону, пристально разглядывая шкафчик, подняв глаза к потолку, прежде чем открыть его. Ничего не произошло.

— Ты не выглядел таким уверенным насчет этого. Я думала, ты ясно дал это понять Хлое.

Он усмехнулся.

— Просто хочу убедиться.

Я схватила свои учебники и сунула их в сумку.

Он быстро поцеловал меня в губы, когда наши пути разошлись.

Мои щеки вспыхнули, когда все девочки мечтательно уставились на меня, когда я отправила на первый урок за этот день.

— 13 -

ЕЛЕНА

Прозвенел звонок, и я убрала учебник по биологии в сумку, встала и последовала за остальным классом к двери.

Чья-то рука схватила меня, и я врезалась в грудь Блейка.

Он схватил меня за руку и быстро потянул в направлении выхода. Мое сердце пустилось вскачь. Он собирался доставить мне столько неприятностей.

Мы выбежали из школы, и я увидела три машины, заполненные людьми, когда Блейк повел меня к джипу.

— Куда мы едем?

— Повеселиться, перестань так сильно волноваться. — Он открыл заднюю дверцу джипа, и я забралась внутрь первой.

Блейк устроился рядом со мной.

— Елена, ребята, ребята, вы знаете Елену.

— Привет, Елена, — сказал вчерашний блондин.