Мама купила в магазине маракуйю и предложила нам с папой попробовать.

– Ма-ра-куйя, – опасливо протянул папа, косясь на коричневый фрукт, лежащий на блюдечке. – Звучит как барракуда. Как бы она меня не съела.

– Что-то на яйцо похоже, – обратил внимание я. – Как его едят?

– Как яйцо и едят, – ответила мама. – Нужно разрезать ножом и есть содержимое ложечкой.

– Давай сюда эту марракуду! – распорядился папа. – Всё-таки я главный мужчина в доме!

Он взял маракуйю в руку и потихоньку постучал по ней пальцем, опасаясь, видимо, что сейчас из коричневого яйца вылупится змея или даже динозавр. Или гигантская многоножка, или малёк рыбы-удильщика, или минога-присоска, или… Да много кто может из него вылупиться, мы недавно энциклопедию самых страшных животных читали.

Но секунды шли, а из яйца никто не появлялся. Может, его высиживать надо сначала, чтобы из него что-то вылупилось, как знать? Папа подождал немного, но высиживать не стал, а схватил нож и довольно осторожно принялся резать фрукт. А вдруг эта барамайя внутри уже готова вылупиться и просто хочет застать нас врасплох?

Однако внутри не оказалось ни динозавра, ни змеи, ни марракуды, ни барамайи. Внутри была желтоватая кашица с семечками, на вид совершенно безобидная.

Папа взял чайную ложку, зачерпнул маракуйевой массы и очень медленно положил в рот, как будто всё равно опасался, что из семечек что-нибудь ещё может вылупиться. Только оно из вредности ждёт, когда папа положит его в рот.

Но всё было спокойно.

Папа закрыл рот и принялся аккуратно пережёвывать экзотическую кашу. Внезапно лицо его искривилось.

– Что такое? – засуетился я. – Марракуда колется?

– Эта ваша марракуда – ужасная кислятина! – невнятно заключил папа, сделал паузу и неохотно проглотил то, что было у него во рту.

Я тоже быстро схватил ложку и зачерпнул жёлтую массу из второй половинки маракуйевого яйца. И тоже скривился. Кислятина, и правда! И с косточками!

А мама обиделась.

– Вы не способны, – сказала она, – оценить что-то новое, что находится за пределами вашего эмпирического опыта (это она, наверное, к папе обращалась). Не видать вам ни питахайи теперь, ни карамболя, ни личи. Буду покупать в осенне-зимний период одни яблоки.

– И чипсики! – попросил я.