Если политическая жизнь страны била все сильнее, то с экономикой и продовольствием дело обстояло все хуже. Центральная продовольственная управа признала необходимым сократить выдачу хлеба ресторанам, трактирам и т. п. Рестораны I и II разрядов стали получать на каждого посетителя одну восьмую фунта хлеба, а трактиры III разряда, чайные, столовые, харчевни и т. п. получали по четверти фунта хлеба. Количество посетителей должно быть заверено районным комитетом. С 1 июня вводились специальные «дробные» карточки для трактиров, чайных и т. п. Выдача муки на свадьбы, поминки и т. п. была запрещена.

Из сообщений с мест выяснилось, что крестьяне, охотно жертвуя хлеб для армии, отказывались от его продажи по существующим твердым ценам. Требование рабочих о значительном повышении заработной платы взволновало крестьян, и в некоторых уездах крестьяне начали отказываться давать хлеб для городов и заводов.

Нарастающие сложности со снабжением городов продовольствием и прежде всего хлебом привели к тому, что в Москве прошел митинг солдаток. На нем выступали солдаты и жены мобилизованных. Все выступавшие требовали улучшения материального положения семей призванных на войну. В принятой резолюции было выдвинуто требование помимо денежного довольствия выдачи хлебного пайка по 2 фунта в день на взрослого человека.

Проблемы с хлебом порождали и злоупотребления с выдачей хлебных карточек. В результате расследования продовольственного отдела Москвы выяснилось, что во втором Тверском комиссариате при 32 000 населения было роздано 73 000 карточек. В Лефортово при 30 000 населения выдали еще больше карточек на хлеб – 86 000 штук. На дополнительное хлебное довольствие организованным рабочим выдали 600 000 карточек, тогда как при подсчете выяснилось, что таковых в Москве всего 200 000.

К тому же комиссариаты стали очень «неосмотрительно» раздавать свидетельства на получение денатурата. Это породило слухи, что, благодаря этому «ханжа» стала дешевле. В реальности же все было наоборот, бутылка «ханжи» стоила уже 8 руб.