(142). «Однако, — говорят, — если возбудителем зла является сатана, то почему он толкает язычников на поклонение другим тварям и не присваивает (это поклонение) только себе?»

(143). Ибо общеизвестно, что сатана осуждается за свое злонравие. Так вот, если бы он желал, чтобы поклонялись только ему, то сразу же оттолкнул бы своих почитателей, дав им возможность распознать в нем злодея и мучителя. И поэтому он побудил одних почитать светила, других — воздух и огонь, землю и воду, высокие вершины[191] и деревья, и даже змеи, зверей и червей, лишь бы удовлетворить запавшее в нем завистливое желание вознестись над человеком. Так что поклонники тварей пусть не заявляют высокомерно, что они не исполнители воли сатаны, так как наставником в поклонении тварям был не кто иной, как один только сатана.

Итак, могли ли проклясть сатану те, кто исполняет его волю? (Нет, конечно), ибо если те, кто поклоняется истинному Богу, но своим поведением творят беззаконие, осуждаются божественным словом, гласящим: «Они говорят, что знают Бога, а делами своими отрекаются от Него» (Тит. 1. 16), то насколько большего осуждения достойны те, кто, (на словах) взявшись за почитание Истины, (на деле) поклоняются бездыханным и бессловесным тварям[192].