На следующий день Софи вместе с Элизабет поехала в офис компании.
Они зашли в кабинет, а Форест пока задерживался. «Может быть, и к лучшему», – подумала Софи.
Неожиданно вошла молодая девушка, которая резко вздрогнула и испугалась, увидев Софи в кабинете.
– О, пардон. Я думала, в кабинете Форест. А вы кто? Почему не ждете его в приемной? – она говорила с легким французским акцентом и была по-настоящему красива. Идеальный тон коричневой кожи, строгая офисная одежда подчеркивали фигуру. Большие глаза, правильные черты лица, словно созданные по заранее известной фотографии. Софи постаралась отвести взгляд от нее. Эта девушка завораживала одним своим присутствием.
– Меня сопровождает Элизабет, и мы ждем Фореста, он с минуты на минуту придет, – дружелюбно сказала Софи и, удивив саму себя, быстро отвела глаза от девушки.
– Может быть, мне стоит позвать охрану, не думаю, что вы вправе здесь находиться? – ледяным голосом сказала сотрудница, будто отстаивая свою территорию.
Софи не видела смысла в споре, она встала и пошла в кабинет Элизабет, которая уже шла в их направлении, услышав разговор.
– Ах, Жаннетт, это ты! Привет! Фореста пока нет, но Софи его ожидает вместе со мной. Так что не волнуйся, она точно может здесь находиться, – Элизабет подошла близко к Софи, как будто тем самым встав на ее защиту.
Софи почувствовала нехорошую связь между двумя этими женщинами. Причем в большей степени со стороны Жаннетт, Элизабет же интуитивно отвечала на нее, и сама немного оборонялась.
Жаннетт бросила легкую неискреннюю улыбку и ушла из приемной, сказав:
– Я зайду к Форесту позже. Хорошего дня, Элизабет!
Спрашивать Элизабет, кто эта девушка и откуда она, не имело ни малейшего смысла для Софи. Все встало на свои места в эту минуту. Осталось лишь дождаться Фореста и поговорить с ним, он прояснит ситуацию.
Софи вернулась в кабинет Фореста, села в кресло и резко обхватила голову руками.
– Черт, черт! – тихо сказала она. Неудачное время, чтобы поминать дьявола, но все же.
Жаннетт олицетворяла в себе все то, чего Софи так боялась в жизни и усиленно избегала. Ее аура искрилась коварством, завистью, злом. Со стороны она казалась идеальной девушкой, которая располагала к себе, если не переходить ей дорогу. Как жаль, что Жаннетт не видела другой стороны жизни, не видела доброты и красоты мира, это было ей недоступно.
Ни сотни прочитанных книг, ни богатый жизненный опыт не могут подготовить к встрече с тем человеком, который любит насилие и зло. Кто считает, что имеет право отбирать чужую жизнь по собственному капризу. Каждый раз подобное столкновение опустошает Софи. Она ощущает лишь свою беспомощность, чувствует этого хищника и, как возможная потенциальная жертва, отступает, не может сразу дать отпор. Потом она найдет правильное решение, но не в момент, когда напрямую сталкивается со злом.
Софи сидела все так же, обхватив себя руками, когда пришел Форест.
– Ты вся бледная, что здесь случилось? – он подошел к ней, протянул чашку кофе и положил руку ей на плечо. – Ты в порядке?
– Прости, я кое-что увидела и ушла в свои мысли. Сейчас выпью кофе и успокоюсь. Эта девушка сильно напугала меня.
– Какая девушка? – участливо спросил он.
– Форест, дай мне пару минут, пожалуйста, и мы обо всем поговорим, – она сделала первый глоток кофе, он все еще был горячим и крепким.
К ним подошла Элизабет, Форест передал кофе ей тоже. Они коротко обсудили детали нового контакта, и Элизабет ушла в свой офис звонить коллегам в Йоханнесбург. Она выглядела радостной и ни о чем не догадывалась.
Когда они остались одни, Форест непонимающе посмотрел на Софи, а она быстрыми глотками допила кофе и набиралась смелости заговорить. Сцепила руки со всей силой, так, что даже костяшки побелели. Как же она не любила эту часть своей работы! Глубоко вздохнула и на выдохе быстро выпалила Форесту слова.
– Это Жаннетт отравила Элизабет. Она хотела отравить тебя в отместку за твой отказ и то, что ты отверг ее. Это было ее местью тебе, а Элизабет здесь ни при чем. Она просто оказалась не в том месте не в то время, как ни банально это звучит. И это от нее ты получил тот злополучный рисунок.
Софи перевела дыхание, Форест молча взял стаканчик кофе, открыл шкаф, достал оттуда бутылку чего-то крепкого и плеснул это в кофе. А потом с глубокой грустью продолжил слушать ее.
– Прости, я должна была понять все раньше. Но когда ты мне рассказал про Жаннетт, я поняла, что она ключ к этой истории. Мне казалось, что не она сама это сделала, а всего лишь знает, кто это совершил. Будто бы она видела этого человека, и когда я встречусь с ней, она мне подскажет ответ. Я не ожидала, что это она. Еще раз прости меня, Форест, что я быстро этого не разгадала…
Элизабет вообще не стоило ездить куда-то в таком состоянии. Но она не могла. Не могла сидеть дома в тишине. Ждать дочерей из школы и вновь изображать свою правильную версию. Смотреть на Фила и видеть жалость, сочувствие вместе с любовью и поддержкой. У нее такой замечательный муж, но она не может находиться с ним сейчас. Поэтому она ушла из дома и поехала на высокой скорости по Клооф-роад.
Поворот налево, поворот направо, машина быстро поднималась на холм. Только две полосы и сплошные повороты, ей повезло, что она на такой скорости не вылетела с дороги. Но в этот момент Элизабет казалось, что она даже не против погибнуть вот так нелепо. Все это не имело значения для нее в те минуты.
Когда Элизабет узнала, что это Жаннетт ее отравила, ее будто попытались убить снова. Что она чувствовала? Гнев, ярость, опустошение? Ее мир раскололся на части, и она летела в пропасть.
К счастью, по пути ей не встретилось ни одной машины, и она не попала в аварию. От этого Элизабет испытала лишь разочарование. Припарковавшись недалеко от канатной дороги у Столовой горы, она вышла из машины и пошла к любимой тропе вверх. Тело требовало движения, неистового движения. И она стала подниматься в гору.
Вернувшись в дом Стива, Софи, обессиленная, сидела в своей комнате и смотрела на чемодан. Послезавтра она должна была улететь из Кейптауна домой, в Россию. Так она решила, и, вероятно, это лучший вариант на данный момент. Ей надо уехать и все обдумать.
Она глядела на чемодан, и от одной мысли, что его снова надо собирать, все остатки сил покинули ее. Софи упала на кровать, свернувшись и обняв подушку. Пожалуй, она даже готова была остаться здесь, чтобы не собирать вещи, спешно не закидывать все внутрь, пытаясь как-то все уложить. Несколько книг она везла обратно домой, не успев их прочитать.
Какая неудачная поездка! Почему все пошло не так? И когда все пошло не так?
Пару часов назад она спешно покинула офис компании, оставив Фореста разбирать ситуацию. Он вызвал своих друзей из полиции, и они должны были арестовать Жаннетт, пригрозив ей депортацией в Большое Конго, в ее родную провинцию, где, не переставая, идут военные конфликты. Скорее всего, в этот самый момент Жаннетт уже признает свою вину и дает показания. Лишь бы ей не возвращаться в Северное Киву, откуда она сбежала много лет назад. До нее, конечно, доходят слухи о том, что там творится сейчас, и лучше уж тюрьма в ЮАР, чем лагерь беженцев или что еще похуже.
На долю секунды Софи почувствовала себя виноватой в этом. А еще больше виноватой перед Элизабет, что она не смогла сказать ей, глядя в глаза, кто именно пытался ее убить. У Софи не хватило духу на это. А ведь они с Элизабет уже стали близки. Софи никогда не была храброй, не рвалась в бой первой и не выходила победительницей.
Она сжала подушку еще сильнее, вздохнула и клятвенно пообещала себе, что через десять минут встанет с кровати и поедет искать Элизабет. Они обе нужны друг другу как никогда сейчас, она это чувствовала.
Софи медленно поднималась по крутой тропе в гору, не переставая чертыхаться. Ну почему подруга выбрала именно это место? Почему нельзя было остаться дома, открыть бутылку вина, поплакать и включить какой-нибудь старый фильм? Трекинг в горы в шоковом состоянии – это не лучшая затея и тем более опасная, но Элизабет этого захотела.
Тропа была выложена старыми крупными камнями, некоторых уже не было на месте, и весь подъем вверх без подготовки давался отнюдь нелегко. Главное – не наступить случайно на камень и не упасть.
Но что не сделаешь, когда подруга в беде?
Пройдя около часа с остановками, восстанавливая дыхание и уже приближаясь к подножию Столовой горы, Софи увидела Элизабет сидящей на большом валуне в стороне от основной тропы.
– А здесь бывают змеи? – запыхавшись, спросила Софи.
Элизабет вздрогнула и обернулась. Увидев Софи, она радостно ей улыбнулась.
– Да, змеи тут есть. Как ты меня нашла? – Элизабет встала и крепко обняла подругу.
Софи пожала плечами и развела руками, сил на объяснение у нее не было.
– Неважно. Я знаю, ты почувствовала, где меня найти. Спасибо тебе! Я так рада, что ты здесь! Мне тебя очень не хватало. Я боялась, что ты меня бросишь. Прости.
Софи все еще пыталась отдышаться и с грустью смотрела на Элизабет. Она не должна была оставлять ту в офисе и уходить, им следовало держаться вместе сегодня.
– Знаешь, когда я ехала сюда, я чуть не направила машину вниз. Мне было так страшно! – сказала Элизабет.
Услышав эти слова, у Софи потемнело перед глазами, голова закружилась, и если бы она не сидела так устойчиво на большом камне, то не удержалась бы и упала прямо на месте.
– Теперь, спустя пару часов я не понимаю, как такое могло случиться со мной. У меня такая счастливая жизнь, любимые дочери и замечательный муж. А я чуть все не потеряла, поддавшись порыву и просто нажав на газ. Мне повезло, что я добралась сюда и не врезалась ни в кого на этой двухполосной дороге.
Наконец придя в себя, Софи посмотрела на подругу, и у обеих в глазах появились слезы. Элизабет сжала ее ладонь и спросила:
– Но мы ведь справились, скажи?
– Мы справились. Ты справилась. Все позади.
Они еще долго сидели на валуне и наблюдали закат. Это короткое волшебное время. Солнце, как занавес, опустилось в океан, небо окрасилось в розовый, а потом в фиолетовый цвет и казалось бархатным. В городе под ними загорались вечерние огни.
Потом она долго говорила с Элизабет о Стивене и всем произошедшем за последние дни. Они строили планы, им обеим хотелось заглянуть в будущее, угадать, как сложится жизнь дальше.
Софи размышляла обо всем том, что случилось с ней за последнее время. Она ехала сюда расследовать дело, и хотя в итоге и нашла виноватых, но никакого удовлетворения не испытала. Не справилась в той мере, в которой должна была.
Она хотела здесь остаться с любимым мужчиной, но пока не могла признаться в своих чувствах к нему. Даже самой себе.
В одном она была уверена: здесь, в Южной Африке она обрела настоящую подругу, с которой теперь ее связывало очень многое. Пожалуй, это стало большей неожиданностью для Софи, чем все остальное.
Когда совсем потемнело и начало холодать, они услышали какие-то крики внизу и увидели свет фонариков на тропе.
– Похоже, это ребята пришли нас вызволять. Это ты им сказала? – сказала Элизабет и принялась размахивать руками, включив фонарик на телефоне.
– Да, я написала им при подъеме сюда. Кажется, это Стив и Фил.
Они принесли им теплые куртки и помогли спуститься с горы, тихо ругая их за сумасбродство.
– Вот ты где! Наконец я нашел тебя! – крикнул Стив, быстро приближаясь к Софи. Он подошел и сел на песок около нее.
– Я думал, где же ты можешь быть сейчас. Предположил, что на твоем любимом променаде. Поэтому сначала я искал тебя в Си-Пойнте, туда и обратно несколько раз проехал вдоль набережной, но тебя там не было. А потом меня пронзила мысль: надо проверить этот пляж. И я поехал сюда, в Кампс-Бэй. Слушай, я и не знал, что ты любишь это место, мы вроде бы сюда не ездили даже.
– Много лет назад я здесь была пару раз, также сидела и любовалась океаном, – ответила Софи.
– Не купалась?
– Нет, я же всегда приезжаю не в сезон. Ни разу не была в Южной Африке в декабре-январе – в летний сезон. Тебе повезло, что ты нашел меня. Прежде чем поехать сюда, я выбирала между этим пляжем и набережной Виктории и Альфреда. Но боюсь, там бы ты меня точно не отыскал, слишком обширная площадь для поиска.
– Да, мне пришлось бы привлечь Фореста и, вероятно, Элизабет.
– А мог бы позвонить мне и спросить, где я? Нет?
– Это слишком просто. Я хотел, чтобы встреча выглядела случайностью, хотел проявить интуицию и предчувствие в поиске тебя.
– Проклятье! Стив!
– Что? Звучит слишком, да?
– Какую романтическую комедию ты смотрел сегодня за завтраком?
Он рассмеялся и помотал головой, показывая, что она его не поняла. Софи хотела выбрать правильный момент и сказать ему о том, что уезжает. Но разве для такой новости есть правильный момент?
– Стивен, я завтра должна вернуться домой, в Россию. Я не могу остаться с тобой в Южной Африке. Сейчас не могу остаться, – сказала она, делая акцент на последнем предложении. – Но я могу вернуться и обязательно вернусь, если наше обоюдное желание и в дальнейшем будет таковым.
Наступила пауза, когда каждый обдумывал следующее предложение.
– Разумеется, ты привыкла все делать по-своему, – спустя несколько минут сказал Стивен.
Как же ей хотелось достучаться до него сквозь этот шум океана и суеты времени, но было поздно. Они действительно упустили момент. Узнав, что это Стивен устроил за ней слежку и что он скрыл от нее свою дружбу с Кристофером, Софи разом потеряла ту глубину доверия, которую, ей казалось, она питает к нему. Она уже призналась себе в том, что сейчас не время оставаться здесь.
– Знаешь, я думаю, у нас с тобой есть самая большая роскошь в мире. У нас есть время. Я доверяю тебе и думаю, что ты вернешься ко мне. А сейчас… используй это время как следует. Потом мы будем вместе, – продолжил он.
Стивен повернулся к ней и нежно поцеловал. И снова тихо прошептал ей на ухо:
– У нас есть время.
– Время. Нам ли с тобой не знать, как быстротечна человеческая жизнь, – отстранившись от него, сказала Софи.
– Да. Но это не про нас, я уверен. И ты знаешь это тоже.
Он был прав. Удивительно, но в этот момент она действительно знала это! Но так странно было слышать подобное от Стивена. С каким достоинством он дает ей свободу и время, не спешит со своими чувствами к ней.
Стивен ее любит и испытывает жестокое разочарование после новости о ее отъезде. Хотя сам понимает, что в этом есть и его вина тоже. Он всегда хорошо владел мимикой своего лица, и даже в этот момент на его губах играла тонкая улыбка, а глаза светились нежностью к ней. Он не мог позволить себе сдаться. И он был не из тех, кто брал назад данное им слово.
«Ох уж эти строители империи», – грустно подумала Софи. Достоинство, благородство вкупе с добротой и любовью создавали такое редкое сочетание, что ее сердце наконец дрогнуло. Стивен не был связан никакими обязательствами перед ней, но почему-то он считает иначе. Он готов дать ей ту свободу, в которой она так отчаянно нуждается, и доверяет ее решению, разрешает поступать так, как она считает нужным. В силу своей любви Стивен мог пойти на эту жертву. Он отпускал ее сейчас, чтобы потом она вернулась к нему навсегда.
Не это ли она искала?
Хотя, если подумать в ином ключе, Стивен мог бы получить все сейчас, если бы был с самого начала честен с Софи и ничего не скрывал от нее. У него есть свои недостатки. Где-то он все-таки просчитался. Или они оба просчитались.
– Ты ведь вернешься? Или мне самому искать тебя на крыше Эмпайр-стейт-билдинг в канун Рождества?
– Стив, пожалуйста, умерь свой сентиментальный пыл. Ты сколько лет назад смотрел этот фильм? Том Хэнкс встретил Мэг Райан не в канун Рождества, а в День святого Валентина.
– Да, но до февраля слишком долго ждать. Выберем дату и место?
– Лучше я тебе сама позвоню и прилечу.
– Но ты ведь обещаешь быть со мной потом?
– Обещаю, – и в этот момент она поверила в сказанные слова. Хотя одно обещание ему она уже не исполнила, ведь в Йоханнесбурге она говорила, что останется с ним.
Софи вернется к нему, когда наступит правильный момент. Когда она узнает от Кристофера их со Стивеном общую тайну.
Стив обнял ее за плечи, и они пошли вдоль берега океана… по направлению к его машине и их призрачному будущему. Софи своим недоверчивым разумом перебирала слова: сомнительное будущее, безнадежное будущее или все-таки счастливое будущее? К своему сожалению, она не знала ответа. Ей оставалось только ждать. А Стив, казалось, прочитав ее мысли, сказал:
– Значит, у нас есть план. Я буду ждать твоего приезда! – с грустной влюбленной улыбкой говорил он. – А потом мы отправимся на сафари. Каких животных ты больше всего хочешь увидеть?
– Слонов, зебр, жирафов…
– Тогда поедем в Порт-Элизабет и парк Эддо. По восхитительной дороге Садов…
– И через виноградники?
– И через виноградники, непременно, – сказал он и нежно поцеловал ее волосы.
– А потом поедем к диким кошкам. Может, в Масссаи-Мара? Там их много: львы, леопарды, гепарды…