Художественная фильма отличается от кино-хроники тем, что в художественной фильме есть фабула, а в кино-хронике ее нет. Так скажут многие, и будут правы, поскольку в огромном большинстве хроникальных картин фабула действительно отсутствует. Но отсюда отнюдь не следует, что хроникальная картина по самому своему существу фабулы иметь не может.

Что такое фабула? Рассказ или показ ряда связанных друг с другом фактов и событий. Разве такой показ противоречит основному принципу кино-хроники – засъемки настоящей жизни? Разумеется, нет. И все же огромное большинство хроникальных фильм фабулы не имеет. И очень ясно почему.

Фабула начинается с происшествия. Должно что-нибудь случиться. Все остальное экспозиция. Сколько бы ни заснять пейзажей, улиц, поездов, людских масс, труб, мачт, машин – фабулы не получится.

Если, например, в экранизации дан бой, то сколько бы ни показывать батальных сцен, самых выразительных, самых эффектных, фабула не зародится до тех пор, пока какой-нибудь один эпизод не будет выделен и подан как происшествие. И дальнейшее развитие фабулы идет от происшествия к происшествию, а что между ними, то монтажные перебивки.

И вот оказывается, что в большинстве наших хроникальных фильм имеются экспозиция и монтажные перебивки, а фабулы, т. е. показа связанных друг с другом фактов и событий, нет.

Происходит это потому, что заснять один или несколько фактов, небольшое, технически несложное для засъемки происшествие легко, но заснять событие, т. е. целую сумму фактов, трудно. А заснять достаточное количество фактов для показа их взаимной связи еще того трудней. Отсутствие фабулы в хроникальных фильмах – не признак жанра, а следствие технического несовершенства процесса хроникальных засъемок.

Художественная кинематография инсценирует происшествия. Поэтому ей нетрудно создавать любые самые сложные фабулы. Кино-хроника работает на материале настоящей, не инсценированной жизни, для нее путь инсценировки закрыт. Ее задача найти фабулу в самой жизни, в реальной связи реальных людей и реальных событий.

Что нужно для разрешения этой задачи?

Во-первых, чем больше будет заснято фактического материала, тем легче будет подобрать достаточное количество происшествий для фабульного построения. Надо до максимальных пределов увеличить кадры профессиональных режиссеров и операторов кино-хроники. Надо развить и поддержать кино-любительство, направляя его в русло кино-хроники. Надо создать движение кино-коров, наподобие фото-коров.

Во-вторых, необходимо поднять квалификацию творческих работников кино-хроники до максимального политического и профессионального уровня. Необходимо, чтобы творческий работник кино-хроники знал, что стоит снимать и чего снимать не стоит, и чтобы стоящее он сумел снять с предельной выразительностью. Наша кино-хроника еще слишком робка. Режиссеры кино-хроники предпочитают идти проторенными дорожками, не рискуя свернуть в сторону и поискать не заснятые еще объекты. Вместо того чтобы соревноваться на новизну, на выразительность засъемки, режиссеры кино-хроники становятся в затылок друг другу и снимают одно и то же с раз навсегда утвержденных точек. Чем разнообразней хроникальный материал, чем он выразительней, тем легче создать фабулу, тем эта фабула будет интересней и богаче.

И в-третьих – и это самое главное, – надо постепенно, но решительно перейти на съемку хроникальных фильм по тщательно разработанным во всех деталях сценариям.

То, что сейчас именуется сценарием хроникальной фильмы, даже отдаленно на сценарий не похоже. Это даже не либретто, это робкая наметка того, что возможно при случае снять и что желательно было бы при благоприятных условиях снять. Обычно от такого сценария остаются одни только идеологические надписи, все остальное в фильме вполне неожиданно и для сценариста, и для директора фабрики, и часто даже для режиссера.

Объясняется это, конечно, чрезвычайной сложностью сценарной работы в кино-хронике. Здесь нет тех творческих просторов, которые предоставляются кино-драматургам художественных фильм. Твори как хочешь и что хочешь – все выполнимо. Любые страны света, любые персонажи, любые катастрофы, любые силы природы! В кино-хронике все это значительно сложней. Но не невозможно.

Сценарная фабула хроникальной фильмы – это фабула настоящей жизни. Причем, все, что случается в художественной фильме, может случиться и в жизни. Теоретически это так, но практически трудности огромны.

Прежде всего далеко не все, что происходит в жизни, может быть практически заснято на кинопленку. Верней, только ничтожная часть того, что происходит, может быть заснята. Почти невозможно при современной фототехнике производить хроникальные киносъемки в закрытых помещениях.

Большинство кино-хроники и у нас и за границей заснято на натуре. Но это вопрос техники. Усиление фото-оптики и светочувствительности пленки преодолеет со временем это затруднение. Надо только работникам кино-хроники помнить, что на них лежит обязанность стимулировать этот технический прогресс, ибо работники художественной фильмы заинтересованы в нем значительно меньше. Они работают в достаточно хорошо освещенных ателье.

Но это, конечно, не главное затруднение. Допустим, что киноаппарат получил возможность проникать всюду, снимать решительно все, что в жизни происходит. Немедленно возникает вопрос: «А что же снимать?» Для фабульного построения нужны конкретные происшествия, а как их снять, когда они еще не случились? Писатель может записать происшествие задним числом по материалам, по рассказам очевидцев, художественная кинематография может в любой момент инсценировать любое происшествие, а режиссер кино-хроники должен заснять то, что еще не случилось. Абсурд! А между тем в этом специфика кино-хроники. В художественной кинематографии сначала ставят аппарат, а потом все, что нужно, случается. Режиссер кино-хроники идет со своим аппаратом туда, где то, что нужно, может случиться.

Отсюда задача сценариста кино-хроники найти такие комплексы реальной действительности, которые могут дать обильный материал для интересных и выразительных киносъемок. Мало того, сценарист должен с возможной точностью предвидеть, что может при таких-то и таких-то обстоятельствах случиться. И чем наблюдательней сценарист, чем богаче его жизненный опыт, тем точней будет его предвиденье.

Так обычно и поступают работники кино-хроники – идут туда, где может случиться что-нибудь интересное.

Однако область этого «где может случиться» еще чрезвычайно ограничена. У нас – официальные празднества, парады, заседания, за границей – мелкие происшествия на автомобильных гонках, скачках, спортивных состязаниях. Здесь еще уйма неиспользованных возможностей. И сценаристу кино-хроники есть над чем подумать и поработать.

Было бы, конечно, очень нелепо, если бы какой-нибудь сценарист вздумал писать хроникальные сценарии по образцу сценариев художественных фильм с «любовью», преступлениями и прочими атрибутами игровой кинематографии. Для этого ему пришлось бы писать примерно так: «стать с аппаратом такого-то числа в таком-то часу на углу Арбата и Кривоколенного переулка – по расчету должно произойти убийство» или: «парочка, сидевшая вчера вечером на Гоголевском бульваре (третья скамейка справа, считая от памятника), явно влюблена – проследить, заснять».

Кино-хроника работает совсем другими эффектами, на другом материале, и фабульное построение хроникальной фильмы существенно отличается от фабул художественных фильм.