Призраки.

Они были повсюду.

Когда станция задрожала, а флуоресцентные лампы замерцали, Койл увидел, как они выходят прямо из стен. Он присел рядом с Локом, оба смотрели на Коха, над ними стояла Ида… и тут все началось.

– Черт, – пробормотал Лок.

Призраки были смутные, расплывчатые… но не темные.

Нет, они были белые, длинноногие, со щупальцами, с распростертыми крыльями. Единственным цветом в них был красный. Красные глаза. Они напомнили Койлу слепых извивающихся термитов. Он увидел одного, потом двух, трех, четырех. Отвратительно разбухших, белых, как вытащенные из реки трупы, жужжащих и пищащих. Многочисленные придатки сворачивались и разворачивались, тянулись к нему и отдергивались.

Койл закрыл глаза.

Но когда открыл, они по-прежнему были здесь.

Кох кричал, но его крик доносился как будто издалека.

Койл чувствовал, как призраки движутся вокруг него, проникают своими упругими мыслями в его сознание, и он не мог не впустить их. Не так он представлял себе одержимость призраками. Совсем не так. Это было не просто духовное или психическое воздействие, а физическое, органическое, разрушительное.

Они излучали холодную энергию, ползучую, как электричество, щелкающую и хлопающую. Койл чувствовал, как эта энергия течет по его рукам. Волосы на руках и на затылке встали дыбом.

А по всему куполу то, что так долго накапливалось, неожиданно высвободилось.