– Антон, я тебе запрещаю отмечать с ними Новый год. Они на тебя плохо влияют.

– Ну м-а-а-а-м, я уже скинулся деньгами.

– Ничего страшного. Сейчас бабушка с дедушкой придут, будем праздновать вместе.

На дворе стояли нулевые, мне тогда едва стукнуло пятнадцать лет. Мама не пустила праздновать меня Новый год с пацанами с района. Можно представить, какой это был позор, или, как нынче модно говорить, кринж. Аргументировала тем, что эти ребята ей не нравятся. Не могу сказать, что я был сам от них в диком восторге, но мы с родителями тогда переехали в новую квартиру, и я пытался заводить хоть какие-то уличные знакомства.

Прошло много лет, а я хорошо помню этот эпизод. Уже в сознательном возрасте однажды подошел к маме и сказал:

– Мам, спасибо, что не пустила меня тогда праздновать с теми гопниками.

– Пожалуйста.

Пытаясь анализировать свои социальные связи и круг общения, в какой-то момент я понял, что сам искусственно его ограничиваю. Так вышло, что сразу после окончания института судьба забросила меня сперва в Стокгольм, а через некоторое время в Питер, куда я переехал жить, продолжая работать на шведскую компанию удаленно. Ни коллег, ни друзей, ни мало-мальски знакомых у меня первое время вообще не было. Белый лист, как у художника. Обнуление. Табула раса.

Это было хорошо и плохо одновременно. Плохо, потому что человек – существо социальное и ему нужно с кем-то общаться. Хорошо – потому что не было никого, кто мог бы «тянуть вниз».

Вооружившись записной книжкой, я начал выстраивать связи с нуля. У меня тогда была мечта – открыть свой бизнес. Недолго думая, пошел по выступлениям всякого рода предпринимателей. Впитывать мысли, знакомиться, проникаться. Как правило, в зале присутствовали такие же, как я, молодые ребята с похожими целями. С некоторыми из них возникали приятельские отношения, обмен идеями и прочее. Я понял, что мне нравится общаться с инициативными людьми, которые к чему-то стремятся. Эта энергия тянет за собой, и хочется так же.

В итоге я открыл бизнес, как хотел. Компания не стала каким-то суперуспешным единорогом, но позволяет высвобождать самый важный в жизни ресурс – время. Время на реализацию того, к чему по-настоящему лежит душа.

А потом я однажды вписался в турклуб, пошел в поход и открыл для себя вторую когорту прекрасных людей – походников. Тех самых, в кофтах с высокими воротниками и изгибом гитары желтой, сидящими у костра с алюминиевыми кружками и просящими добавку чая. Проникся ими и влюбился. Есть в этих людях что-то особенное. Определил для себя, что, если человек может идти неделю под дождем, месить ботинками грязь, лупить об себя комаров и радоваться закатам – это мой человек, и с ним я готов взаимодействовать.

Опытным путем вывел для себя такие вот два фильтра установления близких контактов. И фильтры эти пока ни разу не подводили. В этом восхождении на Арарат судьба подкинула фул-хаус из людей, я бы даже сказал – флеш-рояль. Большинство участников нашего похода – предприниматели, а это значит, что отфильтрованы дважды.

Дружной шайкой провели ночь в бюджетном отеле у предгорья. Под утро не было воды – пришлось оставить в клозетах по мини-Арарату, ибо нечем было смывать. Трансфер довез до подножия горы на высоте 2100 метров, откуда и стартовали. Идем налегке. Наши вещи тащат лошадки, шагая впереди. Нас сопровождает двадцатипятилетний любвеобильный гид курдского происхождения по имени Ахмед, который по дороге собирает цветочки.

За день протопали пять часов до высоты 3300 метров, где приземлились в заранее приготовленном лагере. Принимающая сторона организовала вкусный ужин на газовой печи. Под вечер пошел ливень с грозой, под который было приятно лузгать семечки в веселой компании с шутками-прибаутками. Питаемся в кирпичном домике, ночуем в палатках. На дворе июль. Столбик термометра показывает десять градусов. Столбик самочувствия и настроения держится на уровне 36,6.