Я чувствую, как мама садится на качели рядом со мной.

– Ты была права, – шепчу я. – Когда я записываю все, это помогает.

Я хочу, чтобы мама обняла меня, – и она обнимает. Оставив попытки втиснуться между нами, Броди-Медведь кидается за крабом-скрипачом, и его большие уши разлетаются в разные стороны.

Волны Могучей Атлантики вздымаются и с шумом разбиваются о берег. Я хочу, чтобы мама обняла меня еще крепче, и она исполняет мое желание. Даже если она ОСТАВИЛА меня – это не значит, что я ПОТЕРЯЛА ее. Это другое. Когда я нуждаюсь в ней, когда ищу ее, когда обращаюсь к ней всем сердцем, то всегда чувствую, что она со мной.

Материнская любовь.

Сильнее ничего нет.

* * *

Слегка дрожа, я перевожу дух. Моя любимая серебристая чайка парит над головой, спрашивая, не хочу ли я посостязаться в быстроте.

– Может быть, позже, – говорю я, придвигаясь к маме и вдыхая соленый запах ее волос.