СТАНЦИЯ «ПОЛЯРНЫЙ КЛИМАТ»

– Слышал?

– Что слышал? – спросил Койл, стягивая шерстяную маску и пытаясь согреть онемевшие щеки. Он ходил в цех тяжелой техники, чтобы вернуть Хорну несколько сгоревших компакт-дисков.

У Фрая было знакомое Койлу выражение лица: оно означало неизбежные неприятности. И у него появилось тяжелое ощущение в животе.

– Знаешь полевой лагерь НУОАИ на плато?

Койл вспомнил намек Харви. Ощущение в животе стало сильней.

– «Полярис»? Что еще?

– «Мак-Опс» несколько дней не может с ними связаться. Пора начинать ПСО. Догадываешься, кто этим займется?

Койл знал. «Климат» – ближе всего, прямая логистическая и тактическая поддержка.

– Если погода позволит, завтра или послезавтра Хоппер пошлет туда команду, – сказал Фрай.

– Ты запишешься?

– Нет, черт возьми, если мне не прикажут.

Койл знал, что сам он отправится. Просто чувствовал. У него был опыт, и Хопперу он понадобится. При мысли о поездке он испытывал ужас, но понимал, что его ничего не удержит.

Какое-то время Койл молчал. В его сознании проносились образы того места на льду: сурового, холодного, неприступного. Может, всего лишь радиопомехи, технические глюки… но невозможно заставить себя в это поверить. Повсюду были дурные предзнаменования, и Койл начинал в них верить.

– Если поеду, не смогу искать здесь, – сказал он. – Давай посмотрим правде в глаза: Кэсси исчезла. Мы обыскали здесь все не меньше шести раз. Она просто… исчезла.

Фрай кивнул.

– Есть какие-то мысли?

– Никаких. Она была на вечеринке «Каллисто». Гвен устроила другую вечеринку в своей комнате. Я там был. Зут, Бив, Слим… еще несколько человек. Кэсси не пришла. Гвен сказала, что она плохо себя чувствовала. Была пьяна. Хотела полежать.

– И пуф… исчезла, – сказал Фрай, щелкнув пальцами. – Никаких сигналов по радио. Хорн говорит, что все «коты» и «скиды» в гараже. Если Кэсси ушла, она должна была сойти с отмеченной флагами дороги. Может, упала в расщелину. Такое случается.

– Она три года провела на льду. Зачем ей такое делать?

– Когда люди напиваются, могут поступать очень неразумно.

У Койла от холода еще жгло глаза, из носа текло. Он чихнул.

– Если мы ее найдем, она будет трупом. Не хочется говорить, но ты знаешь это не хуже меня.

Фрай вздохнул.

– Люди напуганы. Сначала британцы на «Хоббе», теперь Кэсси. Подожди, пока услышат о лагере НУОАИ. Это их окончательно всполошит.

– Точно.

– Возможно, это совпадение. Возможно.

– Я перестаю верить в совпадения, – сказал Койл.

Он не стал уточнять, на что намекает, но и не нужно было, потому что Фрай его прекрасно понял. Он медленно кивнул и сказал:

– Ники, я сегодня утром говорил по радио с Артом Фишером со станции «Полюс». Ты ведь знаешь Арта?

– Фиша? Конечно.

Арт Фишер был механиком на станции «Полюс». «Полюс» находился в нескольких сотнях миль от «Климата» на Полярном плато, на двухмильной насыпи из снега и льда, обозначающей геомагнитный полюс. Фишер и Фрай были друзьями. Оба любили восстанавливать классические автомобили и раз в неделю разговаривали по радио и обсуждали интернет-аукционы и то, как трудно найти приличное заднее крыло для «Чарджера» 1970 года или «Бьюика Ривьера» 1969-го.

– А что с ним? – спросил Койл.

Фрай только покачал головой, что означало: ничего хорошего. Он схватил Койла за руку.

– Там у них вчера были такие неприятности, ты не поверишь. Очень крупные. Они все закрыли.

– Расскажи.

– Арт сказал, что там был умник, физик-атмосферник по имени Льютон. Странный тип. Проводил все время в «Темном секторе»[40], играя с телескопом «Вайпер», пытаясь определить, расширяется или сжимается Вселенная. – Фрай огляделся, словно опасаясь появления вражеских агентов. – Так вот, этот Льютон начал вести себя очень-очень странно. Торчал в «Секторе» и не желал ни с кем общаться. Стал настоящим параноиком. Следил за всеми. Где-то раздобыл маленький револьвер «Кольт». Может, купил у одного из пилотов. Кто знает? Вчера он пришел в купол и шесть или восемь раз выстрелил в другого умника по имени Роум. Убил его. А теперь слушай. Он сказал, что Роум больше не был человеком. Что им кто-то завладел. Что ты об этом думаешь?

Койл просто стоял. Люди исчезают, а теперь еще и убийство. Господи.

Койл ощущал напряжение и думал, удастся ли ему когда-нибудь расслабиться, после того как он услышал о мегалитах в горах Сентинел и о массовом исчезновении на «Маунт Хоббе». Он вновь почувствовал, что все это – части какой-то гигантской головоломки, которые только начинают складываться воедино. Перед трансляцией с Каллисто у него было странное ощущение, что вот-вот произойдет что-то очень плохое. Но Каллисто – просто еще одна часть головоломки. Приближалось что-то другое, и Койлу не хотелось думать, что это может быть.