Лея

Мое сердце сжимается от боли, когда я смотрю на входную дверь своего дома, какая-то часть меня не хочет входить. Прошло уже больше недели, но моя ссора с родителями все еще свежа в памяти.

Если бы моя мать не позвонила мне и не попросила вернуться домой, я бы никогда этого не сделала. Интересно, что бы сделал мой отец. Неужели он действительно позволил бы своей гордости и упрямству разрушить наши отношения? Неужели он действительно был готов потерять меня из-за этого?

Я глубоко вздыхаю, отпираю дверь и вхожу. В доме тихо. Я бросаю ключ в маленькую вазочку, которая стоит у нас в прихожей, испытывая противоречивые чувства. Я все еще обижена и злюсь, и знаю, что мои родители только ухудшат мое состояние.

– Лея.

Я поднимаю глаза и вижу, что в дверях стоит моя мать с выражением сожаления на лице.

– Ты дома.

Я киваю и иду мимо нее к лестнице, без понятия, что сказать. Я знаю своих родителей. Что бы я ни сказала, они не станут слушать. Их больше волнует, что подумают люди. Их гордость и эгоизм возьмут верх над моим счастьем.

– Лея, – повторяет мама. – Пойдем выпьем чаю.

Я хочу отказаться. Не хочу играть в эту игру, когда мы делаем вид, что все в порядке, хотя это разбивает мне сердце. Я не хочу притворяться. У меня нет на это сил.

– Мам, – говорю я изможденным голосом, – я устала.

– Лея, это всего лишь чашка чая. Займет несколько минут, хорошо? Я не видела тебя целую неделю.

Ее тон звучит обеспокоенно, и мое сердце болезненно сжимается. Для меня это невероятно тяжело. Я знаю, что у нее добрые намерения, и она беспокоится обо мне, но ее тревога лишит меня всего, что мне дорого.

– Хорошо, – соглашаюсь я, не в силах ей отказать, когда она смотрит на меня таким взглядом. Мама выглядит такой же расстроенной, как и я.

Я следую за ней на кухню и сажусь за барную стойку, пока она наливает мне чашку горячего молочного чая масала. Я наблюдаю, как она добавляет ложку сахара с горкой для меня, и у меня щемит сердце.

Мама опирается локтями на кухонную стойку и настороженно смотрит на меня.

– Итак, вчера к нам домой приходил Адриан Астор.

– Знаю. Ты звонила мне, чтобы рассказать об этом, помнишь? И Аша тоже рассказывала.

Она кивает и поджимает губы.

– Что тебе нравится в этом мужчине?

Я делаю глоток чая, и мы стараемся не замечать, как дрожат мои руки.

– Мне нравится, какие чувства он во мне вызывает, мам, – честно отвечаю я. – Благодаря ему я чувствую, будто для меня нет ничего невозможно, что я заслуживаю целого мира. С ним я чувствую себя цельной и достойной всего, чего желает мое сердце. С ним я по-настоящему счастлива как никогда.

– А его дети? Ты готова иметь дело с подростками?

Я улыбаюсь и качаю головой.

– А кто-нибудь вообще к этому готов? Что я точно знаю, так это то, что люблю этих детей всей душой. Они не мои, но мне кажется, будто это не так. Будет нелегко, и настанет время, когда они возненавидят меня. Впервые узнав о нас с Адрианом, они настолько расстроились, что не разговаривали со мной несколько недель. Они ведь дети, мама. Конечно, будет нелегко, но я делаю этот выбор осознанно. У меня нет иллюзий по поводу идеальной жизни и идеальной семьи, которая никогда не распадется. Я знаю, иногда все будет идти наперекосяк, порой я буду завидовать им из-за того, что Адриан уделяет им больше времени. Я это понимаю. Я всего лишь человек, мама. Знаю, нас ждут моменты, когда я накосячу или они что-то натворят, и мне будет больно. Но то же самое было бы с моими собственными детьми.

Мама кивает с задумчивым взглядом.

– А что насчет его бывшей жены?

Я качаю головой.

– Она… с ней все сложно. Она не рада тому, что Адриан двигается дальше, и ясно дает это понять. Но я могу тебя заверить, что мы с Адрианом справлялись со всеми проблемами, которые она нам создавала, как могли, и будем продолжать это делать.

– Значит, ты все обдумала? Ты уверена в нем?

Я киваю.

– Да. У меня нет сомнений.

Мама вздыхает и отводит взгляд.

– Знаешь, что он сказал о тебе, когда пришел просить твоей руки?

Я с любопытством качаю головой.

– Что он позаботится о том, чтобы ты всегда чувствовала, что тебя ценят и о тебе заботятся, и что он всегда будет напоминать тебе, что то, что ты считаешь своими недостатками, на самом деле вовсе не недостатки, – говорит она, делая паузу. – Он также сказал, что хочет узнать о наших традициях.

Я улыбаюсь про себя, и на сердце становится теплее.

– Но не это убедило меня дать ему шанс. Это были его дети. Знаешь, что они сказали о тебе?

Я качаю головой.

– Они сказали, что уже видят в тебе свою мать, что их устраивает, если у них будет две мамы. Возможно, ты любишь этих детей, Лея… но они так же сильно любят тебя в ответ.

Меня это удивляет, учитывая все, что мы с детьми только что пережили.

– Они так сказали?

Мама кивает.

– Они даже принесли твоему отцу игрушки из «Звездных войн». Он никогда в этом не признается, но эти двое мгновенно покорили его сердце.

Мои глаза наполняются слезами, и я шмыгаю носом. Хотя наши отношения с детьми улучшились, я не думала, что они полностью восстановятся. Возможно, я ошибалась. Возможно, у нас все намного лучше, чем я думала.

– Мне все равно это не нравится, Лея, – говорит мама. – Я не хочу, чтобы тебе приходилось иметь дело с чужими детьми или бывшей женой, которая может попытаться навредить тебе через детей. Я ничего этого для тебя не хочу, но я вижу, что ты любишь Адриана. И я вижу, что он тоже тебя любит.

Она постукивает пальцем по кухонному столу, как всегда, когда задумывается.

– Мне это не нравится, – повторяет она. – Но я даю тебе свое благословение.

– Что? – Я смотрю на нее в шоке.

Мама улыбается мне и кивает.

– Он хороший человек. Он не тот, кого бы я выбрала для тебя, но пока ты счастлива, ничего другое не имеет значения. Однажды я чуть не потеряла тебя из-за рака. То, что ты сейчас сидишь напротив меня, уже чудо, Лея. Если это то, чего ты хочешь, если ты уверена в нем, то я тебя поддержу. Я не могу обещать тебе, что у меня получится убедить твоего отца, но я постараюсь.

Она кладет свою руку поверх моей и сжимает ее.

– Просто будь счастлива, хорошо? Это все, чего я для тебя хочу.

Я киваю, и по моей щеке стекает слеза.

– Спасибо тебе, мам. Это… спасибо.

Она улыбается и кивает на чашку с чаем на столе.

– Допивай свой чай, а потом иди помоги мне приготовить парату[9] на вечер. Твоя сестра все равно тебя уволила, так что вполне могу привлечь тебя к работе.

Я сдерживаю улыбку и киваю, в сердце расцветает надежда. Я совсем этого не ожидала. Я была так уверена, что мама поставит приличия выше моего счастья, но она этого не сделала.