Не правда ли, что сегодня одним из условий письма является предшествующий ему дискурсивный повод? Во всяком случае, именно так происходит чаще всего: я откликаюсь на приглашение высказать публично свою точку зрения всякий раз, когда предлагаемая встреча соответствует моему (ничего не проецирующему) проекту. Иногда оказывается, что заявленная тема получает незапланированные продолжения, ответвления, неожиданные отступления.

Публичное выступление служит своего рода черновиком письменного текста, который создается на его основе. Оно обозначает основные контуры текста, задает его структуру. Затем в процессе письма происходит сужение или расширение того, что было высказано во время выступления. Если же текст пишется предварительно, он иногда играет в этом процессе роль гадательного подхода, триггера устного высказывания.

Обе практики способствуют появлению некоей данности, о которой уже нельзя сказать, то ли это «чисто» письменный текст, то ли устный, но записанный на бумаге. Поэтому при каждой публикации подобного текста, если таковая имеет место, снова и снова возникает соблазн (под влиянием воспоминаний об этих соотношениях изустности и письма) как-то его изменить (улучшить?). Таким образом, сообщение меняется (в то время как движется и материя Отношения) в сторону выразительного совершенства, не достигающего абсолюта. Где же конец этому изменению? Где предел? Наверное, там, где слабеет голос и замирает рука.

Вот несколько случаев, которые предшествовали финальной редакции собранных в этой книге текстов, а иногда и ее определяли:

Открытая лодка. Доклад на коллоквиуме «Опыт бездны» (Лувен, 1986).

Странствие, изгнание. Лекция, прочитанная в 1987 году на Мартинике в рамках серии выступлений на тему «Странствие».

Поэтики. Обобщенное изложение заметок, возникших в связи с выступлениями в Университете Темпл (Филадельфия) и в Университете Райса (Хьюстон) в 1988 и 1989 годах. Финальный текст был представлен в Беркли (Калифорния) в марте 1990 года.

Укорененное странствие. Первая версия вышла в виде предисловия к книге «В защиту Сен-Жон Перса», изданной Группой по изучению и исследованию креольского языка (GEREC), Мартиника, 1988.

Закрытое место, открытое слово. Доклад на коллоквиуме «Система Плантаций» в Центре изучения французского языка и франкофонии Государственного университета Луизианы (Батон-Руж) в апрель 1989 года.

Всемирное барокко. Первая версия опубликована под названием «Краткая философия всемирного барокко» в журнале Курьер ЮНЕСКО (1987. Сентябрь: Барокко. С. 18–19).

Построить Башню. Первая версия опубликована в журнале Курьер ЮНЕСКО (1983. Август: Сокровищница языков. С. 7–9).

Поэтическая информация. Первая версия была прочитана в виде доклада на коллоквиуме «Поэзия и информатика» (Льеж, 1984).

Прозрачность и непрозрачность. Выступление на Конгрессе преподавателей французского языка Южной Америки (Богота, 1982).

Относительное и хаос. Отправную точку тексту дало выступление перед Ассоциацией преподавателей физики и химии (Мартиника, 1980).

Определяющие расхождения. Выступление на заседании Ассоциации по сохранению мартиниканского культурного наследия в августе 1989 года.

На востоке – земли Африки, на западе – страны Южной и Северной Америки. Чудовище в образе шелковинки.

Детерриторизация африканских языков способствовала креолизации Запада. Это лучше всего изученное из столкновений сил письменного слова и порывов слова устного. Единственным письменным документом на невольничьем судне была бухгалтерская книга, в которую записывали рыночную стоимость рабов. Крики африканцев, томившихся в корабельном трюме, лишь глухо доносились оттуда, как впоследствии и из мира Плантаций. Это столкновение отзывается и сегодня. – Здесь и далее астерисками обозначены подстраничные примечания автора, если не указано иное, цифрами – его же более подробные комментарии, собранные в отдельный раздел в конце книги («Примечания к общим местам», с. 282–297).