Новая учительница литературы Мария Геннадьевна в воздушном розовом шарфике долго восхищалась лирической поэзией Фета.

– Вы ведь понимаете, какой у нас язык замечательный, да? Сколько в нём красивых и необычных слов? – пропела она, воздевая руки к потолку с торчащими противопожарными датчиками. Кудряшки у неё на голове колыхались в такт руковоздеваниям. – Какие возможности для стихосложения! Кто может привести пример красивых и необычных слов?

Возникла небольшая пауза. Все думали.

– Рубероид, – наконец нарушила тишину отличница Тетерева.

– Красиво! – одобрительно кивнул двоечник Филиппов.

– Кочерга, – подхватил Казанцев с задней парты.

– Капибара, – добавила Настя Рябоконь.

Красивые слова доносились со всех сторон.

– Антресоль!

– Перфоратор!

– Буженина!

Учительница расплакалась и, стуча каблуками, побежала к директору. Я даже не успел крикнуть «дебаркадер». Моё любимое слово.