Но отец Себастьяно рекомендовал его как лучшего в Палермо, и у Андрея не было ни единой причины не верить.

— Да, вот, — он достал из кармана запонку со снятой застежкой в виде колечек. — Мне нужно, чтобы вы сделали из этих колечек одно. Помолвочное.

Синьор Барони взял у него запонку, покрутил. Опустил очки на нос и посмотрел на Андрея поверх оправы.

— Но зачем вам столько возни, синьор? Я могу изготовить вам такое кольцо, что ваша невеста выйдет за вас, даже если вы станете старым и хромым.

— Это не для невесты, синьор Джузеппе, а для жены.

— Тем более, друг мой, тем более!

Но Андрею нужна была эта возня. И очень важна.

Потому что это было очень важно для Вивианы. А ведь они поклялись все делить напополам, вот он и пришел к старому Барони.

Он заметил, что Вивиана носит запонку на пальце. И охренел.

Это же неудобно! Еще и пораниться можно о застежку.

И когда понял, что обручальные кольца купил, а про помолвочное забыл, чуть не сгорел от стыда.

— Поехали в салон, купим настоящее кольцо, аморе мио, — сказал он жене, но та неожиданно вцепилась в запонку.

— Нет, ни за что! Хватит того, что эти кольца у нас ненастоящие, ты еще и помолвочное хочешь у меня отобрать! — сказала возмущенно.

— Что значит, ненастоящие? — не понял Андрей. — А какие они, Вив?

— Это не те, которыми мы обменялись возле алтаря, — вздохнула она.

— Но эти красивее. И новее, — не мог взять в толк Андрей. — Тем более что те принадлежат инквизиции... Фу ты, черт, экспозиции!

— Я знаю, не обращай внимания, прости меня, — любимая жена его обняла, и они забыли и про кольца, и про все на свете.

Но потом Андрей вспомнил. Утром, пока Вивиана спала, забрал запонку, которую она носила вместо кольца, и теперь выжидательно смотрел на Самуэле.

— Как быстро вы сможете сделать работу? — спросил он у ювелира.

— Все зависит от того, что вы хотите, — уклончиво ответил тот.

— Тогда давайте обсудим на эскизах, — предложил Андрей.

Самуэле уважительно поклонился, и они прошли внутрь салона.

* * *

Когда Андрей вышел от ювелира, была уже четверть одиннадцатого. На почте висел нераспакованный файл от Уно, и у Андрея внутри екнуло от предвкушения.

Он почувствовал — там что-то важное. Важное именно для него самого.

В офисе когда открывал ноутбук, с трудом справился с мандражом. Но сумел успокоиться и вошел в облачный файл.

Читал материалы, почти не дыша.

Потому что это было именно то, что он искал.

А точнее, именно те.

Андрей распечатал отдельные части текста, чтобы их удобнее было читать, на всякий случай сделал резервную копию файла в облаке и направился в кабинет Феликса.

Как раз дон Ди Стефано недавно приехал, можно явиться с отчетом.

* * *

— Хм... — Феликс подпер подбородок локтем, — то есть ты хочешь сказать, что ни Фальцоне, ни Джардино о них ни сном ни духом?

Андрей покачал головой.

— Нет. Ну вы же сами видите.

— А ты вот так взял и нашел. С полпинка.

Андрей решил, что скромность не его конек.

— Они просто не там искали.

— И ты считаешь, если мы вот так просто возьмем и принесем Луизе на блюдечке наследника Фальцоне, она молча это проглотит?

— Наследников, — поправил Андрей, — их там трое. Матвей, Данил и Роман Громовы.

— Вижу, вижу, — Феликс скривился будто сжевал лимон. — И что мне с ними делать?

— Сбагрить Луизе. Это ее головная боль, не ваша, как уговорить парней стать Маттео, Даниэлем и Романо Фальцоне.

— Думаешь, она станет их уговаривать? — Феликс помахал распечатанными бумагами. — Судя по тому, что я прочитал, договариваться донне Фальцоне придется с Натальей Громовой. Огненной женщиной.

— Захочет наследников, договорится, — пожал плечами Андрей. — Главное, что у нее нет никаких моральных препятствий. Это косяк не ее мужа, а тестя. Так что ей будет проще все это проглотить.

Феликс щелкнул пультом, и на экране появились наследники Громовы-Фальцоне. Все трое. Снимки Уно явно натаскал из соцсетей, но и тут было все слишком понятно.

— Мда... — они с Андреем переглянулись, — бабушка Наталья знала, кого растила.

По взглядам парней было видно, что проблем тетушка Луиза с ними поимеет по самое негорюй.

— Кстати, когда поедете к донне Луизе, не забудьте упомянуть, что на этих мальчишках не лежит проклятье, — напомнил Андрей.

— Ага разбежался, — кивнул Феликс, — чтобы она меня с порога нахуй послала? Принудительный аборт, между прочим, подсудное дело. Ее не проклинать надо было, а посадить.

Андрей только руками развел.

— Кто ж ее посадит?

— Сама догадается, не тупая, — многозначительно глянул на него Феликс. — Проклинали род, который от шел них с Марко, а от Марчелло выходит другая ветка пошла... Хм... Да, жаль, хорошая была бы аргументация.

— Знаете что, а давайте я с вами поеду, — сказал Андрей. — Пока вы с донной Луизой разговаривать будете, чаю на кухне попью. Поговорю. Может, новости какие узнаю.

— Тебе лишь бы попиздеть, — проворчал Феликс. — Ладно, поехали.

Они вышли из офиса и направились к машине.

— Я тут попросить хотел, — сказал Андрей, когда они уже выруливали с парковки, — насчет дома.

— Не нравится? — переспросил Феликс. — Хотите другой?

— Я в общем. Не надо нам дом покупать. Это, конечно, охуенный подарок, но... Мы не уверены, что здесь жить останемся, не хочется к одному месту привязываться. А вот в Палатинской капелле есть экспозиция... Эпилог 1

Вивиана

— Вивиана!

— Дорогая!

Оборачиваюсь. Запыхавшиеся Мария с Антониеттой смущенно переглядываются и мне улыбаются. При этом их улыбки выглядят так, словно я их последняя надежда.

— Как дела?

— Привет!

Это они говорят почти хором.

— Привет, девочки, — отвечаю удивленно.

Я удивлена не тем, что мы встретились в огромном торговом молле. Здесь мы вместе провели немало прекрасных дней в том беззаботном прошлом.

Мне интересно, почему они так заискивающе на меня смотрят.

— А ты правда вышла замуж? — спрашивает Антониетта.

— За этого красивого иностранца? — вставляяет Мария.

— Омбру нашего дона? — договаривает Антониетта и бросает нетерпеливый взгляд на Марию, поджимая губы.

Мне даже смешно становится.

И я внезапно понимаю, что совсем, ни чуточки на них не сержусь.

Я даже им благодарна.

Если бы девчонки тогда меня не предупредили, не рассказали про планы моей мамы, кто знает, как бы все решилось с моим замужеством.

Мой муж, — тут я отчаянно борюсь с собой, чтобы не покраснеть от кончиков пальцев до корней волос при одном лишь воспоминании о том, что значат эти два слова, — не перестает повторять, что точно так же.

Андрей все свободное время следил за мной. Он сидел в машине и видел, как я выскочила расстроенная из ресторана, где мы сидели с подругами. Ехал за мной, пока я шла по проспекту. Потом оставил машину и вошел за мной в ресторан, где я встретила Анжело.

Но я так счастлива, что мне ни на кого не хочется держать зла.

— Это правда, — говорю громко, — я вышла замуж за Андрея. Теперь я Вивиана Платонова.

— Такая странная фамилия, — переглядываются они.

— Очень красивая! — не соглашаюсь.

Показываю обручальное колечко. Жаль, мое помолвочное не могу показать, не могу нигде его найти. Наверное, куда-то закатилось.

Я его на ночь снимаю, чтобы не поцарапать Андрею спину. И не только спину...

Я так расплакалась, когда поняла, что оно потерялось. Муж меня обнял, поцеловал и пообещал, что в выходной передвинет всю мебель и обязательно найдет мое колечко.

Потом еще раз поцеловал. И еще. И еще...

— Вивиана! — слышу как сквозь пелену и с трудом возвращаюсь в реальность. Как же долго тянется время до вечера...

— Да, Мария? — поворачиваю голову к подруге.

— Так у тебя есть время выпить с нами кофе, или тебе теперь твой омбра запрещает с нами видеться?

— Мой омбра мне ничего не запрещает, — улыбаюсь, — пойдемте.

Мы садимся в ресторане с панорамным видом, берем коктейли и десерт.

— А правда, что он тебя украл прямо из-под носа донны Луизы?

— А правда, что дон Феликс послал за вами погоню, а вы прятались в Палатинской капелле у падре ночью?

Девчонки сыплют вопросами, я отвечаю.

Конечно, я не говорю всей правды. Например, о своей просьбе Андрею. Это только наше, только между нами. Но вот о том, что он в меня был давно влюблен, рассказываю, не стесняясь.

И о том, что я в него тоже... по уши!

Только когда это случилось, не пойму. То ли когда в ресторане увидела, как он за столиком сидел. То ли когда он меня к морю привез. Или перед алтарем, когда мы брачные клятвы давали.

А может, когда он меня...

Зажмуриваюсь. Не знаю. Знаю, что до чертиков влюблена в своего мужа, только не решаюсь ему об этом сказать. Хотя он будет рад.

Да он свихнется от счастья! Может я потому и не говорю...

— Ну что же ты замолчала, Вивиана? — осторожно трогает за руку Мария. — Так куда вы поедете в свадебное путешествие?

— На Бали, — отвечаю, — но пока не знаю точно, куда.

Прежний босс Андрея подарил нам виллу у океана, а еще свадебную церемонию. Но я не хочу хвастаться раньше времени. И для меня это на самом деле не имеет значения.

Мне все равно, куда и когда, лишь бы с ним.

Но девчонки все равно вздыхают.

— Я всегда говорила, что ты везучка, — Мария даже не скрывает зависти, а я только пожимаю плечами.

Конечно везучка. Сама себе завидую.

— Кстати, слышали новость? — спрашивает Антониетта, когда о моем замужестве больше рассказывать нечего. — У Фальцоне наследники объявились, целых три*. У дона Марчелло оказывается был внебрачный сын. Он какой-то известный археолог, поэтому его фамилья решила в расчет не брать. А вот его внуки оказались подходящими на роль наследников. Вы бы их видели! Огненные парни! И представляешь, Вивиана, все трое неженатые!

— О да! — Мария закатывает глаза и цокает языком. — Маттео, Даниэле и Романо! Донна Луиза уже присматривает им невест. Папа сказал, что среди наших тоже смотреть будут...

Конечно, я знаю. Это мой муж нашел наследников Фальцоне, чтобы меня окончательно обезопасить от брака с Риццо. И как мне перестать восторгаться этим мужчиной?

Теперь меня эти брачные игры точно не касаются, поэтому встаю из-за стола.

— Ладно, девочки, мне пора. Я хочу купить мужу подарок, у нас сегодня неделя со дня бракосочетания. Вы еще посидите, я вас угощаю, — и исправляюсь. — Мы угощаем. С Андреем.

Подзываю официанта, рассчитываюсь и оставляю бывших подружек дальше обсуждать вероятных и перспективных женихов жаркой Сицилии.

* * *

Я купила Андрею галстук.

Он очень скрупулезно относится к подбору аксессуаров, а мне всегда было легко ориентироваться в сочетании цветов и оттенков.

Особенно когда это касается такого красивого мужчины как мой муж.

Возвращаюсь домой и начинаю готовить праздничный ужин. Ведь сегодня целая неделя, как мы муж и жена! Интересно, для Андрея это тоже праздник?

Не буду на этом зацикливаться.

Даже если и нет. Мужчины не такие сентиментальные и романтичные. Вполне достаточно того, что он каждый день по сто раз говорит мне, что любит.

И пишет. И сердечки шлет.

В самом деле, не стоит быть такой привередливой.

Но когда в замке проворачивается ключ, мое сердце подпрыгивает и начинает прыгать по грудной клетке как теннисный мячик.

Выбегаю навстречу мужу и вижу, как в дом вплывает огромный букет белых роз.

Сердце перестает прыгать, оно лишь беспомощно трепыхается.

Для Андрея это тоже праздник! Он тоже меня поздравляет с неделей супружеской жизни.

Муж не успевает опустить букет, а я уже бросаюсь ему на шею. Прыгаю, обвиваю руками, повисаю.

— Поздравляю с неделей брака! — шепчу на ухо.

Он находит мои губы.

— И я тебя поздравляю, моя любимая жена!

Букет летит на пол, а вслед за ним и наша одежда. Сначала Андрей раздевает меня, потом мы вместе раздеваем его.

Мы при этом не перестаем целоваться. Андрей толкает меня к стене, выдвигает ящик, достает презерватив. Я начала пить противозачаточные таблетки, но пока что он перестраховывается.

Мы с ним договорились, что пока я буду учиться, с детьми подождем. Хотя он не против.

— У всех вокруг по двое, так что как только ты будешь готова, сразу говори, — сказал мой муж.

Обожаю его.

Андрей одним движением раскатывает презерватив и поднимает меня за бедра. Разводит широко колени и входит, удерживая меня на весу.

Мне не дает выгнуться стена, в которую я упираюсь спиной. Но я могу обхватить руками голову мужа и направлять его губы куда мне хочется.

А мне хочется везде...

Особенно когда он вбивается в меня своим твердым поршнем, выбивая хрипы и стоны. Держит на весу, зафиксировав бедра, и конечно, я кончаю первой.

Сокращаюсь на его члене, извиваюсь, стону, повторяя его имя. Он целует мое лицо, виски, волосы.

Когда первые волны оргазма стихают, обхватываю ладонями лицо мужа.

— Андрей, — дышу часто, судорожно сжимаю внутри твердый большой орган мужа, — Андрей, я тебя...

— Что? — он выходит и ударяется бедрами, пришпиливая меня к стене.

— Очень...

Снова выходит и толкается на всю длину. Собираюсь с духом.

— Люблю...

Мужчина во мне замирает. Рвано дышит. Сдавливает бедра обеими руками.

— Правда, Вивиана?

Воздуха не хватает, и я киваю.

Андрей мощно кончает в несколько толчков. При этом вгоняет член так глубоко, что я боюсь, как бы он не пробил мне горло.

После душа он не разрешает мне одеться, и наш праздничный ужин проходит в такой вот интимной обстановке — мы оба абсолютно голые, на Андрее только подаренный мною галстук.

Еще мне пришлось поставить цветы в таз, у нас не нашлось такой большой вазы.

— А теперь мой подарок для тебя, Вивиана, — говорит мой голый муж и встает на одно колено. С учетом того, что у него снова эрекция, смотрится это немного угрожающе.