В какой-то степени каждый человек является пленником своего прошлого.
У большинства эмоциональных едоков есть общая черта: в детстве о них мало заботились. Возможно, родители или опекуны были любящими, добрыми, заботливыми, но при этом детям все равно не хватало качественного внимания, эмпатического слушания, хорошей сонастроенности, понимания, сопереживания, успокоения, комфорта, а также постоянства проявляемой заботы. Все это вместе и необходимо для оптимального развития системы саморегуляции.
Вы можете подумать: «Подождите, но это не соответствует моей ситуации. Мои родители были очень любящими и заботливыми людьми, и в детстве у меня не было никаких травмирующих событий. Моя проблема в том, что я просто люблю вкусно поесть». Я понимаю. И я вам верю. Но я также считаю, что если у вас возникают проблемы с управлением пищевыми привычками и поддержанием оптимального веса, то велика вероятность того, что контуры саморегуляции вашего мозга нуждаются в некотором укреплении, а ваши навыки самоуспокоения и конструктивной самопомощи – в некотором совершенствовании. Существует некая причина, по которой вам трудно на постоянной основе регулировать поведение и удовлетворять потребности, не прибегая к любимым продуктам.
Даже самые любящие опекуны могут непреднамеренно пренебрегать эмоциональными потребностями детей в критические для развития мозга моменты. Иногда воспитатели не умеют справляться с обычными эмоциональными проблемами детей, в том числе с разочарованиями и потерями, и предлагают им еду в качестве источника утешения. Например, вы были расстроены, а родители испекли для вас печенье или угостили мороженым. «Мне жаль, что эти дети так нехорошо себя повели в отношении тебя. Пойдем лучше выпьем шоколадного коктейля». Возможно, пытаясь вас успокоить, они непреднамеренно проигнорировали или умалили ваши чувства: «Укол в кабинете врача причинит боль всего на секунду. А потом мы съедим пиццу на обед». Или: «Не волнуйся. Я уверена, ты отлично справишься с экзаменом по правописанию, ты всегда справляешься. А когда вернешься домой, испеку твои любимые кексы».
Возможно, они были достаточно опытны, чтобы поинтересоваться, как вы себя чувствуете, но как только вы поделились своими чувствами, они тут же попытались отвлечь вас или тут же решить проблему. «Я знаю, тебе грустно сегодня прощаться с Пушистиком. Давай сходим в кино и отвлечемся». Или: «Я могу понять, что ты расстроен из-за того, что тебя не взяли в команду. Может быть, есть другой вид спорта, в котором ты мог бы себя попробовать?» Без сомнения, они любили вас и заботились о вас. Но тем не менее – в результате вы остались со своими неприятными и непонятными эмоциями, а также без навыков исследования внутреннего мира чувств и тревожных мыслей, навыков их обработки, самоуспокоения и извлечения уроков из пережитого опыта.
Если ваши опекуны в своем младенчестве и детстве сами не получили должной эмоциональной заботы, возможно, они тоже не смогли научиться критически важным навыкам заботы о себе и других. Или же некие сложные ситуации негативно сказались на их способности справляться с жизненными задачами. Даже самые любящие воспитатели могли быть подавлены разрушительным разрывом отношений, смертью члена семьи, приездом нуждающегося или «трудного» родственника, уходом за членом семьи, страдающим психическим или физическим заболеванием.
Эмоциональные проблемы и дефицит навыков, возникающие в результате неудовлетворенных потребностей в период развития, часто становятся наиболее очевидными после того, как мы устраняем любые физические нарушения, которые могут способствовать крейвингу и перееданию. У большинства переедающих есть нарушения в организме и мозге (например, гормональный дисбаланс, пищевая аллергия или дефицит химических веществ в мозге). Они и способствуют возникновению тяги к еде и перееданию. Эти нарушения могут быть вызваны как генетическими факторами, так и образом жизни. Легкая доступность вызывающих зависимость продуктов глубокой переработки (с дефицитом питательных веществ), продуктов животного происхождения, кофеиносодержащих и алкогольных напитков тоже играет определенную роль в развитии чрезмерной тяги к еде и несбалансированном питании. Большинство из нас испытывают стресс, слишком много работают и слишком мало спят. А повышенное воздействие на нас эндокринных разрушителей (включая токсичные химические вещества, содержащиеся в пластмассах, парфюмерии и пестицидах, заполонивших окружающую среду) наносит ущерб нашему организму и мозгу.
Тридцатичетырехлетний Ленни, арт-директор крупной рекламной фирмы, подошел ко мне в конце моего семинара по эмоциональному перееданию. Он выглядел напряженным и раздраженным, когда сказал:
Я очень надеюсь, что вы сможете мне помочь. Я очень расстроен. После праздников я начал буквально объедаться и сильно набрал вес. Я буквально застрял в привычке избегать того, что мне действительно необходимо, и делаю все, кроме того, что реально нужно сделать. У меня депрессия, я подолгу сплю, по утрам не хочу выбираться из постели. Дома и на работе у меня хаос. Я никак не могу заставить себя вернуться к занятиям спортом. Я уверен, что я эмоциональный едок, особенно когда мне одиноко. Я одинок, работаю допоздна, у меня не слишком активная социальная жизнь. Как и сексуальная, если уж на то пошло. Честно говоря, я испытываю отвращение к себе и своей жизни, мне стыдно об этом говорить. Я просто не знаю, что делать. Я никогда не мог придерживаться какого-либо режима питания, поэтому не хочу садиться на очередную диету.
Я предположила, что у Ленни может быть химический дисбаланс в организме и мозге, который и стимулирует его переедание. Мужчина почувствовал облегчение.
ЛЕННИ. То есть это переедание может быть вовсе не эмоциональное? От такой новости стало намного легче. Знаете, я люблю поесть и у меня редко хватает силы воли отказаться от любимых блюд. И еще я немного ленив и не очень люблю физическую активность. Но никогда раньше все не было настолько запущено. Я не знаю, что именно изменилось, но я чувствую, что совершенно потерял контроль над ситуацией. Как вы думаете, в чем именно у меня может быть дисбаланс?
ДЖУЛИ. В вашем организме могут быть гормональные нарушения. Дисбаланс в работе надпочечников, щитовидной железы, в уровне инсулина и половых гормонов часто вызывает тягу к сладкому и углеводам, упадок сил и усталость, колебания уровня сахара в крови, переедание и увеличение веса. Возможно, вы страдаете пищевой аллергией или пищевой зависимостью. В вашем мозге также может быть нарушен баланс химических веществ, что, в дополнение к перееданию, ведет к долгому сну, прокрастинации и депрессии.
ЛЕННИ. Ух ты, звучит очень обнадеживающе. У меня такое чувство, что я пристрастился к определенным продуктам и поэтому не могу перестать их есть. У одной из моих сестер целиакия, она избегает продуктов из пшеницы. Вдруг я тоже страдаю целиакией, хотя у меня нет таких симптомов. А проблемы с щитовидной железой, проблемы с весом и депрессия в моей семье есть, так что все это, вероятно, друг с другом как-то связано, верно? (Говорит, расправив плечи и высоко подняв подбородок, в его голосе звучит надежда.)
ДЖУЛИ. Да, здесь может присутствовать генетический компонент. Но и ваш опыт раннего детства, в дополнение к дисбалансу в организме и мозге, тоже может играть определенную роль в переедании, депрессии, склонности к беспорядку, прокрастинации и в проблеме с поддержанием постоянной физической активности.
Здесь Ленни прервал меня и спросил: «Как такое могло случиться? У меня было замечательное детство. Мои родители очень любящие и заботливые. Они всегда были рядом со мной и моими братьями и сестрами, готовые помочь».
Химический дисбаланс
Двенадцатичасовой рабочий день Ленни в рекламной фирме был напряженным. Почти каждое утро по дороге на работу он заезжал выпить кофе и проглотить булочку. Если у него не была назначена встреча с клиентом, Ленни пропускал обед, обходясь в течение всего дня кофе, диетической содовой и энергетическими батончиками. По крайней мере пару раз в неделю он ужинал с клиентами. Эти ужины, как правило, сопровождались обильными порциями еды и не одной бутылкой вина. В другие вечера, когда Ленни был голоден и измотан работой, его ночные трапезы становились обильными, чтобы расслабиться после рабочего дня. Он редко занимался спортом из-за нехватки времени и сил, а также из-за отсутствия мотивации.
Ленни – типичный представитель большинства клиентов, которые обращаются ко мне за помощью в решении проблем с пищевым поведением. Большинство из них считают, что их переедание вызвано эмоциональными переживаниями. Они называют себя ленивыми, слабовольными и недисциплинированными, особенно когда дело касается питания и физических упражнений. Они также испытывают стыд и вину. Как и Ленни, многие интуитивно чувствуют, что их переедание может быть частично вызвано дисбалансом химических веществ в организме.
Зачастую бывает полезно начать борьбу с перееданием с рассмотрения этого дисбаланса. Ведь работа над эмоциональными проблемами может застопориться, если вы чувствуете усталость, депрессию и боретесь с повышенной тягой к еде. В большинстве книг о диетах, а также в программах по снижению веса не уделяется внимания химическому дисбалансу в организме, провоцирующему переедание. Даже самые сбалансированные планы питания могут непреднамеренно спровоцировать дисбаланс у восприимчивых людей.
Переедание может казаться незамысловатым действием, но на самом деле это сложное явление. Любое поведение, связанное с перееданием, – результат многоаспектного взаимодействия эмоциональных, когнитивных, биологических, неврологических, социальных и духовных факторов. Темперамент и телосложение, генетически унаследованный дисбаланс мозга и тела, недостаточный или травмирующий опыт раннего детства, хронический стресс (включая одиночество), хроническое сидение на диете и легкая доступность продуктов питания – все это играет определенную роль. Когда мы регулярно приступаем к еде, не ощущая физиологического голода, выбираем нездоровую комфортную пищу или продолжаем есть, когда уже сыты, значит, что-то где-то вышло из равновесия. У большинства переедающих есть некоторые нарушения в организме и мозге, которые необходимо устранить. Кроме того, у большинства отсутствуют или слабо развиты навыки саморегуляции, особенно способность подключаться к своему внутреннему миру, настраиваться на него и осознавать его, а также регулировать свои чувства, настроение, импульсы и поведение.
В задачи этой книги не входит рассмотрение всего спектра симптоматики, равно как и вопросы устранения химического дисбаланса в организме, лежащего в основе переедания. Если вы, как и Ленни, считаете, что ваше несбалансированное пищевое поведение может быть частично вызвано дисбалансом, первым делом обратите внимание на симптомы. Некоторые из них могут свидетельствовать о сопутствующих заболеваниях, требующих помощи квалифицированного медицинского специалиста. Возможно, вам также полезно будет ознакомиться со второй частью «Практического руководства для эмоционального едока», где я рассказываю о симптомах и возможных методах лечения.
Есть шаги, которые вы можете предпринять прямо сейчас. Например, сократить потребление пищевых продуктов глубокой переработки и включить в рацион больше необработанных растительных продуктов, богатых клетчаткой. Убедитесь, что все продукты животного происхождения, которые вы употребляете, являются органическими и не содержат гормонов и пестицидов. Сокращение употребления таких стимуляторов, как кофеин и никотин, а также сокращение или даже отказ от употребления алкоголя поможет восстановить химический баланс в организме. Важно контролировать уровень витамина D и убедиться, что вы получаете достаточное количество незаменимых жирных кислот, особенно омега-3.
Полезно увеличить количество движений в течение дня, включив в него, например, прогулку или легкую растяжку. А полноценный сон и отдых дают организму время, необходимое для самовосстановления.
«Словно две версии меня»
Я предположила, что Ленни страдает аффективным расстройством – наследственным дисбалансом химического состава мозга, поскольку в его семье были нередки случаи депрессии. Сколько он себя помнил, у него всегда было плохое настроение. Я также предположила, что и проблемы с концентрацией внимания, прокрастинацией и беспорядком были связаны с дисбалансом. Низкое сексуальное либидо и история постоянных диет наводили на мысль о том, что гормональный дисбаланс также мог иметь место.
Хотя Ленни вырос в любящей семье, он был четвертым из пяти детей, так что у его родителей было немало забот. Его ранние потребности в общении, комфорте и успокоении могли непреднамеренно остаться неудовлетворенными в наиболее важные периоды детства. Это привело к дефициту навыков развития. Неудовлетворенные эмоциональные потребности могли также играть определенную роль в склонности к трудоголизму, в хроническом ощущении пустоты и одиночества.
Анализы крови Ленни действительно показали ряд гормональных нарушений. Его надпочечники и щитовидная железа были перегружены, а уровень тестостерона был очень низким, что способствовало плохому настроению и отсутствию либидо. Врач интегративной медицины[6] прописал ему биоидентичные гормоны и расписал режим приема пищевых добавок, которые включали в себя витамины, минералы, препараты для поддержания работы эндокринной системы и незаменимые жирные кислоты.
Мы работали с Ленни над депрессией и проблемами с концентрацией внимания, добавляя в его рацион определенные аминокислоты и травы. Мы также старались решить проблему с пищевой аллергией и пищевой зависимостью, постепенно добавляя цельные, необработанные растительные продукты, которые он любил, такие как сладкий картофель и сахарный горошек. Это помогло ему сократить потребление потенциальных аллергенов (пшеницы и молочных продуктов). Ленни также значительно сократил потребление кофеина и алкоголя.
Через несколько месяцев нашей совместной работы Ленни почувствовал себя намного лучше. Он просыпался отдохнувшим и легко вставал с постели. У него прошла депрессия, улучшилась концентрация. Ленни наконец стал разбирать свой беспорядок. Его либидо возросло. Появилась энергия, он пошел в тренажерный зал неподалеку от работы и нанял личного тренера.
Как только химический состав тела и мозга Ленни пришел в норму, нам стало легче определить, в какой степени его переедание было вызвано эмоциональным дисбалансом. Несмотря на то что Ленни похудел и приступы обжорства прекратились, он по-прежнему бездумно перекусывал и переедал во время основных приемов пищи.
ЛЕННИ. Я ем что-нибудь полезное на завтрак и на обед, так что с этим у меня все в порядке. Проблемы возникают, когда я испытываю стресс и на работе есть какие-нибудь нездоровые снеки. Я хватаю их не задумываясь. Но самые сложные моменты – когда я обедаю или ужинаю с клиентами или когда возвращаюсь домой после работы и остаюсь в одиночестве. Словно существуют две версии меня. Одна – та, которая внимательна к моему состоянию и в восторге от того, что я вырабатываю здоровые привычки и от перспективы сбросить лишний вес. Другую это, похоже, совсем не волнует. Эта часть меня бунтует и использует еду либо для удовольствия, либо для того, чтобы успокоиться. Или даже для самонаказания. Я уже говорил вам, что во мне живет словно некая ленивая часть, саботирующая мой прогресс. (Он выглядит удрученным, его плечи опущены, тело обмякает на стуле.)
ДЖУЛИ. Я не думаю, что дело в лени. Ты очень мотивирован, целеустремлен и дисциплинирован во многих сферах жизни. У тебя есть немало внутренних ресурсов, к которым ты можешь подключиться и на которые можешь опереться: ты трудолюбив, предан своему делу, решителен и амбициозен. Ты очень дружелюбный, представительный. Тебе нравится учиться и расти, и когда ты решаешь чего-то добиться, ничто тебя не может остановить. Скажи, может быть, какая-то очень юная твоя часть чувствует себя невидимой и требует к себе внимания, отыгрывая это вовне с помощью еды?
ЛЕННИ. Да, очень похоже на правду, но я действительно не понимаю, что все это значит. (Он выпрямляется на стуле, его глаза широко распахиваются.)
Ленни вырос в маленьком идиллическом городке Новой Англии, в семье преуспевающего хирурга-ортопеда и мамы-домохозяйки, которую он назвал «милой и любящей, артистичной и творческой». Он не мог вспомнить, чтобы в его ранние годы были какие-либо проблемы: никто не издевался над ним или братьями и сестрами, в семье не было насилия. Его родители не были алкоголиками, в доме никто не бушевал в гневе и даже не повышал голоса. Они всегда активно участвовали в жизни детей. Я объяснила Ленни, что эмоциональный дисбаланс не всегда результат чего-то ужасного, произошедшего в прошлом. Скорее, по словам британского психоаналитика Д. В. Винникотта, он может быть вызван тем, что «ничего не происходит, в то время как могло бы произойти что-то полезное».
ДЖУЛИ. Когда у тебя начались проблемы с едой?
ЛЕННИ. Помню, как еще маленьким ребенком я тайком таскал еду, особенно печенье и конфеты, а обертки прятал в шкафу. У меня две сестры и два брата, в нашем доме всегда была кутерьма, но недостатка в еде не было. Я всегда искал, чего бы перекусить после школы, много ел за ужином, но позже опять приходил за какой-нибудь едой. Я был пухляш, мама начала водить меня к диетологам, когда мне было десять или одиннадцать лет. Я чувствовал себя неловко, но уверен, что родители просто хотели как лучше.
ДЖУЛИ. Расскажи мне, каково это – быть предпоследним из пятерых детей.
ЛЕННИ. Что ж, возможно, вы правы насчет непреднамеренного небрежения. Когда я был в первом или втором классе, дедушка внезапно умер и все переживали эту потерю. Моя бабушка боролась с депрессией и приехала погостить к нам. Младший брат Том был капризным ребенком и часто устраивал истерики. Так что вполне возможно, что на мои потребности не всегда обращали внимание. Я уверен, что родители были перегружены всем этим. Мама не работала, а отец обычно появлялся дома, когда все мы, дети, уже легли спать.
Когда я поинтересовалась у Ленни, как он справлялся все то время, мужчина в очередной раз продемонстрировал находчивость.
ЛЕННИ. Обычно после школы я заходил к своему лучшему другу Дэну. Если нет, то сидел у себя в комнате, ел и играл в видеоигры. У мамы Дэна в кладовой чего только не было. Когда я приходил к нему, все мои мысли были сосредоточены исключительно на еде. Я всегда хотел вернуться в кладовую и взять еще, но мне было неловко, что кто-то увидит, насколько много я ем. А Дэн худой, ему было наплевать на еду.
ДЖУЛИ. Во время первого сеанса ты сказал, что к окончанию средней школы у тебя обычно было плохое настроение и депрессия. У тебя есть какие-нибудь предположения из-за чего?
ЛЕННИ. Да, именно тогда мы с Дэном поссорились из-за его дружбы с другим парнем. Мы перестали общаться. Это было довольно одинокое время. Мы дружили с детского сада. И для меня это означало, что я потерял чуть ли не вторую семью. Думаю, я чувствовал себя по-настоящему потерянным и одиноким. (Ленни вздыхает и снова обмякает в кресле.)
ДЖУЛИ. И к кому же ты тогда обратился за утешением и помощью?
ЛЕННИ. Да, собственно, ни к кому. Две мои сестры собирались поступать в колледж. Одна из них, Салли, с которой я обычно всем делился, была безумно занята. У Лори, которая была на два года старше меня, никогда не было лучшей подруги, поэтому я не думал, что она меня поймет. Том действительно вел себя неадекватно, поэтому я старался держаться от него подальше. Позже у него диагностировали депрессию и синдром дефицита внимания.
ДЖУЛИ. А как насчет твоей матери, отца или бабушки? У тебя остались какие-нибудь воспоминания о том, что они утешали тебя?
ЛЕННИ. Не особо. Папа отличный парень, но он, как и я, трудоголик. Мама очень милая, всегда доступная, но она не понимала меня так, как Салли. Когда я пытался поделиться с ней своими проблемами, она по-доброму давала советы, но это не очень помогало. Бабушка тоже была очень любящей, но она обычно хотела как-то отвлечь меня, готовила для меня что-нибудь или приглашала поиграть с ней в карты.
ДЖУЛИ. Похоже, ты чувствовал, что родители и бабушка были несколько оторваны от твоего мира и твоих потребностей.
ЛЕННИ. Да, именно так. Но разве не каждый ребенок чувствует то же самое? Я всегда говорил, что после окончания средней школы я как бы сам себя воспитывал. После ссоры с Дэном в старших классах мне было трудно заводить новых друзей. Наверное, у меня были проблемы с доверием. Поэтому я сосредоточился на учебе. Родители подчеркивали важность образования вообще и получения высшего образования в частности. Я рано понял, что привлечь внимание родителей можно только получая хорошие оценки, поэтому усердно занимался, чтобы быть круглым отличником. Хотя они были недовольны моим весом, они были очень довольны моими оценками. Я думаю, именно поэтому я так увлечен карьерой. Это то, что дает мне чувство собственного достоинства. Но, честно говоря, думаю, что родители очень хорошо поработали со всеми нами. Никто из нас не употребляет алкоголь, некоторые из нас в браке и имеют детей. Разве моя ситуация в целом не типична?
Когда мы уверены, что наши родители были добрыми и любящими и делали все возможное, чтобы у нас было прекрасное детство, нам может быть трудно увидеть, где именно они могли совершить ошибки, или понять, каких навыков им не хватало. Всем нам свойственно отрицать то, во что мы не хотим верить. Мы не хотим их винить, а если их к тому же уже нет в живых, можем испытывать чувство вины за то, что плохо о них думаем. Мы также можем испытывать стыд, когда все же приподнимаем завесу отрицания и смотрим на то, что было не совсем так в нашем воспитании.
Остановитесь на минуту и задумайтесь. Были ли в вашем детстве события, которые вы воспринимали как угрожающие или травмирующие? Чувствовали ли вы себя комфортно, делясь этими переживаниями с опекунами? Помогали ли они вам на постоянной основе проработать ваши чувства, связанные с неприятными событиями? Скрывали ли вы от опекунов определенные переживания? Если да, то почему? Чувствовали ли вы, что они не смогут воспринять их или помочь вам? Чувствовали ли вы, что должны защитить их? Боялись ли, что они могут осудить, раскритиковать или пристыдить вас?
Были ли у ваших опекунов на попечении другие дети? Сталкивались ли они с чрезмерным стрессом, физическими или психическими заболеваниями? Были ли у них регулярные депрессии, тревожность, неурядицы, были ли они постоянно погружены в себя или озабочены своими мыслями? Даже такие более легкие формы родительской несонастроенности, как постоянная отвлеченность на что-то или перегруженность, могут повлиять на развитие мозга ребенка в раннем детстве и привести к поведенческим проблемам. Например, к нарушениям пищевого поведения.
Наша цель здесь не в том, чтобы искать виноватых. Скорее, мы пытаемся определить, обеспечивало ли ваше окружение в детстве достаточную эмоциональную поддержку для оптимального развития ваших мозговых связей, химии мозга и механизмов реагирования на стресс. Из-за того, что родители Ленни были перегружены обязанностями по содержанию семьи и уходу за всеми детьми и оторвались от окружающего мира, они просто не могли дать достаточно качественного внимания, хорошей сонастроенности, понимания, сопереживания, успокоения, комфорта и постоянной заботы.
Когда наши опекуны, пусть даже непреднамеренно, не в состоянии на постоянной основе удовлетворять наши потребности в эмоциональной поддержке, мы вынуждены отказываться от этих потребностей и приспосабливаться к тому, чего требует ситуация. Все дети естественным образом приспосабливают свои эмоциональные проявления, поведение и потребности к родительским требованиям, ожиданиям и предпочтениям.
Непреднамеренное пренебрежение нашими потребностями в важные моменты детского развития может быть вызвано многими факторами. Опекуны могут быть перегружены потребностями всех детей в семье, смертью члена семьи, нуждами скорбящего или находящегося в депрессии родственника, ребенка с проблемами настроения или поведения. У опекунов может не быть навыков в преодолении серьезных потерь или разочарований – собственных или самых близких им людей (пример: ссора Ленни с другом). Если таскать маленького ребенка по диетологам, подчеркивать или критиковать размеры его тела, это может вызвать в нем болезненное состояние стыда. Оно будет препятствовать формированию навыков, свойственных данному периоду развития, и затруднять выработку здорового уровня самооценки и самопринятия. Хотя некоторые из этих факторов (например, критика размеров тела) могут показаться намеренно жестокими, они могут быть вызваны желанием воспитателя поощрить уход за собой или же верой в то, что это лучший способ мотивировать ребенка к переменам.
Непреднамеренное пренебрежение потребностями ребенка в период его развития
• Опекуны перегружены: им приходится заботиться о большом количестве детей, иметь дело с болезнью или смертью в семье, приездом родственников. Они чрезмерно загружены работой или общественными обязанностями.
• Опекуны регулярно отвлекаются: им трудно одновременно справляться с работой, домашним хозяйством и уходом за детьми.
• У опекунов нет достаточных знаний и навыков воспитания: им трудно уделять внимание ребенку, сонастраиваться, внимательно слушать, одобрять, сопереживать, поддерживать, утешать, подбадривать и вселять надежду.
• Опекуны плохо умеют справляться с разочарованиями и потерями, в том числе с травматическими событиями.
• Опекуны постоянно настроены критично или выискивают недостатки: они подчеркивают недостатки и недочеты, а не сильные стороны и позитивные возможности.
• Опекуны стыдят ребенка: они постоянно заостряют внимание на таких проблемах, как лишний вес, перепады настроения, застенчивость, неспособность к обучению, угревая сыпь, ночное недержание мочи и сосание пальца.
• Опекуны устанавливают жесткие правила и демонстрируют нереалистичные ожидания: они могут предоставлять детям мало самостоятельности в том, что касается свободного времени, наведения чистоты, домашних дел, этикета, свиданий, учебы, домашних заданий, времени отхода ко сну и так далее.
• Опекунам не хватает ресурсов: им может не хватать финансовой, эмоциональной, духовной и материальной помощи и поддержки.
• Один из опекунов умирает: когда умирает родитель или опекун, дети могут не получить необходимой поддержки для преодоления такой потери.
Семья Ленни столкнулась с непростой ситуацией: в связи со внезапной смертью дедушки приехала бабушка в депрессии. Матери Ленни пришлось пережить все это. При этом она вела домашнее хозяйство и растила пятерых детей, включая капризного маленького мальчика. Этот «идеальный шторм» мог свалить с ног даже самых лучших воспитателей. Старшим братьям и сестрам Ленни часто приходилось нянчиться с младшими. Но какими бы добрыми и любящими они ни были, старшие братья и сестры сами по себе остаются детьми. Они никак не смогут заменить зрелых, добрых, чутких и эмоционально доступных взрослых.
Оказываясь в сложной ситуации, мы инстинктивно применяем стратегии выживания, которые помогают нам приспосабливаться к обстоятельствам, а также к ожиданиям и требованиям тех, кто о нас заботится и нас растит. Ленни вспомнил, как ему говорили, что он был хорошим ребенком, добродушным малышом, с которым легко. Он рано научился отключаться от своего внутреннего мира чувств, мыслей и потребностей, чтобы соответствовать ожиданиям и требованиям других людей. К счастью, Ленни смог воспользоваться многими внутренними ресурсами, которые помогли ему справиться с сумбурной и беспокойной реальностью детства, где часто было нелегко удовлетворить свои эмоциональные потребности. Неконфликтный характер, гибкость, врожденная любознательность, интерес к учебе и стремление упорно трудиться ради хороших оценок позволяли ему радовать родителей и получать похвалу. Располагая к себе окружающих спокойными манерами и приятным обхождением, он долгое время сохранял дружеские отношения с Дэном. Когда окружающие были не в состоянии обеспечить ему спокойствие и комфорт, он придумал, как успокаивать себя с помощью отвлекающих факторов – еды и игр.
Недостатки стратегий
Ленни дружелюбен, амбициозен, увлечен своей работой, однако неудовлетворен своей личной жизнью. Он чувствует, что в его жизни нет баланса. Проблемы с доверием, вызванные непреднамеренным отсутствием родительской поддержки в годы его детства, а также предательством лучшего друга, оставили свой след. Хотя у Ленни много случайных знакомых и связей по работе, ему трудно устанавливать близкие отношения.
Ленни регулярно пытается отвлечь себя от чувства внутренней пустоты и одиночества обильной едой и просмотром телепередач. Он по-прежнему старается угодить людям, удовлетворяя потребности других, а не собственные. И он по-прежнему прибегает к выработанной в детстве привычке отключаться от своего внутреннего мира и все свои силы отдавать карьере, тем самым отказываясь от очень юной части самого себя. Несмотря на то что Ленни во многом устранил химический дисбаланс в мозге, толкавший к перееданию, еда по-прежнему играет в его жизни бо́льшую роль, чем ему хотелось бы.
Мы обсудили с Ленни, как при решении проблемы эмоционального переедания ему следует учитывать его внутренний психологический мир – эмоции, потребности, мысли, убеждения и воспоминания (именно они подпитывают аддиктивные импульсы и поведение), а также внешний мир. Ресурсы и стратегии, которые помогли Ленни пережить непреднамеренное пренебрежение, предательство и одиночество в детстве, теперь должны быть дополнены новыми ресурсами, внутренними и внешними. По мере того как мужчина осваивал и практиковал навыки заботы о себе, которые недостаточно развились у него в детстве, он формировал и укреплял нейронные контуры. Они могли позволить ему развить адаптивные способности и стратегии для удовлетворения его потребностей.
Если люди, растившие вас, были добрыми, любящими и руководствовались благими намерениями, то у вас есть преимущество при решении проблем, связанных с перееданием. Но, как показывает опыт Ленни, потребностями ребенка могли непреднамеренно пренебрегать в важные периоды его развития. Отсюда и появляются трудности в регулировании собственного поведения.
Практика осознанности, описанная во второй части книги, поможет вам восполнить пробелы в развитии и устранить нарушения в работе мозга, вызванные ранним недостатком привязанности. Мы будем наблюдать за прогрессом Ленни, проследим, как трудно ему было оставаться наедине со своими чувствами. Мы узнаем, как он учился успокаивать себя, переосмысливать пораженческие мысли и глубинные убеждения, из-за которых ему было трудно доверять другим и устанавливать тесные личные связи.
В третьей части книги вы найдете вдохновляющие стратегии, позволяющие преобразовать неконструктивные модели межличностного общения (например, человекоугодие) и привнести в вашу жизнь доброту и любовь к другим людям. Вы не можете вернуться в прошлое и изменить что-то в своем раннем детстве, но вы способны сделать так, чтобы ваша настоящая и будущая жизнь стала радостней и приносила удовлетворение. Для этого нужно осознанно заботиться о себе, изменяя свою внутреннюю среду.
И не волнуйтесь. Возможно, вам не близка ситуация Ленни, потому что ваши ранние годы были по-настоящему счастливыми, насыщенными и беззаботными. Но практика осознанности все равно принесет пользу. Скорее всего, вы взялись за эту книгу, поскольку чувствуете, что нарушен некий баланс: вам трудно регулировать свое поведение и удовлетворять свои потребности, не прибегая к еде или к пагубным привычкам… Вы недовольны своим весом или состоянием здоровья. Или и тем и другим. Во второй части книги я расскажу о семи навыках, которые помогут вам укрепить систему саморегуляции. Вы научитесь действовать так, чтобы достичь своих целей.