У нас дома три вазы. Одна осенняя. Высо-оокая! Я заглядываю в неё и вижу круглую поляну, а вокруг – золотые, красные и оранжевые деревья. Высо-окие! Пока никто не видит, прижимаюсь ухом к вазе и слушаю шорох листьев. Если из вазы выпрыгнет маленькая белка, я угощу её грецким орехом – и мы подружимся. Вторая ваза красная и гладкая, как леденец. Пока никто не видит, я облизываю её края, и мне сладко.

Третья ваза стоит высоко. Она тёмно-фиолетовая, как банка с компотом. Внутри – компотный океан. В нём плавают не рыбы, а вишни и сливы с черенками вместо хвостов. Папа не разрешает её трогать, потому что ваза бабушкина. Наша бабушка давно уплыла на чёрной сливе в дальнее путешествие. Если ваза разобьётся, компотный океан выльется и бабушка не сможет вернуться.

Сегодня мама и папа оставили меня одну. Я сделала пирамиду из стульев, забралась на самую вершину и достала вазу. Но внутри было пусто. Где океан? Встряхнула вазу, чтобы его услышать, но вместо всплеска волн раздалось: «Кря-крр». И это был не дикий гусь и не чайка, а стул, у которого ломается ножка. «Только бы не разбить!» – Я крепко прижала вазу к животу и рухнула на пол.

Бух!

Больно! А тут как раз мама и папа пришли и как заругались, закричали на меня, особенно папа. Я сильно обиделась – за что? Вазу я не разбила.

– Вот, смотрите, – сказала им, – ни одной трещины! Пусть бабушка поскорее возвращается.