Про то, что мне нужно наконец сменить персональное оружие, Старик напомнил сам, лично. Как потом оказалось, ему было не лень просматривать соответствующие сводки, и когда шеф увидел, что я еще не сдал старые стволы, то в категоричной форме потребовал от меня идти в оружейный отдел и срочно выполнить необходимые формальности.

Оружейная у нас – это что-то, и рассказывать о ней надо особо и не здесь. Скажу лишь, что однажды наш арсенал привлек внимание каких-то уголовных типов. Глупых, как потом выяснилось. Из ориентировки стало известно, что некий злоумышленник из мест не столь отдаленных передал на волю своему подельнику подробную схему нашего оружейного склада. Более того, разработал четкий план проникновения туда. Не буду тут пересказывать, как была пресечена сама идея, подчеркиваю, именно идея, а не попытка вторжения в оружейную, скажу лишь, что система внутренней безопасности у нас просто супер. А посему должен официально сообщить: «Господа воры, грабители и бандиты. Не искушайте судьбу, и упаси вас Господь нападать на нашу оружейную комнату». Путь к арсеналу прикрыт несколькими кордонами спецподразделений, охранной электроникой, дверями из спецсплава, хитрыми запорами. И далеко не самый последний аргумент – наши охранники. Они не уступят во владении штатным оружием элитным бойцам президентской гвардии.

Феликс Флэгг, или FF, как его иногда называли, – хранитель нашего арсенала и главный специалист по персональному оружию, напряг меня по полной программе: прочитал лекцию и провел познавательную экскурсию. Со скуки, видимо – все-таки оружейная не то место, где всегда можно найти достойного и благодарного слушателя.

– …вот здесь у нас собран общедоступный арсенал, – вещал явно довольный Феликс. – Говоря «общедоступный», я имею в виду то, что он порадует как знатока современной стрелковой техники, так и обычного сотрудника, вроде тебя.

Я проглотил обиду и не среагировал на «обычного сотрудника». Мне нужно было как можно скорее покончить с этим процессом и получить свои стволы, инструктаж и допуск. Но FF явно никуда не торопился. Останавливать же его, торопить или прерывать было никак нельзя – с него станется, может и на внеплановую переподготовку меня отправить. Он сумеет – это вполне в его власти.

– Это – наш музей, – продолжал Феликс, с таинственным видом проводя меня в очень большую комнату, всю заставленную стеклянными шкафами. – Проходи, не стесняйся. Вот смотри – легендарные АН-94 «Абакан», 9А-91 и приглушенный АС-9 – «Автомат специальный», заточен под девятимиллиметровый патрон. Европейские А-2 Para и FA-V3, загадочный М8 Compact – с виду дрель дрелью, но в реальности перед тобой лишенная приклада модификация ХМ8, преемника М-16. Вот нехорошо прославленный китайский Т-97, плюс менее известные наименования, позже можешь ознакомиться, если захочешь, конечно. Деление на классы здесь вполне заурядное: штурмовые винтовки, SMG, пистолеты, пулеметы, парочка лихих гранатометов. Врожденным снайперам с ними, я думаю, делать по большому счету нечего – оптика устанавливается практически на всякую пушку, но разве какой-нибудь ничтожный М-36 будет реально соперничать с Barret М99? Правда, если еще учесть бронированные косяки… Да, вот это – первые в истории очки ночного и теплового видения…

Довольно скоро я начал пропускать пояснения мимо ушей, не забывая кивать головой и вставлять краткие реплики, типа «ну надо же» или «ничего себе». Феликсу этого было вполне достаточно. FF был отличным инженером, электронщиком и механиком. Говорят, что однажды он собрал парализатор из миксера и бытовой соковыжималки, но после ранения ушел с оперативной работы и занял довольно скромную должность начальника главного хранилища ручного оружия, а по совместительству – заведовал музеем. Вообще-то выбор начальства был правильным – Флэгг являлся ходячей энциклопедией вооружения, а от всевозможных стреляющих, взрывающихся и изрыгающих огонь изделий просто фанател.

– А сейчас смотри сюда, Пол: вот это – один из наиболее часто применяемых образцов нелетального лучевого оружия – микроволновой пистолет. Он предназначен для выведения из строя любой электроники при помощи высокоэнергетичных импульсов электромагнитного излучения. Идея основана на том, что, начиная примерно с конца прошлого века, управление автомобилем в той или иной степени находится под контролем микропроцессоров. Любая паразитная наводка приводит к всплескам напряжения в микросхемах и выводит их из строя, и, как следствие, машина теряет управление, что и позволяет легко ее догнать. Этот образец способен выжечь на фиг все чипы автомобиля на расстоянии до трехсот футов, представляешь? Конечно же, у нас он давно снят с производства, сейчас в ходу более совершенные модели, но у преступников пользуется популярностью и все еще в употреблении. Некоторые страны, что интересно, его производят до сих пор. Кстати, это относится и к другим образцам, недаром же наш музей посещался даже самим президентом.

Пока FF наслаждался своим красноречием и моим вниманием, я оглядывал интерьер. Как же все-таки скучно и тоскливо у нас оформляют закрытые ведомственные музеи. Это что, соображения экономии или есть какая-то специальная секретная инструкция на сей счет? Вообще-то в помещении музея надо бы поменять все оборудование и мебель – какие-то они стародавние, явно приехали еще из нашего прежнего здания.

– Теперь тайзеры, – продолжал FF, подведя меня к другой группе стендов. – Нелетальное оружие, ранее широко использовавшееся полицейскими, спецслужбами и военными, проводящими свои операции в условиях города. Различные модификации тайзеров применялись полицейскими во всех странах мира уже давно, но имели множество конструктивных недостатков. Основные изъяны заключались в том, что старые модели поражали цель на расстоянии не более двадцати футов, причем после каждого выстрела их необходимо еще и перезаряжать. Вот вариант электрошокового ружья Stun Strike, способного поражать цели на расстоянии до пятидесяти футов, а вот другая модель – с дальностью поражения до трехсот футов. Хотя тоже считается нелетальным оружием, но с ним всегда возникали проблемы – кое-кто после воздействия отбрасывал тапочки. Кстати, эти тайзеры «стучат» на владельца – газом при выстреле выносятся индивидуальные молекулярные метки. Ежели придет в голову дурацкая мысль напасть с такой штукой, то считай, на месте происшествия свой паспорт оставил… Ладно, хватит лирики, пошли кое-что новенькое покажу.

Мы вышли из музея, прошли в коридор, миновали несколько дверей, и наконец FF привел меня в обширное полупустое помещение без окон и со звукопоглощающими стенами. Посередине огромной комнаты к тонкому металлическому шесту проволокой был прикручен какой-то голый мужик с завязанными глазами, загипсованным ртом и заклеенными ушами. Чуть в стороне стояли три клетки с белыми крысами и легкий столик, из тех, что люди обожают брать с собой на природу, для пикников. Феликс открыл большой встроенный в стену сейф и достал оттуда пару обычных черных перчаток:

– Наш Старик сам, лично просил, чтобы я снабдил тебя чем-нибудь особенным и компактным, а потом обучил и натренировал. Смотри сюда. Вот электрошокеры последних моделей для спецподразделений, для нас типа. Видишь? Очень мощное кистевое устройство, вмонтировано в перчатки. Правая и левая – обе рабочие. Снаружи ничего особенного, обычная кожаная пара.

Надев перчатку на свою руку, FF сжал кисть в кулак, и между выступающими костяшками с громким треском проскочила мощная искра.

– Управляется большим пальцем. Разряд, действуя на важнейшие мышечные зоны и нервные узлы противника, дает кратковременную, до пятнадцати минут, парализацию мускулатуры. Области воздействия – большие грудные мышцы, шея, паховая область, спина – ну, в инструкции все подробно. Ты видел боксера в нокдауне? Вот так примерно – такой же эффект, и ты становишься «тяжеловесом» с нокаутирующим ударом. При полностью заряженном аккумуляторе можно произвести не менее двухсот разрядов, после чего заряжается от электросети в течение часа.

Затем Флэгг раскрыл ладонь и снова сложил руку, но так, будто показывал «козу». Между пальцами опять проскочила бело-голубая искра.

– А такой разряд часто вызывает полный обморок, в крайнем случае болевой спазм мышц и шок, вследствие чего объект на время теряет всякую способность к активным действиям. Если объект находится в перевозбужденном состоянии – после принятия алкоголя, наркотических или психотропных веществ, то эффективность значительно возрастает, в отличие от газовых и пневматических средств, которые вообще малоэффективны, так как тело противника имеет сниженную чувствительность. Все же знают, что основная часть нападений обычно совершается в состоянии наркотического опьянения. При полном разряде, особенно в области грудины, возможна остановка сердца, поэтому нужно быть осторожным… Данное оружие можно использовать несколькими способами. Ну ты потом прочитаешь инструкцию.

Сделав паузу, Феликс снял перчатки, аккуратно положил их на столик и с видом эстрадного фокусника достал из сейфа какой-то маленький яркий предмет.

– Вот этот уникальный электрошокер. Миниатюрные размеры, может быть замаскирован под любые мелкие предметы повседневного обихода. У него маленький, но очень мощный источник питания. Есть варианты в виде авторучки, губной помады или пачки жвачки. Есть даже маскировка под пачку презервативов. Внешний облик оружия совершенно не ассоциируется с шокером, что обеспечивает дополнительное удобство повседневного ношения, безопасность и конспирацию. Свободно помещается в дамскую сумочку или в карман одежды, да вообще куда угодно. Разряд средней продолжительности (одна-две секунды) вызывает общие судороги, сильнейшую нестерпимую боль, сбивает противника с ног и ведет к временной утрате контроля над ситуацией. Зато при более сильном разряде (в течение трех секунд) возникает потеря сознания. Я тебе все это сейчас продемонстрирую. Летальный исход исключен… если, конечно, не переуседствовать. Так, а теперь – дистанционное нелетальное оружие. Начнем с этого. Вот смотри: очень мощный парализатор.

Из стенного сейфа Феликс извлек что-то среднее между дамским пистолетом и полицейским бластером.

– Действует надежно, точно и бесшумно, и, заметь, без всякой электроники. Никакие внешние воздействия не страшны. Аккумулятора хватает на сто выстрелов, имеется счетчик и цифровой индикатор, который можно отключать. Вот так берешь в правую руку, как обычный пистолет, вот здесь снимаешь с предохранителя и плавно жмешь на спуск. Замечательное устройство, оружие настоящих мужчин. Давай, попробуй.

Я сделал все так, как меня учил FF, и только снял это «оружие настоящих мужчин» с предохранителя, как оно вспыхнуло и с оглушительным треском разорвалось у меня в руках.

Я временно ослеп, оглох и несколько минут сидел на полу, тупо мотал головой и совершенно ничего не соображал. Уши сильно болели, и мне показалось в первый момент, что барабанные перепонки напрочь разорваны, а я теперь так и буду жить со звоном в голове. Пахло чем-то кислым, а во рту ощущался противный вкус, как будто я перед этим полчаса сосал медную дверную ручку.

Как позже объяснил расстроенный Феликс, кто-то умудрился вместо аккумулятора засунуть внутрь пистолета световой пиропатрон, причем этот кто-то так ловко все настроил, что взрыв возник сразу после снятия предохранителя. Еще чуть-чуть, и мне бы оторвало или обе руки, или голову. Или все это сразу. Появилась неприятная мысль, что я до сих пор жив лишь благодаря редкостной случайности.

* * *

От всего этого возникла какая-то злость. Когда точно знаешь, что тебя пытаются убить, то настроение портится и хочется физически уничтожить своего врага, кем бы он ни был. Удавить своими руками. Тем более, если этот кто-то серьезно решит кого-то прикончить, то, скорее всего, он добьется успеха в своем намерении. Если ему не помешать, конечно. Да, я часто злюсь в последнее время, но как иначе-то? Я на самом деле полагаю, что редко какой оргазм сравнится по эффектности впечатлений с тем мгновением, когда ты ударяешь врага ногой в лицо. Когда мы злимся, то бываем наиболее честными – и перед собой, и перед другими. И меня еще смеют называть мизантропом. В чем-то я перфекционист, и это очень сильно мешает жить. Мне сейчас просто некогда думать о внешнем оформлении своего поведения. Время – наш самый ценный ресурс, поскольку только тратится и никогда уже не возобновляется, и так уж получилось, что на работе мы вынуждены проводить почти треть своего драгоценного времени. Это в идеале, но кое-кто работает и больше. Плохо это, хорошо – не знаю, но раз уж так, то давайте сделаем жизнь пусть не окончательно приятной, но хоть сносной. И не будем создавать дополнительных проблем ни себе, ни тому, для кого наше существование не совсем безразлично. Вся трудность только в том, что работа моя как раз и состоит в разработке всяческих проблем. Я создаю их для одних, ликвидирую для других, освещаю для третьих.

В голову опять лезли всякие гадости и полный бред. Надоело. Потерял где-то свой коммуникатор, потом позвонил в телекоммуникационную компанию и заблокировал контакты. Двигатель в автомобиле продолжает шуметь – кулер там всегда был громким, да и кузов резонирует. Машина каждый день жалуется и напоминает мне, чтобы я сделал ей полный ремонт и профилактику. Движок надо менять, а жаба душит – столько всего покупать. Вот разнылся – это же не мой стиль. Или мой? Это вообще никакой не стиль, а полное дерьмо. Как выяснило служебное расследование, к пистолету, предназначенному для меня, никто не прикасался, кроме Феликса Флэгга, который взял его из сейфа на моих глазах. До того момента сейф находился под охраной и под сигнализацией. Само оружие попало в сейф за неделю до происшествия и тщательно проверялось сразу двумя экспертами. Таков порядок. Причем никто в ту пору еще не знал, что именно этот ствол попадет в мои руки. Бред какой-то. Со взрывом в клубе, как и со срывом лифта, тоже возникла абсолютная непонятность. Полный тупик. Вот только не совсем ясно, при чем тут я? Или опять – случайное совпадение? Надо будет озадачить агента Гарри и запросить информацию у Мадам Сильвы.

Возможно, я даром терял время, бесцельно бродя по улицам, но тогда мне это было просто необходимо. Я старался видеть только то, что хотел, и мне не нужны были чужие чувства и эмоции, я хотел отгородиться и закрыться от них. Я шел по знакомым местам своего города, вспоминая прошлые свои дела здесь.

Я ненавидел этот город. Ненавидел его жителей, постоянно куда-то спешащих и создающих нескончаемые толпы; ненавидел переполненный общественный транспорт – неудобный, скверно организованный, грязный и душный; ненавидел городские дома – бездушные и уродливые, бессистемно натыканные в разных местах.

Я ненавидел улицы города – узкие и нелепо проложенные, вечно забитые транспортом и такими же злыми, ослепленными ненавистью ко всему людьми. Я ненавидел жухлую и чахлую летнюю траву и грязный зимний снег; ненавидел смог над городом и серый городской воздух; ненавидел городские деревья, иссушенные и отравленные выхлопами машин. Машины я тоже ненавидел.

Я ненавидел в этом городе все, но жил в нем, жил со дня своего рождения и пока не собирался никуда переезжать. А город отвечал мне тем же. Город мне мстил, как и миллионам других своих обитателей, он мстил неизменно и ежедневно. Город мстил за пренебрежение, за разрушение своей ткани и своего организма, мстил за нескончаемые стройки, перестройки и земляные работы, подтачивающие основу его существования. Мстил за тонны мусора и горы грязи, ежедневно накапливающиеся в нем, за всю ту злобу и ненависть, что привнесли в него постоянные и временные жители. Город ненавидел своих обитателей, считал их паразитами в своем теле и стремился избавиться от них.

Себя я тоже теперь ненавидел. За трусость и слабость, за боль, причиненную другим.

Навстречу постоянно попадались разнообразные личности, предлагавшие мне неземные наслаждения всего-то за пару сотен кредитов. Ярко накрашенные люминофорами проститутки продавали свой немудреный товар, а их сутенеры, напротив, старались не особо выделяться из окружающей толпы. Они провожали меня долгими завистливыми взглядами – в это время суток клиенты здесь редкость. На углу мило беседовали три «девушки»-трансвестита, одетых вполне нормально и по-человечески, а проявляли себя только тогда, когда прохожий обнаруживал заинтересованность покупателя. Чуть в стороне молодой гей-пассив с тонкими руками и длинными волосами до плеч, никого особо не стесняясь, демонстрировал собственное достоинство какому-то лысому толстяку. Кругом мигали разноцветные огни реклам и вывесок, а музыка била по ушам.

Ночной Город на юго-западе – это рай и ад в одном флаконе. Рай для пикантных развлечений и воистину преисподняя для полиции. Улицы здесь уже давно заполонила толпа девочек, мальчиков и андрогинов, алчущих обеспеченных клиентов. Тут было основное место их тусовки и промысла. Нравы здесь более чем вольные: не обращая особого внимания на окружающих, в барах сидели и целовались взасос практически голые гомосексуальные пары. В нарисованной одежде нагло шастали по улицам транссексуалы «третьего пола» или просто бритые наголо девочки, загримированные под мальчиков, и мальчики, изображающие девочек. На каждом углу пакетами продавали наркоту и тут же на каждом шагу ее потребляли. Раскрашенные во все цвета радуги «меньшинства» всех направлений и категорий выглядели здесь так, что любая добропорядочная проститутка из центра сгорела бы со стыда. Везде мелькали сочиненные дежурным роботом-криэйтором слоганы, убеждающие совершить нужное кому-то действие или рекламирующие разнообразную продукцию. Как правило, откровенно сексуальной направленности: «Всем, кто в теме. 11 октября массовый Coming Out: закрасьте матрицу и заклейте эфир»; «Triple Dick: амбулаторная коллекция»; «Игровые костюмы Penetrator – убей в себе турбулентность и собери рефлексию»; «3D-набор Bondage Set – ожидание абзаца». Здесь всякий любитель острых ощущений мог почти даром пощупать крепкие попки, потискать выпуклые бюсты и другие упругие части тел, реально ощутив себя маленьким гигантом в мире большого секса.

Впрочем, раньше было еще хуже.

Когда после всем известных событий обстановка и самосознание населения, да и само население стремительно изменилось, власти Города сделали ставку на секс-туризм. Они полагали, что такого имиджа стесняться не стоит. Ведь, как хорошо известно, девяносто процентов туристов, ежегодно отправляющихся в тот же Таиланд и вкладывающих в его процветающую экономику миллиарды и миллиарды кредитов, едут туда далеко не всегда для осмотра памятников архитектуры и не только для того, чтобы наслаждаться местной природой. Та давняя история запомнилась очень хорошо еще и по целому ряду причин, имевших значительные последствия. Именно тогда в мои сети попали Сильва и Гарри.

Городское патрулирование и оперативную работу на местности я не любил никогда. Не мое это, не для меня. Я – аналитик, кабинетный работник и книжный червь. Последнее сражение, в котором активно участвовал в качестве оперативника, было дело проституток-отравителей.

В тот памятный месяц в Городе таинственным образом скончались от внезапного сердечного приступа почти полсотни приезжих – командировочных и туристов. Для многомиллионного мегаполиса это вообще-то не статистика, но полицию насторожило то обстоятельство, что, во-первых, все погибшие особых проблем с сердцем никогда не испытывали, а во-вторых, перед смертью все они обращались за секс-услугами. Предстояло в сжатые сроки проверить все развлекательные и увеселительные точки города, а также все легальные и подпольные секс-агентства и бюро добрых услуг.

Все началось с того, что в полицейский участок чуть ли не на карачках приполз один полусонный новозеландский бизнесмен и, едва ворочая языком, попытался поведать свою увлекательную историю. Три раза он начинал свою речь и каждый раз засыпал на полуслове, несмотря на кофе, предложенный полицейскими. Три раза терпеливый дежурный сержант пытался допросить этого пострадавшего. Наконец, в четвертый раз, после специальной инъекции, новозеландец рассказал следующее. Он подвергся ограблению, но при весьма сомнительных и странных обстоятельствах. Накануне вечером привел в номер своего отеля симпатичную девушку, причем не так уж он много выпил – всего-то пару бокалов светлого пива. Однако, проснувшись утром, бедняга не смог даже оторваться от подушки – голова раскалывалась от ужасающей боли, а девушка и несколько тысяч кредитов пропали бесследно – карточка оказалась пуста. Вместе с деньгами испарились и все сколько-нибудь ценные предметы: коммуникатор, компьютер и видеокамера. В ходе беседы вскрылась еще одна немаловажная подробность: пострадавший вдруг вспомнил, что, когда целовал эту девушку, та пропихнула своим языком ему в рот какую-то пилюлю, промурлыкав при этом, что средство сие очень неплохо укрепляет потенцию и весьма хорошо помогает в сексе. Доверчивый бизнесмен таблетку проглотил, но самое обидное для него было то, что он так и не смог вспомнить, отработала девушка полученный гонорар или нет.

Другой случай произошел практически одновременно с этим, только в другом отеле. Когда скорая прибыла на вызов, медики увидели совсем юного гея, прыгающего по гостиничному номеру и скулящего, что его друг повредился в ванной. Проследовав туда, они обнаружили другого парня, который употреблял приспособление, использующееся для прочистки засорившегося унитаза, – вантуз – в качестве фаллоимитатора, чтобы доставить себе сексуальное удовольствие анально. Но из-за передоза снотворного парень стал засыпать на ходу, поскользнулся в ванне и сел… Бедняга погиб – ручка вантуза разорвала прямую кишку, в результате возникло сильнейшее кровотечение, летальная потеря крови и смерть. Но не это оказалось для нас интересным. Потом, почти сразу, вызвавшему медиков парню стало плохо – он уснул, а через непродолжительное время сердце его остановилось. Симптомы оказались такие же, как и в прочих сходных эпизодах. Как стало известно, оба этих парня пришли в гостиницу в сопровождении третьего – смугловатого мальчика лет четырнадцати. По словам портье, этот третий испарился почти сразу – видимо, не захотел ждать приезда бригады медиков. Довольно скоро в полицию стали поступать и иные похожие заявления от приезжих. Так, из номера отеля некоего испанского коммивояжера после визита парня-проститутки бесследно исчезли десять тысяч кредитов. А днем позже в полицейское управление обратился другой гей, также ограбленный при аналогичных обстоятельствах. Далее буквально в течение одной рабочей недели жертвами ограбления стали: один китаец, три африканца, североамериканец и четыре европейца. Были обворованы также пять женщин – четыре энергичных бизнес-леди и утомленная жизнью жена крупного предпринимателя. Причем накануне каждый из потерпевших приводил к себе какую-нибудь проститутку мужского, женского или «среднего» пола. Уже при выходе из бара кое-кто из пострадавших ощущал тошноту и головокружение, однако это состояние с обычным для таких случаев опьянением не имело ничего общего. Особое внимание следствия в этом деле привлек один пикантный эпизод – как рассказывал пострадавший испанец: «Парень попросил, чтобы сначала я полизал его… что потом, уже и не помню…» И если для одних эти утехи закончились только опустевшими счетами, то другим подобные забавы стоили жизни. Уже буквально через пару дней в своем гостиничном номере были найдены мертвыми два голых скандинава-гея – оба погибли вследствие внезапного прекращения сердечной деятельности.

В большинстве случаев пик подобных преступлений приходился на юго-западный сектор Города, представляющий собой скопище всяческих ресторанов, стрип-баров, пип-шоу, секс-клубов, дешевых почасовых отелей и множества ночных заведений самого разного профиля. Выводы напрашивались сами собой: в Городе орудует новая, недавно возникшая, а поэтому доселе никому не известная, но хорошо слаженная банда. Причем объектами ее внимания становятся состоятельные приезжие, а орудием преступления – проститутки разного пола и амплуа. Естественно, что найденные факты вряд ли послужили бы хорошей рекламой как самому Городу, так и туристическому бизнесу в нем, поэтому полиция срочно откомандировала лучших своих сыщиков для проведения расследования.

Начался международный скандал. Полиция не справлялась с навалившимся объемом работ, а действовать нужно было четко, быстро и результативно. Поэтому – как всегда, в последний момент – по настоятельному требованию кого-то очень важного к расследованию подсоединили нашу службу, а мою группу подключили непосредственно к полицейским. Кстати, тогда я и познакомился с лейтенантом Гибсоном, в ту пору еще обычным патрульным сержантом.

Никакой электроникой криминальная группа предусмотрительно не пользовалась, что сразу очень сильно затруднило нашу работу, и до поры до времени шайка оставалась неуязвимой. Пришлось прибегнуть к старинным методам времен Шерлока Холмса и Ната Пинкертона.

Под постоянный оперативный контроль были взяты все развлекательные заведения соответствующей направленности. Визуальное наблюдение проводилось круглосуточно и незамедлительно принесло свои плоды. В первый же вечер среди пестрой толпы около известного своей скандальной репутацией БДСМ-клуба «Терновый венец» моим ребятам удалось заприметить особу весьма странного вида: молодую женщину в компании еще более молодых, весьма симпатичных девушек и юных парней.

Но прежде всего незнакомка обращала на себя внимание обилием всяких разных украшений на светодиодах: толстенная светящаяся цепь на шее, крупные сверкающие серьги, усеянный сияющими точками браслет на левой ноге, пальцы в мерцающих кольцах… Эти побрякушки горели и мигали всеми цветами спектра, отвлекая внимание и мешая наблюдению, но мы сразу же зафиксировали внешность этой дамы и пробили по нашей базе данных. Странное дело, но в базе ее не оказалось. Всю компанию сопровождало четверо крепких мужиков спортивного телосложения.

Несколько дней мы тихо следили и собирали сведения. Обычно эта баба парковала машину чуть в стороне от входа в какой-нибудь модный секс-клуб или заведение с пип-шоу и внимательно наблюдала за сидевшими у стойки или за столиками клиентами. Затем подходила к своей группе и, прикрыв губы рукой, отдавала какие-то краткие указания, после чего быстро возвращалась в машину. Вслед за тем кто-то из молодой компании смешивался с толпой в клубе и исчезал. Все делалось устно, без применения современных средств связи. Через какое-то время сцена повторялась у другого заведения, и когда группа практически таяла, все оставшиеся как по команде разлетались в разные стороны, а сама дама в сопровождении телохранителей спокойно уезжала. По машине ничего полезного установить не удавалось – каждый день бандиты арендовали по поддельным документам новую.

За данной компанией мы следили еще три дня, а потом было принято решение о срочном задержании. Даму арестовали мои ребята: всего одно мгновение – и на изящных женских запястьях замкнуты одноразовые наручники. Чуть позже полицейские замели и всю ее свиту. Сначала женщина категорически все отрицала, скандалила, требовала адвоката и ни на какое сотрудничество не шла. Ее подручные – тоже. Однако после интенсивных допросов в полицейском участке четырнадцатилетний Джоб – хрупкий смуглый паренек с большими влажными глазами и длинными, как у девушки, ресницами, самый молодой из задержанных – полностью во всем признался и раскрыл свои главные профессиональные секреты. Как говорится, «в ходе допроса задержанному были предъявлены неопровержимые улики, в результате чего у него от волнения пошла носом кровь, выпали четыре зуба и сломались два ребра». Парень выложил все, что знал. Да, они действительно обворовывали клиентов увеселительных заведений – туристов и бизнесменов, предварительно «угостив» их сильнодействующими наркотическими веществами. Сам Джоб, по его словам, был в банде всего неделю, а до этого исполнял пип-шоу на сцене одного из третьесортных гей-клубов. «Мы работали по-разному, – рассказал задержанный, – иногда неприметно для клиента добавляли препарат в выпивку, а иногда обильно посыпали наркотическим порошком грудь у девушек и пенис у юношей, после чего просили клиента облизать. Обычно клиент соглашался». Но наиболее результативным считалось следующее: проститутка своим языком проталкивала жертве в рот таблетку со снотворным, клиент глотал, а затем и отключался примерно через полчаса. Именно последствия были абсолютно непредсказуемы, а часто и летальны для клиента.

В ходе расследования выяснилось, что всего только за один месяц жертвами этих бандитов стали сотни две приезжих, причем около полусотни из них погибли. Интересно, что никто из задержанных исполнителей не знал не только имени своей хозяйки, руководительницы банды, но и никогда не видел ее настоящего лица – антураж и умело наложенный грим работали безотказно. Все подручные называли ее просто Мадам.

Как мы установили сразу же после ареста, ранее Мадам возглавляла довольно успешное секс-агентство, а Гарри руководил частной охранной организацией. Потом оба решили немного разнообразить бизнес – Мадам создала и возглавила банду, а Гарри взялся их крышевать. Реальных улик и значимых вещдоков против этой парочки у нас не было, только косвенные, основанные на чужих показаниях, поэтому дело никогда бы не прошло в суде. Грамотный адвокат сумел бы убедить присяжных, что Мадам оказывалась на месте случайно, а Гарри – сам невинная жертва обстоятельств. Однако угроза распространения слухов являлась достаточным аргументом – обнародование собранных против Мадам фактов в виде утечки в СМИ было бы разрушительно для ее бизнеса, а может быть, и жизни. Что касается Гарри, то его, надменного мачо, гордившегося своими мужскими качествами и никогда не появлявшегося без сопровождения парочки гламурных девиц, мои ребята застукали в номере отеля в постели с «мальчиком», причем именно последний играл активную роль. Один только этот факт, будучи опубликованным в каком-нибудь скандальном журнале или на сетевом ресурсе, был бы смертелен для репутации бандита.

Саму Мадам мы потом тихо и незаметно отпустили, причем даже помогли воссоздать сеть ее заведений соответствующей направленности. Я присвоил ей кодовое имя Мадам Сильва, или просто Сильва, и с тех пор она снабжает лично меня бесценной и качественной информацией. Что же касается Гарри, то ему убедительно дали понять, что сидит он на крепком крючке и обоюдное сотрудничество с властью – самое лучшее, что он теперь может себе позволить.

* * *

Я вспоминал все это, пока двигался среди ярко сверкающих кварталов Юго-Запада. Нет, я не сентиментален, если вы правильно понимаете то, что имею в виду. Да, люблю мою страну, но не выношу ее главный город и то, что тут происходит. Я не правый и не левый, не зеленый и не красный, я просто наемный солдат. Хоть и не носил никогда военной формы…

А уже на другой день я дал всем своим агентам указание узнать, кто и зачем пытается ликвидировать некоего Пола Жданова – генерального директора частного предприятия «ЮниКод».