Вот он! Наш огород. А где дом? Неужели белое каменное семечко не проросло?

Первой из машины выпрыгивает Овечка, я следом. Мы бегаем между грядок, заглядываем под лопухи. Нет, не видать даже крыши. А может, дом ещё маленький? Может, он растёт по чуть-чуть, по камешку, и мы его не замечаем?

Я поднимаю голову и оглядываюсь. Через белую бетонную тропинку слева от нашего огорода – старый соседский дом. А с другой стороны, через забор, стоит почти дворец, только недостроенный, с чёрными оконными проёмами. У-у-у, страшный. Позади огородов по зелёному холму бродят овцы и звенят колокольчиками: кылын-кылын. Мама уверенно направляется к соседскому дому.

– Давайте перенесём вещи. Дедушка, наверное, ушёл на родник.

– Дедушка?

Надо же! Оказывается, здесь живёт мой дед, я о нём почему-то забыла. Один раз он приезжал к нам в город, водил меня в цирк и угощал шоколадными батончиками. Они были чёрными и липкими, как грязь. Чтобы не обидеть дедушку, я потихоньку их выплёвывала и складывала в карман.

Мама с папой принимаются таскать вещи. Мы с Овечкой тоже хотим помочь, и мама даёт нам важное поручение: поздороваться со всеми соседями. Мы ходим по улице туда и обратно, но никого не встречаем. И как тут поможешь? Я замечаю, что в одном доме открыто окно, встаю на завалинку и кричу изо всех сил:

– Здра-авствуйте-е!

У дома шевелятся занавески. Ура! Меня услышали! Бегу дальше, но другие дома отгорожены заборами. Я останавливаюсь возле недостроенного дворца.

– Эй, дуй отсюда! Здесь привидения живут! У-у-у!

– Ха-ха-ха!

Позади меня хохочут мальчишки. Старший похож на лохматую щётку, а младший круглый, как помпон.

– Ничего не живут! – говорю я.

– Живут! Сейчас тебя и твою собаку слопают!

Мне очень хочется убежать, но тогда мальчишки будут смеяться сильнее.

– Её зовут Овечка!

– Овечка? Гы-гы! – улыбается старший. – Не бойся! Если привидения появятся, мы в них пульнём петардой. А что ты тут делаешь?

– Здороваюсь.

– С кем?

– С соседями.

– И как, получается?

– Не очень. Никто не выходит гулять.

– А-а… – Мальчишки рассматривают меня. – А зачем тебе с ними здороваться?

– Чтобы помочь папе и маме!

– Понятно.

Мы молчим, качаем ногами огромный булыжник.

– Придумал! – говорит старший. – Напишем на каждом заборе «Привет!». Соседи увидят, и можно считать, ты поздоровалась.

Идея мне по душе и мальчишкам тоже.

– Давай мелок! – тороплю я.

– Не, мелка у меня нету.

– А чем тогда писать? – Я возмущённо смотрю на мальчишек. – Хорош совет!

– Грязью, конечно! Вон как её много – тебе на триста миллионов приветов хватит.

Они не шутят. Мы зачерпываем рукой грязь и водим ладошками по заборам. Грязь свежая, недавно шёл дождь, поэтому получается жирно и громко: «ПРИВЕТ». И сладко, будто шоколадным батончиком написано.

– Мэй, это что вы мне там пишете?

Из-за одного забора выглядывает рассерженная голова в платке.

– «Привет», – говорю я.

– Поросы! Я вам сейчас покажу привет! Как сидоровых коз… Вы знаете, что с энтими козами сделали?

Нам не очень-то хочется узнавать, и мы убегаем. Останавливаемся только возле нашего огорода. Там безопасно, вижу маму, папу, а с ними дедушку. Я узнаю его по лысине, прикрытой белыми волосами.

– Дед! – кричит Кит и бросается к моему дедушке, а за ним и Тон.

– Уба-ба! Вы уже познакомились? – смешно шлёпает губами дед и рассматривает меня. – Ну, знакомьтесь ещё раз. Это ваша троюродная сестричка. Татуся, а это – Тон и Кит. Помнишь, мы как-то ходили вместе в цирк?

Я не помню Тона и Кита, я помню только невкусные шоколадные батончики. Хорошо, что сейчас дед их не предлагает.