Я возвращаюсь домой только через пару часов. Немного покаталась по городу, постояла в вечном заторе у торгового центра, послушала громкую музыку. Отпустило.

По пути заезжаю в любимую кулинарию, чтобы купить морковный торт и эклеры. Пирожные настолько свежие и аппетитные, что, клянусь, еле довожу до дома в целости и сохранности. Так и хочется откусить кусочек! Попробовать.

Я чувствую сожаление из-за того, что накричала на маму. Планирую помириться. Как бы там ни было, она хочет как лучше и не заслуживает моих срывов. В последнее время я веду себя невыносимо. Самой от себя тошно, но ничего не могу с этим поделать! Ну почему Андрей просто не мог изменить мне? Это было бы так просто и понятно.

В машине тепло, я снимаю бомбер. Машинально бросаю взгляд на рукава водолазки – на них пятнышки крови.

Передергивает от этого зрелища. Так за себя стыдно, что я вновь кидаюсь расчесывать руки, но торможу себя.

Вдох-выдох.

Пожалуй, немного отдыха нам не повредит, поэтому я звоню в любимый спа-центр и бронирую нам с мамой массаж. Она знает о моей ненормальной привычке наносить себе вред, расчесывая руки. Правда, в последний раз такое было во время защиты диплома в университете. Я думала, что победила.

Больше об этой слабости не знает никто. А, лгу. Денис Гончаров в курсе.

Как он умудрился ворваться в столь узкий круг доверия?! Уму непостижимо!

Входная дверь заперта. Стучусь – никто не открывает. Сразу же начинаю волноваться. Боже, что я наделала! Оставила ее одну после обморока!

Поворачиваю ключ в замке.

– Мама? Мам, у тебя все в порядке? – спрашиваю громко.

Быстро, даже не разуваясь, пролетаю по коридору, заглядываю в комнаты, но мамы не обнаруживаю. Зато нахожу теплый грибной суп на плите. В духовке печется мясо с картофелем. Судя по таймеру, мама ушла вот только что, минут пятнадцать назад. На столе записка: «Позвони ему. Унизься. Потом спасибо скажешь. Я поехала домой, не буду мешать. Люблю тебя! Мама».

Ниже приписано: «Тебе уже двадцать семь!»

А, окей. Мне объявили бойкот. Вдруг остро хочется швырнуть эту кастрюлю с супом в стену!

Вместо этого я сажусь за стол, смотрю на пакет со сладостями. Попробовала бы мама сама жить с эмоциональным банкротом! Ни душевных разговоров, ни объятий! Ни признаний в любви. Никогда и ничего! Соседи, партнеры, любовники. Но этих ролей оказалось недостаточно, чтобы превратить нас с мужем в «близких людей». Чего-то не хватило, какого-то одного звена.

Андрей сильный мужчина, любое проявление слабости для него табу. С одной стороны, это хорошо: он акула бизнеса. С другой… Я всегда думала, что он надежный. Но разве можно чувствовать себя в безопасности с человеком, когда не подозреваешь, что у него на уме? Который может просто уйти навсегда.

Сминаю записку и выбрасываю ее в мусорное ведро.

Я бы пригласила Наташу в спа, но руки…

Позвать Дениса? Я в красках представляю себе эту картину, и вдруг становится так смешно!

Этот двадцатидвухлетний мальчишка метеором ворвался в мою жизнь. Такое ощущение, что его вообще ничего остановить не может. Я очень стыжусь своей нервной привычки ранить себя, он же о ней узнал почти сразу.

Схватил меня, потом давай советы раздавать непрошеные. Еще и обиделся искренне! От последнего я, честно говоря, обалдела!

Поначалу испугалась, когда он набросился. Страшно стало. Но он будто и не собирался насиловать.

Высказался, главное, и ушел, хлопнув дверью! Словно мы с ним женаты двадцать лет и я ему должна хоть что-то!

Пропал на два дня. Я уж думала: все, одумался солдат. Так нет же, сегодня снова позвонил и накатал сообщение.

Такой стра-а-анный. Что ему от меня нужно? Секс понравился? Не могу сказать, что как-то особенно старалась. Все было естественно. Да, горячо, но я больше о себе думала. Это был спонтанный секс со случайным мужчиной. Зачем мне было ему нравиться?

Но Денис отчего-то старался.

Говоришь «уйди» – он лезет. Понятия «личные границы» не слышал ни разу.

Ну как можно быть таким, а? Откуда он вообще взялся?

Ничего не понимаю.

Почему я в принципе так много о нем думаю? Смешно. Если бы мама узнала, с кем в постели я проснулась в первый день свободной жизни, она бы точно от меня отказалась.

Кухню плавно заполняет аромат печеной картошечки. Я размышляю над тем, куда деть такое количество еды. Телефон вибрирует на столе. Я вдруг хватаю его и подношу к уху.

– Привет, – отвечаю на вызов бодро. – Чего хотел?

Денис молчит секунду.

– Вау, ответила.

– А ты звонил, просто чтобы звонить? Без цели поговорить?

– Звонил сказать, чтобы ты себе ничего не выдумывала. И скрутил я тебя не с целью там какой-нибудь. Я не по этой части. Извини, Ксюша, если напугал. Не подумай, что я хотел причинить тебе вред. Мне, напротив, показалось, что ты хотела причинить вред себе.

– Это не твое дело.

– Допустим, пока не мое.

Мне становится так смешно! Это его «пока» на грани идиотизма.

– Но штука-то нездоровая, Ксюш, – продолжает он. – Если хочешь поговорить, то давай увидимся. На нейтральной территории. Лапать не буду.

– Тебя вообще ничего не остановит, верно?

– Просто позвонил узнать, как дела. Без цели. Телефончик оставила, вот и позвонил.

Четыре раза за день.

– Много времени свободного?

– Пока да. Может быть, с понедельника его станет меньше. Надеюсь.

Дальше мы молчим. Я в красках представляю себе выражение его лица. Вот сто процентов хочет что-то добавить, но при этом анализирует, чтобы я не фыркнула. Подбирает слова. Это вдруг кажется таким милым!

Я разбанила Андрея в четверг – он так и не позвонил мне. Наверное, много работы. Занят.

– В семь часов у меня спа. Не хочешь составить компанию?

– В плане… обертывание, депиляция, пилинг? – с сомнением спрашивает Денис. – Это типа такая полоса препятствий?

Скептицизм в его голосе веселит еще больше.

– Мне – да. Обертывание, масочка. Тебе – сауна, бассейн. Но если хочешь, то сделаешь и пилинг.

– Ладно, – говорит он осторожно. Словно пытается понять, в чем подвох. – За тобой заехать?

– Увидимся на месте. Не опаздывай.

– Не опоздаю.