(293). Вящего осуждения достойны греческие мудрецы, ибо они, овладевшие мудростью, «не познали Творца в премудрости (Божией)» (Ср. I Кор. 1. 21). Ибо и они первопричиной всего полагают нечто самосущее[276], которое никем не создано, а само по себе существует как первичное самосущее. А вторым, как бога и творца, они считают ум[277], третьим же — дыхание[278], которое называют духом всего[279] (существующего).

Этих двух считая происходящими от той первопричины, они показали, что приблизились к вратам истинного знания, однако, производя от них других, бесчисленных, умопостигаемых и обозреваемых, воображаемых богов, они сами же закрыли для себя ворота постижения веры, ибо представляют Бога и других, умопостигаемых и обозреваемых богов, как солнце и исходящие от него лучи, и весь мир считают совечным Ему. И Его дух они полагают как дыхание, пребывающее во всех и во всем (существующем) — и в небе, и в светилах, и в огне, и в воздухе, и в воде, и в земле, даже в камнях, в ветвях, в деревьях и в кореньях трав. И своей жизнеспособностью, говорят они, все твари обязаны Его сущности, как лучи солнца находятся в зависимости от его шара. Сам Он — единый и многообразный, многообразный и единый, как едино и многообразно солнце, ибо оно — единый шар и многочисленные (исходящие) лучи. Но не все так говорят. Имеется множество (других) философских учений.