Мы сидим в засаде. Не шевелимся, не сопим, молчим. Только сердце стучит: сейчас. Сейчас. Сейчас. Выжидаем. Наша добыча прячется в листьях. Вкусная, крупная. Вопьёмся в неё зубами и пустим тёплый красный сок, выплюнем желтоватые косточки. Главное, чтобы ушла тётя Маша. Вот она закрывает дверь, вот подхватывает бидон, вот вкручивает большую толстую ногу в маленькую туфлю, вот заворачивает за угол.

Мы выпрыгиваем из засады и бесшумно скользим к дереву. Первым лезет Тон, потом я, за мной Кит. Прижимаюсь к стволу и чувствую: он царапает мне спину, но я жадно рву добычу с дерева, жую и сплёвываю косточки в руку. Одна, вторая, третья… Ой, чуть не выронила. Косточки нельзя ронять. Мы потом их считаем.

– Идёт! – шипит нам Тон.

Мы стряхиваемся на землю прямо с тех веток, на которых сидим. Мне кажется, мои ноги теперь не разогнутся, но Тон с Китом тянут за собой. Я сжимаю в кулаке косточки и бегу.

У нас на огороде черешни тоже много, она «пропадает» несъеденная. Но есть её совсем неинтересно. Особенно когда говорят, что «в ней витамины». Какие в черешне витамины? Витамины в коробочке, их зимой жуют. Они вначале сладкие, потом кислые и горькие. Горькое я всегда выплёвываю. А черешня вся сладкая. В ней только кость несъедобная.

Косточки мы подсчитываем в подвале нашего дома. У кого больше – тот вожак. Обычно выигрывает Тон.

– Так нечестно! – каждый раз кричим мы с Китом и набрасываемся на Тона, он отбивается от нас и хохочет.

Но сейчас всем сразу видно, что у меня больше.

– Тата – вожак! – соглашается Тон.

Я победно танцую «вожакский» танец. Теперь я поведу всех на охоту. У меня охота будет о-го-го!

Вперёд! Мы снова набрасываемся на черешню. Дерево трясётся и дрожит. От проглоченной добычи болят животы. Отползаем в кусты, убегать нет сил. Вот какой я крутой вожак! Тут появляется тётя Маша. Она проходит мимо черешни, резко останавливается.

– Господи! Подавили-то сколько. Оф-оф… Зря дерево трудилось, ягоды ро́стило. Хоть бы съели уже.

Я неловко поджимаю ноги, мои пятки чёрные от сока. Это мы натрясли ягод, а потом растоптали их.

– Вожак! На охоту? – толкает меня Тон, когда тётя Маша уходит.

Но мне больше не хочется.