Роль Нолика в моих похождениях была на самом деле чрезвычайно велика, так что я ни в коем случае не пытался принизить ее заслуги. Кто знает, как долго бы пришлось блуждать в поисках информации или просто сидеть на заднице в ожидании... Не считаю себя совсем уж слабым в боевом плане, но в этом мире было чересчур много заковыристых ублюдков, против которых некомантский арсенал был не слишком приспособлен. Так что мне бы, в целом, хотелось эту наглую девицу даже поблагодарить, если бы не ее выкрутасы.

Их я тоже мог понять, хотя и не верилось, что девица так быстро на меня запала, разве что у нее какая-то своя, упрощенная система ценностей, или причиной было то, что я был ее первым и единственным спутником какое-то время. Иначе сложно объяснить, почему она стала ревновать, причем до конца не осознавая, что с ней творится. Но, как бы там ни было, выкрутасы стоит утихомирить. Сейчас она нарочно-специально под видом случайности создаст дезинформацию в расчете на то, что на нее все будут надеяться, а потом подобное чревато результатами похуже... Вопрос остается только в том, как наказать.

— Я закончила, мяу, — объявила девица, отложив остатки металла в сторонку. Пока я размышлял, она успела сварганить и мой заказ, и подобие мебели, и модернизировать катер батареями, а прошло всего-то минут десять.

— Благодарю. Эннет?

— Ня — отозвалась нека-инженер. Пока что мы не пользовались ментальной связью, привыкая применять обычную на тот случай, если на острове наша коллективная телепатия откажет.

— Данные не повреждены? Есть что-то интересное?

— Конечня! Я искала в первую очередь названные тобой запросы, но ключевые статейки защищены, в том числе требуют для открытия сигнатуру некоманта, ня.

— Мне лучше подойти?

— М-м... Пока что рановато. Я все-таки не так уж хороша в этом деле, ня, но минут через двадцать все будет готово.

Отлично. Отрадно знать, что после всех мытарств удастся, наконец, пролить свет на более злободневные вопросы, чем местная история. Конечно, было немаловажным узнать путь нулевиков, но без современного этапа и итоговых событий это мне сейчас мало поможет, лучше уж конкретика по Именам, Амулетам и прочему.

— Мяу? — видя, что я смотрю на нее, Нолик склонила голову и шевельнула ушком.

— Раздевайся.

Глазки девушки открылись чуть шире, но она послушно выскочила из брони, вновь представ передо мной полностью обнаженной. К счастью, здесь, в доках, жидкость была изолирована от океана бронелистами, так что можно было не отвлекаться на внезапное нападение каких-нибудь кракозябр. Мелко дрожа, но не от холода, а от возбуждения, кошечка послушно легла на столик-кушетку из смягченного вербинита.

— Что... Что ты хочешь сделать, мяу?

— А как ты думаешь?

Закусив губу, девушка заерзала бедрами, наверняка представляя что-то пошлое, но я пока что просто пригладил ее волосы и, аккуратно взявшись за кончики ушек, чуть растянул их и потрогал мех внутри.

— Вода не попала в ушки?

— А... Няет, — немного смутившись, девушка не спускала с меня взгляда. — Тебе правда это важно, мяу?

— Конечно. Ты ведь моя кошечка. Моя собственность — следовательно, я должен поддерживать тебя в хорошем состоянии, — сказал я, усмехнувшись.

— Собственнясть?

— Разве нет?

— Няет, это так... Просто звучит странно, — ушки девицы продолжали подрагивать, когда я взял в руку небольшой кусочек металла и использовал «Стихийное зачарование». — Костя, мяу!

Вздрогнув, девушка со смесью удивления и непонимания смотрела на кусочки льда, которые коснулись ее кожи. Проведя от шеи к плечам, я спустился ниже и поводил льдинками вокруг встопорщившихся сосочков.

— Холодно?

— Ню... Необычно, но не очень-то холодно, мяу, — продолжая следить за моей рукой, девушка задержала дыхание, когда я провел льдинкой по ее животику. Растаявшие капельки скользили по нежной коже, собираясь в пупочке Нолика, и я, приблизившись, облизал дырочку и высосал воду, из-за чего девушка тихо ахнула, возбуждаясь от моего касания.

— Освежает, — сказал я, схватив хвостик девицы и проведя шерсткой по губам, вытирая избыток влаги. Сдавленно застонав, девушка свела бедра вместе, задышав чуть чаще, теперь уже не смотря на меня. После установки снаряжения хвост и впрямь поглощал Свет куда больше, чем любая другая часть тела кошечки.

Повинуясь «Приказу», Нолик раздвинула ножки, открывая вид на влажную из-за обилия смазки киску, по направлению к которой и отправился кусочек льда. Поводив по лобку, я сместил льдинку и коснулся клитора на пару секунд, после которых будто бы невзначай дотронулся до бугорка пальцем. Вцепившись в столешницу до побеления костяшек, кошечка сдавленно мяукнула, отрывисто дыша, но боялась сказать хоть что-то, боясь того, что я прекращу. Чередуя холод льда и тепло своих рук, я ласкал кошечку, медленно, круговыми движениями водя по бугорку пальцами, а порой и раздвигая половые губки льдинкой.

— Какая ты сейчас послушная. Я даже могу передумать тебя наказывать.

— Няет! — вздрогнув, девушка умоляюще посмотрела на меня, и тогда я коснулся ее чуть приоткрытого рта остатками льдинки, которую нека стала жадно посасывать.

— Но теперь наказания будут и впрямь наказаниями. Я ограничу тебя, если ты и дальше нарочно не будешь стараться в полную силу.

Кошечка молчала, просто смотря на меня, лишь ее хвостик тихо шуршал по поверхности металла.

— Твоих замашек тоже касается. Я мог бы понять твое желание меня оттолкнуть, пока высасывание было чересчур сильным, но скоро оно сведется к минимуму, и ты станешь моей полноправной любовницей. Не нужен никто другой, только ты и я, — склонившись ближе, я зашептал на ушко девушки. — Ты будешь как и раньше без ума от моей близости, а я буду трахать тебя, пока не смогу насытиться твоим чутким телом. Наполню тебя семенем и буду продолжать до тех пор, пока тебе не будет больно свести ножки вместе.

Девушка шумно сглотнула, затем, словно пытаясь проверить, свела ножки вместе и все еще внимательно разглядывала меня.

— Или все же это твое истинное отношение? Ты считаешь себя выше других?

— Дя, мяу. Вы все слабее. Я мяугу перемолоть толпу в одно мяугновение, создать нявероятные сооружения! — эмоционально произнесла Нолик, обдавая мое лицо своим жарким дыханием. Ее губы скривились в довольной ухмылочке.

— О. Ты думаешь, что и в этот раз я возмущусь и захочу взять тебя силой, лишь бы ты заткнулась?

— А разве няет? У тебя встал, мяу. Ну же. Заткни дурную самку, посмевшую подвергнуть сомнению твою доминацию, мяу! Поставь ее на место, заставь стонать и скулить, вынуждая думяуть лишь о твоем грязном члене вместо своих сверхвозможнястей! Заставь ее ползать по полу, перемяузанную в твоей сперме, и умоляющую трахать ее снова и снова, мяу! Ой, — заморгав, кошечка побледнела.

— Не удивляйся. Просто заставил тебя сказать, что было на душе, ты ведь полностью в моей власти, — ответил я, улыбнувшись. — Настолько давит бремя твоей ответственности и силы, что тебе хочется, чтобы кто-то другой был рулевым?

Смутившись, Нолик не сразу нашла в себе силы посмотреть мне в глаза после того, что наговорила. Нет, она бы, возможно, и сама это сказала, но одно дело, когда собеседник знает правду, а другое — когда ты просто поддерживаешь образ.

— Дя... У меняу дырявая башка, а все от меняу что-то хотят, надеются... Так еще и я сама хочу, чтобы на меняу полагались, но... Не слишком, мяу, — грустным голоском сообщила Нолик. — И тебя хочу, мяу, чертов собственник. Чем больше путешественниц, тем мяуньше вероятность, что ты захочешь выбрать совершенство для удовлетворения своей похоти, мяу.

— Видишь? А надо было всего-то поболтать, — хмыкнув, я коснулся половых губок девушки и стал нежно ласкать пальцами. — Но ты все равно накосячила, так что придется потерпеть.

Вжавшись в стол, девушка, казалось, меня не слушала. Закрыв глазки, она развела ножки шире, чтобы я мог ласкать ее беспрепятственно. Тихо мурлыкая, Нолик издавала тоненькие стоны, когда мои пальцы теребили ее возбужденный клитор, порой погружаясь внутрь дырочки; когда я видел, как девушка начинает дышать чаще, я прекращал, затем вновь возобновлял игру, то радуя неку касанием своей ладони, то погружая внутрь нее пальцы. Смотря на меня с мольбой, приправленной желанием, кошечка жалобно мяукала, но я оставался непреклонным. Второй раз, третий, пятый...

Часто дыша, нека, казалось, уже начинает сходить с ума из-за того, что я не даю ей кончить, но больше не пытается спорить. Возможно, она уже нырнула с головой в нашу игру, все больше предвкушая сладость от момента, когда я все-таки позволю ей достичь оргазма. Вовремя.

— Ой, срамота какая, нян, — вошедшая Оудетт улыбнулась и, подойдя ближе, стала жадно рассматривать Нолик.

Брюнетка протяжно мяукнула, понимая, что прямо сейчас я с ней точно заканчивать не буду, переключившись на приглашенную мной кошечку. Не в силах даже помастурбировать, Путешественница лежала на столе, сгорая от неудовлетворённого желания и ощущения зависимости.

Оу подошла ближе и, проведя пальчиком по животу Нолик, повернулась ко мне. С тихим шелестом одежда соскользнула на пол -моему взору вновь предстало тренированная фигурка мечницы. Точеные мышцы атлетичного тела слегка смягчались женственными очертаниями, но я и без созерцания столь прекрасного зрелища был уже невероятно возбужден. Щелчок — и наниты вернулись в браслет, давая девчонкам посмотреть на налитый кровью член.

Нолик капризно захныкала, увидев мой прибор, а Оудетт бережно обхватила фаллос у основания и стала медленно мне мастурбировать, смотря в глаза.

— Нян... Надеюсь, ты скучал по моей узенькой щелке?- шевельнув хвостиком, девушка нетерпеливо коснулась им мой кожи.

— Только это? А как же отголоски чувств?

— Конечно, Костя, нян. Просто Кейт учила ме-ня всяким пошлым фразочкам, — хихикнув, сказал Оудетт. — Наполни меня своим молочком! Трахай меня, трахай! Еще, не останавливайся! — звонко закричала девушка, став наяривать мой член усерднее.

— О-о... И впрямь, видна ее школа.

— А то, нян. Кстати... Можно я попробую? — спросила девушка, коснувшись ноги Нолик.

— Можно, только не сильно — она наказана.

— У-у, а ты бываешь суровым, нян.., — покачав головой, мечница подошла к столу с другой стороны и, слегка пододвинув к себе брюнеточку, наклонилась. Шершавый язычок Оу медленно и эротично облизал влажные от смазки губки второй кошечки, после чего Оудетт скользнула внутрь дырочки и стала жадно вылизывать Нолик внутри.

Взвизгнув, брюнеточка стала громко стонать, не ожидая подобной прыти, но, как я и просил, Оудетт быстро остановилась, с хитрецой смотря на удивленную любовницу.

— Почемяу? Ты... Ты ведь мяугла просто заняться любовью с Костей, вместо того, чтобы развлекать мяуня, — отдышавшись, спросила Нолик, со слезками на глазах благодарно поглаживая мечницу по голове между ушек.

— О. Нян. Мне, скорее, просто любопытно. Сестренке очень нравится, когда ей лижут между ножек, поэтому я ради интереса оцениваю реакцию других, нян. Мне самой больше нравится, когда... Да! Когда вот так вставляют, мр-р-р, — обернувшись, кошечка облизнулась, поглаживая меня по рукам, которыми я удерживал ее попку. Да, я больше не мог терпеть и, воспользовавшись тем, что Оу нагнулась, подставляя свои дырочки, резко вошел в нее.

— А-ах! Нян! Ты не лгал, когда говорил, что соскучился! Божечки... Быстрее! Отдери ме-ня хорошенько, не сдерживайся, нян! — шумно дыша, мечница держалась за Нолик, отчего та покачивалась в такт моим движениям. С завистью смотря на то, как я трахаю Оудетт, брюнеточка вновь замяукала, выпрашивая удовольствие и для себя. Только вот Леди Оу, вновь опробовавшая мой член, не собиралась так просто меня отпускать: ее хвостик плотным кольцом опутал основание фаллоса, а мышцы влагалища сжимались каждый раз, когда я входил, чтобы добавить мне ощущений. Крепко вцепившись в девушку, я трахал ее все чаще и глубже, каждый раз пропихивая разбухшую плоть в девственно узкую дырочку, отчего стало ясно, что долго я не продержусь. Да и бонусом отголоски удовольствия девушки приятными волнами резонировали с моим собственным удовлетворением, и мы даже перестали говорить, просто наслаждаясь тем, как наши тела слились в жажде заполучить простое животное удовольствие.

Высунув язычок, Оудетт вновь занялась киской брюнетки, все еще без сил лежащей перед нами. Присосавшись к клитору, мечница ввела внутрь Нолик пару пальцев, затем еще один и продолжала поступательно двигать ими внутри любовницы, наблюдая. Пытаясь скрыть приближающийся оргазм, брюнеточка до крови прокусила губу клычком, но волны удовольствия, растекающиеся по ее телу, были слишком сильны, чтобы их можно было скрыть. Издавая громкие стоны, эхом отзывающиеся в сводах доков, кошечка прижала ушки к голове и удерживала голову Оудетт с нежностью, шепотом благодаря за доставляемое удовольствие. Стоило признать, что Оу и впрямь, похоже, была мастерицей куннилингуса, хотя... Кто может лучше знать, как доставить удовольствие женщине, чем другая женщина? Да еще и столь тщательно отрабатывающая все приемы на сестрице...

Наблюдая за тем, как соблазнительно покачивается грудь мечницы, как ее ушки мелко вздрагивают каждый раз, когда член достает до матки, Нолик стала мяукать громче. Ее смазка оставила дорожки в промежности, сформировав уже небольшую лужицу любовных соков под девушкой, а алые губки и клитор, казалось, доведут хозяйку до оргазма, стоит мне только коснуться ее. Оторвавшись от эпизодических оральных ласк, Оудетт полностью сосредоточилась на своих впечатлениях, закрыв глаза и подмахивая мне попкой. Расставив ножки чуть шире, девушка перестала сжимать мышцы, чтобы я мог входить быстрее и чаще, так что, как только мечница вцепилась в столешницу, я разогнался до предела; слыша, как мило понякивает и мяукает моя любовница, я удерживал темп до тех пор, пока все сильнее и дольше резонирующее ощущение удовольствия не накрыло нас с головой. Вот оно! Обхватив кошечку сзади, я крепко прижал ее к себе, зарывшись в ее волосы и вогнав член на всю длину. Обняв мои руки, нека прижалась ко мне спинкой, будто мы и впрямь сейчас составляли с ней одно целое... Жар, крышесносящее блаженство и чувство близости и нежности, с каким Оу благодарила меня без слов, тихо урча и протяжно тихо постанывая, переживая отголоски нашего не только общего, но и совместного оргазма.

Став мурлыкать громче, Оудетт в итоге разлеглась на столике, потираясь ушками о ноги Нолик, а сладкая истома продолжалась еще несколько десятков секунд; лишь после этого хвостик мечницы отпустил мой фаллос, который я нехотя вытащил, заодно шлепнув по подкачанной попке неки.

— Я... Я тоже хочу так, мяу! — подала голосок Нолик, красная от смущения и возбуждения. — Костя! Я больше тебя никогда не подведу, мяу! Кошечки не врут! — продолжала говорить девушка, смотря на меня с надеждой.

— Ох, не будь таким строгим, нян. Если она сказала, то так и будет, нян, — ласково прошептала Оудетт, водя пальчиками по лобку Нолик.

— Хм... Ладно, вставай, совершенство.