Рассказ под названием «Страх войны».
Ланч с [американской писательницей] Джойс Кэрол Оутс, ее мужем Рэем Смитом + Стивеном К[охом]. Стивен говорит о своей «психологической погоде» – погода есть всегда, утверждает он. Неправда, говорю я. Но ведь всегда есть небо, говорит Стивен. Для тех, кто выходит из дома, отвечаю я. Не для меня. У меня нет погоды. У меня – центральное отопление. Мое центральное отопление – это западная цивилизация. Мои книги + картины + пластинки.
Джойс пишет всегда. Она способна медитировать, когда пишет. Она утверждает, что у нее нет чувств. Какой смысл в том, чтобы ощущать тревогу. «Наверное, я встречу свою смерть, как на ленте конвейера», – сказала она. Стивен сообщил, что у нее был мистический опыт в 30 лет – в Лондоне: он продлился двадцать минут…
О ней можно было бы написать.
Интервью с Оутс в книге [Джо Дэвида] Беллами [«Новая литература: интервью с американскими писателями-новаторами», в том числе с СС].
Ее смиренность.
Вчера вечером обед с Уильямом Берроузом (+ [британским писателем] Виктором Бокрисом, [американским поэтом, фотографом и режиссером] Джерардом Маланга). Бокрис спросил нас, Берроуза и меня, о нашей «легендарной» встрече с Беккетом два года назад в Берлине. «Все было очень благопристойно», – сказал Берроуз. Позже он добавил: «Беккету не нужно ничего извне. Там все внутри».
Творческий метод Дж. К. Оутс: – предложения или абзацы. Вырезает их – потом нумерует вырезки + располагает в определенном порядке…
Иосиф сказал: то, что движется, не может быть искусством. Балет? Великолепное развлечение. Получай, Миша [друг Иосифа Бродского – танцовщик Михаил Барышников]
Во мне воинственный феминизм, но не феминистская воинственность. (Д[эвид])
…
[На полях: ] Эстетика: может охватывать разные места + разные моменты времени, синхронно.
…
Зиберберг –
…От «Калигари» [Роберта Вине] до Гитлера и далее до «Гитлера» [Зиберберга] – к чему стремится С. (Преувеличенная синефилия: все начинается как кинофильм – теперь все завершается как кинофильм.)
З. полагает, что он спас Вагнера от Гитлера. Правда ли?
З. всерьез воспринимает эсхатологию нацизма.
События обладают духовным весом, не имеющим ничего общего с весом историческим
Идея Д[эвида]: вариации на тему «Тристрама Шенди» – автобиография патологического лжеца. Уверенная интонация – меняет историю своей жизни в каждой главе
Раймонда говорит о К[арлотте]: «У нее очень отстраненное отношение к жизни. Положительного в этом то, что она никогда не бывает вульгарной, „дешевой“. Негативное следствие – это ее отношения с другими».
Тема в ам[ериканской] литературе XIX века (Мелвилл, Джеймс): невинный человек выпускает на волю разрушительные силы, оставаясь невинным.
(Культура как кризис)
Замечательное эссе Дёблина о фотографии + смерти, – написанное в форме предисловия к книге Зандера: Беньямин + чувствительность поэта.
Символистские произведения: «Locus Solus»12 [Русселя], «Большое стекло» [Дюшана], «Золотой век» [Бунюэля]
12. «Уединенное место» (лат.). Роман Р. Русселя.
За последние три дня я десять раз прослушала «Средство Макропулоса» [опера Леоша Яначека]. Я хочу поставить эту вещь, я знаю как – как «Come tu mi vuoi» [пьеса Пиранделло «Какой ты меня хочешь», которую СС поставила в театре Stabile в Турине].
Чтение переходит все мыслимые границы. Я на игле – мне нужно вывести из себя яд… Это замещение творчества. Неудивительно, что меня одолевает жуткая тревога.
…Писательница не должна писать. Она должна вообразить себе, что обязана это делать. Великая книга: никаких посвящений, восприятие своего труда как вклада в культуру, все основывается на воле.
Лаканианство: наделяет тебя тяжелым языком, в котором можно заблудиться.
…
пресные очевидности
Слепой человек, который увлекся парашютным спортом, во время прыжка с радиоприемником в ухе следовал указаниям кого-то с земли (женщины-инструктора)… и сломал ногу. Во второй раз он прыгал, держа в руках свинцовый груз на двадцатифутовой леске так, чтобы знать о столкновении с землей за 2 секунды до приземления. Он говорил, что никогда бы не осмелился прыгать с парашютом, если бы был зрячим.
…
Месмеризм = перестройка воли
Английский художник – Эдвард Ардиззоне (недавно умер)
…
Слепой человек, который не хотел ничего слышать о цветах, не желал, чтобы ему описывали предметы. Он часто ходил в кино. «Правда?» – «Ну да, почему бы и нет», – отвечал он. «Но я не ходил на балет, разве что иногда, если музыка очень хорошая». Ему вернули зрение через два года. Микронейрохирургическая операция в НИЗ [Национальный институт здоровья, Бетесда, штат Мэриленд]. Теперь он куратор галереи в Сохо. «Конечно, у меня вовсе нет вкуса. Я ничего не знаю об искусстве. Но я знаю, что будет продаваться, что понравится публике».
Уоллес Стивенс сказал, что стихотворение – это вопль породившего его случая (мотива)
…
Прошлое как комната ужасов – и большая школа личности и социальной свободы.
Обычный язык – наслоения лжи. Следовательно, язык литературы должен быть языком трансгрессии, разлома индивидуальных систем, избавления от психологического гнета. Единственная функция литературы заключается в том, чтобы снять покровы с личности в истории.
…
Цветаева сказала о Пастернаке, что он выглядит как араб и его конь
…
«…Ты наступил на мой рассказ» (кому-то, кто помешал)
Ритм сексуальной избыточности (мир мужского гомосексуализма)
…
кеносис > опустошение
…
Ребенок должен покинуть рай. Испытывает ли он / она ностальгию? По правде говоря, нет. Описать депрессию (используя эссе [швейцарского критика Жана] Старобинского), затем сказать: они называли ее ностальгией. Закончить противопоставлением меланхолии и эйфории.
Умер Барт.
А Дэвид влюблен. «Она – Грета Гарбо современности». Если юноша влюблен, то девушка, чаще всего, – Грета Гарбо.
(по телефону; он в С[ан]-Ф[ранциско]) Теперь Зиберберг хочет поставить сверх-«Парсифаля», как он существует в голове Рихарда Вагнера.
Утопия = смерть
Фильм как система мышления, космос
Проблема утопии
Отдать жизнь (женщин, любовь) за утопию – стоит ли того? Нет. И все же единственное…
Моя техническая система: прогуляться по западной цивилизации (рай, ад) – на сцене это невозможно
Символистское понятие / концепт «аналогий»
Основа одной сцены, которую не стал снимать Зиберберг: баллады [Генриха] Гейне, «Die Zwei Grenadiere» [ «Два гренадера»] в балладе [вспоминают] Наполеона (Гитлера)
«Гляциальная космология» Дитриха Эккарта…
«Такова наша судьба. Так устроен наш компьютер» (Зиберберг)
Одноактная пьеса. «Два Сократа» – на сцене одновременно два Сократа. В двух соседних темницах. Каждый с учениками. Один выпивает цикуту, другой уходит.
…Ей нельзя мешать. С ней происходит фраза…
Квартира как автопортрет личности хозяина. Моя квартира(ы) посвящена[ы] принципу исключения – тому, что было завоевано.
Театральная декорация иносказательна или призрачна.
Джотто иносказателен.
Самая известная театральная декорация в истории – Олимпийский театр в Виченце [итальянского архитектора эпохи Возрождения Андреа] Палладио – он изменчив (может служить языческим храмом, церковью, чем угодно)
Декорации XIX в[ека] сотканы из иллюзий
Эссе о периодизации истории
Век > поколение > десятилетие
…
…Единица поэта – слово, единица прозаика – фраза.
…
Когда не сбылись наши надежды, мы оживили – [американского поэта ХХ века] Марианну Мур
Сексуально бдительна…
Барт
Люди называли его критиком, за неимением лучшего ярлыка; я и сама говорила, что он «величайший критик в истории…». Однако он заслуживает более славного звания – писатель.
Его произведения – это огромная, сложная, исключительно сдержанная попытка самоописания.
В конце концов он стал настоящим писателем. Но не смог очиститься от собственных идей.
Искусство (художники) изобретает идеологию современности –
Идеология современности отрицает факт (длящегося существования) класса. В ней зрелище ставится на место более сложной общности.
Искусство изображает идеологию – можно показать (изучая искусство) – ее невнятность
В шестидесятых годах XIX века Гонкуры [Эдмон и Жюль де Гонкур, французские писатели, авторы знаменитых дневников] оплакивали смерть Парижа (их Парижа – Парижа 1830-х, 1840-х).
Удовольствие: товар, (суб)культура
Новые, великолепные, искусственные пространства – широко растиражированные – день на скачках, футбольный матч, пикник, лодочная прогулка, велосипедная прогулка в сельской местности.
Пространство удовольствия сегодня институционализировано.
…
Эссе б[ез] идей: описание + модуляции описания
Маскулинизация гомосексуальности – г.[гомосексуалист] более не представляется личностью отстраненной; не отождествляется с культурой (в противовес природе). Быть г. уже не то же самое, что критически относиться к обществу. Теперь г. утверждает одни из наихудших + самых расхожих вкусов общества: сексизм (ненависть к женщинам), потребительство, жестокость, промискуитет, эмоциональную разобщенность. Он не отчужден, но (самоизолирован). Понятие о том, что хорош только экстремальный опыт. Следовательно, наркотики необходимы. Иначе невозможно танцевать диско восемь часов кряду или практиковать извращения, которые столь болезненны.
Вулф, «Дневник» (19 апреля, 1925): «Слишком долго восходит бледная звезда педераста».
И Сартр! [умер 15 апреля.]
…
…
Фотография как просвещение, демистификация, галлюцинация. И то и другое.
Иосиф:
При Сталине: не цензура, а запрет на публикации.
Сапог государства на тормозе, замедляя «прогресс» литературы, чтобы приукрасить эту дыру.
Князь Меттерних после прочтения стихотворения Гейне: «Превосходно. Немедленно конфискуйте тираж».
Традиционный выбор – приведение мнемонического аппарата в действие – + выключить его не удастся уже никогда.
[Слово заключено в рамку: ] Вырезки
(В тетради – сохранять вырезки из рассказов + эссе)
Он был архитектор, а теперь он – «проектировщик магазинов».
…
«Я не смелая. Дело лишь в том, что я не позволяю страху мешать мне делать вещи, которые я и так не боюсь делать».
Безумие – вот его наследие. Конечно, я не знала этого, когда выходила за него замуж. Для меня он был на пьедестале. Сотни архаичных стремлений ошеломляли меня. Я была молода. Маслянистые, ароматные атомы юности сглаживали заостренные черты его лица.
Когда ты снял рубашку, меня потряс [СС приписала другое слово: «раздосадовал»] валик жира у тебя на животе. Дрожа я обвила тебя руками. Все равно что обнять дощатый пол.
Искушение духа – ужасная вещь. Гордыня, похоть под спудом. Презрение к инстинкту. Само собой разумеющееся чувство превосходства над другими. Они не такие чистые, как мы.
Наш брак, наш священный союз. Все неверны в браке. Но мы не как все.
Но мы же действительно были чистыми.
Ты выглядел настолько старше меня. Меня это смущало.
Как он саркастически наблюдал за всеобщим упадком – манер, языка. Пошлые телепередачи. Дети, грубящие взрослым. Студенты, пренебрегающие орфографией.
Сексуальная грязь + цинизм французов в XIX веке (Флобер, братья Гонкуры) – тупость + провинциальность англичан – дикость + страдания русских
…
Немецкая культура как высочайшее воплощение западной культуры… (у них не было либеральных политических институтов)
В Германии задачи искусства формулируются философией. Вот почему все немецкое искусство ведет к Вагнеру. Ничто не велико в достаточной мере >>> Они были самой развитой, самой глубокой культурой в Европе (философия, наука + музыка)
Нравственный преступник
Эмоциональный преступник
Излюбленная тема автора афоризмов: он сам
Авторы дневников
Лихтенбергу не присуще женоненавистничество в активной форме
…
[О Канетти] До войны: три перевода Эптона Синклера (1930 и 1932 – в возрасте 25 и 27 лет); затем «Ослепление» (1935); ему было тридцать! – затем эссе о Брохе (1936), ему тридцать один год; прочитано как доклад. Говорит, что писатель (1) оригинален; (2) суммирует эпоху; (3) противостоит своему времени. Завершает словами: писатель хочет дышать.
Канетти – писатель, отрицающий как последние 150 лет развития мысли, так и историю – классический европейский интеллектуал старой школы. В его необыкновенных трудах скрыты + обнаруживаются все проблемы сознания.
«Le grand absent» [ «Великий отсутствующий»] – это история.
[Запись заключена в рамку: ] «Разум как страсть: записки о Канетти». Все разделы одинаково весомы, поэтому логичен жанр записок.
…
Когда его спрашивали о творчестве, Дюшан говорил, что он не сделал ничего особенного, что он просто дышал.
К[анетти] никогда не сдается,
Идея Дюшана: человек совершенно свободный – ему больше не нужно делать карьеру, создавать репутацию, захватывать власть…
Главная толпа – это толпа собственных мыслей. Так же как есть быстрые + медленные толпы, бывают быстрые + медленные мысли.
Эссе о Канетти – это эссе о восхищении…
Любовь к книгам. Моя библиотека – это архив грез.
Подмечать неправильное употребление оборотов с неизбежностью («presently»)» + «будем надеяться» («hopefully»)
Две идеи – «идея художественного признания – художника, отвергшего мирские цели во имя того, чтобы посвятить себя ценностям, реализация которых невозможна в коммерческом обществе», и идея культурного или художественного иконоборчества, отчуждения художника от общества, искусства как трансгрессии, протеста, авангарда – эти идеи были сплавлены воедино. Большинству здравствующих художников обе они кажутся несвоевременными или нереалистичными.
Обе заслужили хулу художественных критиков. Однако эти идеи неодинаковы.
Старые записи (1960-е), недавно обнаруженные:
Калифорния – это Америка Америки
Нравственность = надежность
…
Эссе: (?)
Афоризм. Фрагмент – сплошь «мысли из записных книжек»; производные дневниковых записок.
Можно проследить историю мысли / искусства относительно различных форм записи: письмо, рукопись, записная книжка.
Записная книжка превратилась в жанр искусства (Рильке, книга Лиззи [«Бессонные ночи»]), в склонность мысли (Барт) или даже в философскую форму (Лихтенберг, Ницше, Витгенштейн, Чоран, Канетти).
Упадок писем, возвышение дневников! Люди перестали писать друг другу; люди пишут только себе самим.
Почему? Скаредность? Не тратить свои прекрасные фразы и мудрость на другого – на далекого корреспондента, которому, быть может, и не хватит учтивости сохранить письмо.
Сохранить для себя!
Роящиеся идеи.
Действующее лицо
записных книжек иное. Более дерзкое (оставим в стороне нытиков!)
Афоризм.
Афоризм служит выражением аристократического пессимизма. [На полях: ] презрительность, отстраненность. Альт[ернативно]: афоризм служит выражением пессимизма и быстроты.
Афоризмы [Канетти] – сгущенная мысль.
[На полях: ] Чтение Канетти вызывает в памяти Монтеня, Грасиана, Шамфора, Лихтенберга и (среди современников) Чорана – та же мудрость, в сущности: мудрость пессимизма.
Афоризмы – это плутовские мысли.
Афоризм – это пример аристократического мышления: вот все, что готов сказать вам аристократ. Он полагает, что вы должны схватывать его слова на лету, без лишних подробностей. Афористичность выстраивает мышление как гонку с препятствиями: читатель должен быстро все понять и следовать дальше. Афоризм – это не аргумент; для этого он слишком хорошо воспитан.
Сочинять афоризмы – все равно что надевать маску, маску презрения, превосходства. Каковая, согласно одной великой традиции, скрывает (формирует) тайное стремление афориста к духовному спасению. Парадоксы спасения. Мы осознаем это в конце, когда безнравственный, легковесный взгляд афориста на жизнь ведет его к самоуничтожению.
Пример: Грасиан, заканчивающий книгу замечанием о придворном, который должен быть, логически говоря, святым; или [Оскар] Уайльд (чей блеск зачастую кажется ницшеанским – минус трагическое ощущение жизни), который кончил страшной, мертвящей мудростью «De Profundis».
Цитата < > путешествие
Безмолвие
Три идеи, с которыми мир будет моим.
Каждой из них необходимы две другие.
Я не могу заменить одну, не изменив две другие.
[На полях: ] «Путешествие в Ханой», «Поездка без гида», «План путешествия в Китай», «Разбор»
Художественные произведения, сотканные из цитат –
Мир, воспринимаемый как антология цитат (эссе о фотографии)
Вещи, которые завершаются на утверждении тишины [–] «Доктор Джекил» и «Благодетель»
[На полях: ] «Набор смерти» завершается видением смерти как музея цитат. Тема цитирования в эссе о Годаре + Беньямине + в «Плане путешествия в Китай»
Цитата для меня – это продолжение идеи «фрагмента», открытие модернистской чувствительности {братья Шлегели [Август и Фридрих], Новалис}
В России всегда ожидают, что последнее слово останется за поэтом. (Нигде в мире литература не обладает таким значением.)
– Нет, скажите мне прежде, – повел разговор венгр-изгнанник, – между истиной и справедливостью что вы предпочтете?
– Истину.
– Верно, – сказал он.
Tout est là [франц. «В этом все»]
Коммунизму необходимо противостоять: он требует от нас лжи – требует принести в жертву интеллект (и свободу творчества) во имя справедливости. (И в конечном итоге порядка.) Взять, к примеру [Илью] Эренбурга, который сознательно пожертвовал своим талантом.
Коммунизм подразумевает создание гораздо более репрессивной бюрократической машины, чем капитализм.
Нет такой вещи, как коммунизм. Только национал-социализм. – Только он и победил. (Национализм – это самая внуш[ительная] политическая сила XX века.) Язык фашизма потерпел поражение – язык коммунизма выстоял + превратился в риторику (+ знамя) большинства новых националистов, бывших колониальных народов.
Гитлер проиграл. Но национал-социализм – строчная «н», строчная «с» – выиграл.
Нельзя стать англичанином, французом, немцем; вы есть тот или другой… Но можно стать американцем.
Придуманная, а не естественная страна.
Страна, в которой всякие отношения представляют собой договор, включая жизнь в семье, и таковой может быть расторгнут, к неудовольствию одной из сторон. Говоря по правде, он должен быть расторгнут.
Мать [американской писательницы, эссеиста и сатирика] Фрэн Лебовиц: «Все, что ты говоришь, – есть обещание». Иудейско-протестантский взгляд на вещи.
В Италии обещание – это не более чем план, заявление о намерениях. Всегда подразумевается, что человек может передумать.
Модернист-энтузиаст? Невольный модернист?
Символистский роман: исследование изнанки фантазии
Первое, что следует понимать, – американцы никогда не страдали. Они не знают страданий. (Мои слова во время вчерашнего разговора [с] Эберто + Белкис Падилья [кубинский поэт-эмигрант и его жена].
Составлять списки слов для расширения моего активного словаря. Крошечный, а не только маленький, надувательство, а не только обман, оскорбительный, а не только унизительный, фиктивный, а не только поддельный.
Я могла бы составить из этих слов рассказ – крошечный, надувательство, оскорбительный, фиктивный. Они и есть рассказ.
Рассказ о поэте (Иосиф!), который в нравственном смысле так сильно уступает собственным творениям
Иосиф защищает шаха [Ирана] и пытки – вчера днем за ланчем (The Silver Palace [китайский ресторан в Нью-Йорке, в котором часто обедали СС и Бродский]) со Стивеном + Наташей [Спендерами] и Дэвидом. А теперь я перечитываю «Колыбельную Трескового мыса» [поэму Бродского].
…
Да, эссе об афористичном мышлении! Другая концовка, подведение итогов. «Примечание к примечаниям».
С эпиграфом из Канетти (1943). «Великие авторы афоризмов читаются так, как если бы все они были хорошо знакомы друг с другом».
Интересно, почему. Может быть, литература афоризма учит нас, что мудрость одинакова (как антропология учит нас разнообразию культур)? Мудрость пессимизма. Или же нам следует заключить, что афоризм, как сжатая, сгущенная или украденная мысль, – это исторически окрашенный голос, который, если его принимаешь, неизбежно диктует определенные установки; это двигатель общей тематики?
Традиционная тематика автора афоризмов: лицемерие общества, тщета человеческих желаний, поверхностность + коварство женщин; лживость любви; радости (и необходимость) одиночества; + изощренность собственных мыслительных процессов.
Все великие афористы стремятся взвалить на себя ношу пессимизма, разочарования – кто-то с большей деликатностью (меньшей яростностью), чем другие.
Все отмечают лживость + лицемерие общественной жизни. А многие из великих афористов (Шамфор, Краус) не просто снисходительно, но презрительно относятся к женщинам; многие очарованы собственными мыслительными процессами + мыслительными процессами в общем (Лихтенберг, Витгенштейн).
[На полях: ] Вкус к парадоксу, гиперболе
Афористическое мышление есть мышление нетерпеливое: в силу своей сжатости или концентрированности оно предполагает существование некоей высшей нормы…
Характерное высокомерие афористического мышления. Поза? Побуждение?
…
…Наиболее явное исключение (из всего ряда авторов афоризмов – пессимистов) – это Лихтенберг, [который] следовал скорее английским, нежели континентальным образцам высмеивания человеческой глупости: он считал Англию своей второй родиной и видел в здравом смысле, каковой представлялся ему чертой типично английской, – величайшую добродетель ума.
[На полях: ] Англичане несколько холоднее (Уайльд, Оден)
[На полях: ] Любимый предмет афориста: он сам; Лихтенберг не был ярым женоненавистником.
Еще одно исключение в ряду великих авторов афоризмов – это [маврикийский писатель и художник Малькольм де] Шазаль: он не оптимист и не пессимист. Потому что он – натуралист.
Канетти присуще презрение к человеческой глупости в русле классической европейской традиции – мизантропия и мизогиния, свойственная афористической традиции.
Афоризм обычно воспринимается как производное отстраненности, своего рода надменности ума. У Канетти, как и у Чорана, афоризм – это навык (плод), свойственный избыточно страстному разуму вечного студента.
Монтень, создавший современное эссе, – также афористичен?
…
Пишущие врачи…
Нижинский не был интеллектуалом. Он был идеей (так писала [американский балетный критик] А. [Арлен] Кроче).
Эссе о Канетти – в сущности, художественное произведение о «Канетти» – мой Кин [трагический герой «Ослепления» Канетти]. В этом смысле – обо мне.
Единственной рецензией на «Под знаком Сатурна» стало бы восьмое эссе – эссе, описывающее меня, как я описывала их. Пафос интеллектуальной алчности, коллекционер (разум как вместилище всего), меланхолия и история, взвешивание нравственных притязаний эстетизму и т. д. Интеллектуал как невозможный проект.
Если у моего творчества и есть объединяющая тема – то это наивное. Моральная серьезность, страстность. Настроение, интонация.
Нужно отказаться от сочинительства эссе, потому что оно неизбежно превращается в демагогическую деятельность. Я выгляжу носителем неоспоримых утверждений, но в действительности доступ к ним для меня закрыт – почти что наглухо.
В Варшаве пахнет, как в каком-нибудь английском городе в пятидесятых. Уголь –
Ярек [Андерс – переводчик CC на польский, ее друг и, во время описываемой поездки в Польшу, гид по городу.]: «Правило в такой стране, как Польша – „никогда не доверяй человеку, облеченному властью“» –
«СССР – это не пример неудавшейся революции, а пример успешной тоталитарной революции».
Двое богатейших людей в Польше – миллионеров – это [кинорежиссер Анджей] Вайда + [дирижер и композитор Кшиштоф] Пендерецкий. (И [Станислав] Лем.)
[Польский поэт Збигнев] Херберт живет в Западном Берлине / [поэт Чеслав] Милош – в Беркли
Аргументы Ярека в защиту Католической церкви. «А вам не кажется, что она олицетворяет нечто универсальное? Например, нравственные ценности?»
«Дворец культуры + науки» в советском стиле – выстроен в 1956 году – свадебный пирог – начертанное на фронтоне имя Сталина затерто надписью, повторяющей первую: «Дворец культуры + науки».
[На полях: ] Версия: неверное прочтение Эмпайр-стейт-билдинг. (Еще одно: Московский университет.)
Ярек: «Вам не кажется, что Америка – это единственная надежда мира?»
Книжные иллюстрации + картины Эдварда Окуня (1872–1945), в духе Бёрдслея
В Польше нет коммунистов, но здесь множество полицейских. Никто больше не спорит о ревизионистском марксизме.
…
В 1946 году в польском Кельце произошел погром.
Ярек без воодушевления говорит о «Храброй Польше».
Пётр рассказывает о [литературном критике Артуре] Зандауэре, «официальном еврее» в правительстве – который приписывает себе повторное открытие [Бруно] Шульца, хотя это вовсе не его заслуга.
…Полное отсутствие парадоксов у Толстого. (Перечитываю «Войну и мир».)
Эшбери [американский поэт Джон Эшбери, входивший в состав группы писателей, с которой СС ездила в Польшу]: «Приватность моей поэзии – не личная приватность. Это образцовая приватность».
«…Стихи, как в фокусе, приобретают и теряют резкость».
Эссе о Польше: начать с описания польской равнины, страны, не имеющей естественных границ. Затем процитировать [Витольда] Гомбровича («Завещание»): страна (народ), обреченная на неполноценность.
Краков: трамваи, авангардистский театр, грязный воздух, старый город, туристы. – Город более «консервативный», чем Варшава. Епархия Войтылы [папы Иоанна Павла II] на протяжении двадцати пяти лет.
Лекция о моей работе…
Литературный кубизм > его жизнь в разных временах + разных местах, голоса
Принцип инвентаря [/] цитата
…
Именно Флобер сказал (первым?): «Ничто не скучно, если смотреть на это достаточно долго». За столетие до Кейджа.
Обед с Чораном: «Я обнаружил, что в кругу левых запрещалось быть циником». Объясняет, почему даже в молодости – в 1930-е годы – его не соблазнял коммунизм.
Об Италии: «Это рай. Можно кого-нибудь убить. Можно уехать из страны».
…
Если бы в обществе не было столько фантазий о насилии, среди людей не было бы такого множества последователей садомазо. Так ли?
Роман как свобода: единственные правила, которые он может нарушить, – это собственные правила.
…
[На полях: ] Половой инстинкт подвержен идиосинкратическим сцеплениям (фетишизм и т. д.), так как не подлежит надзору – нет инструкций, нет правил. Только подумать, под каким строгим надзором находятся гендерные роли.
…
Сюрреализм: неприятие будничной жизни + сентиментальные представления о любви + одиночестве.
Металесбийство середины XIX века, рафинированные старые девы Бостона. Олив Чанселлор [персонаж романа Генри Джеймса «Бостонцы»] и т. д.
…
Рассказ об Иосифе: «Vox Clamantis» [лат. «девичий голосок»]
«Какова этическая значимость этих грациозных прыжков?» – вопрошает [американский критик] Ирвинг Хоу, с недавних пор поклонник Баланчина, + затем отвечает: «существуют разновидности красоты, перед которыми нравственное воображение должно отступить».
Браво.
Сравнить с моралью другого еврея. [Американский балетный импресарио и критик] Линкольн Кирстейн: «Балет – вещь о том, как нужно себя вести».
…
Жизнь искусства > потусторонняя жизнь искусства (например, Венера Милосская, поврежденная статуя)
Осмеяние, не благочестие
…
[Выделено: ] Большая тема: Запад остывает к коммунизму. Конец двухсотлетней любовной страсти.