Адриан

Амара врывается в гостиную, она выглядит такой же взволнованной, как и я.

– Ты готов? – спрашивает она.

– Нет, – качаю я головой. – Я в ужасе.

Дедушка и тетя Шарлотта входят с горой подарков в руках, и мои ладони становятся липкими. Я вытираю их о брюки и поправляю галстук. Мы не можем облажаться. Не помню, чтобы я когда-либо так сильно нервничал.

– Что происходит? – интересуется Люси.

Я поворачиваюсь к детям, не зная, что сказать. Я в курсе того, что Колт с Леей снова общаются, но вот насчет Люси не уверен. Я больше не могу откладывать знакомство с семьей Леи, учитывая, что они с отцом в ссоре, но в то же время я не хочу ничего рассказывать детям, если это негативно скажется на их отношениях с Леей.

На мгновение я задумываюсь, но потом решаю сказать правду.

– Я собираюсь домой к Лее, чтобы спросить ее родителей, может ли она официально стать членом нашей семьи. Ее родные придерживаются строгих традиций, поэтому я должен попросить их разрешения. В культуре Леи так заведено, что я должен прийти к ее семье со своей семьей. Мы привезем им подарки и сладости в надежде, что они согласятся.

Глаза Люси расширяются.

– Если они согласятся, Лей вернется домой?

Я поправляю галстук, переживая, как отреагирует Люси, если я продолжу объяснения. Я заметил, что она сказала слово «дом», точно так же, как Колтон. Они уже считают это место домом Леи, даже если отношения между ними не такие, как раньше.

– Если они согласятся, я хотел бы жениться на Лее. Она переедет к нам жить навсегда.

– Навсегда? – повторяют в унисон мои дети.

Я киваю.

– Если твоей семье положено ехать, тогда почему мы с тобой не едем? – спрашивает Колтон расстроенным голосом.

– Поскольку в последнее время Лея вам, кажется, не сильно нравится, я подумал, что вы не захотите поехать.

Люси скрещивает руки на груди, на ее лице отражается упрямство.

– Кто сказал, что она нам не нравится? Мы такого никогда не говорили.

Я провожу рукой по волосам, глядя на своих детей.

– Я не думаю, что вы понимаете, насколько это важно. Если сегодня ее родители скажут «нет», то мы потеряем ее навсегда. Может, вы этого и добиваетесь, честно говоря, я уже ни в чем не уверен, поэтому не могу этого допустить.

Люси всхлипывает, на ее глаза наворачиваются слезы.

– Мы не хотим этого, папа. Мы любим ее. Правда. Я была не права… Я была несправедлива к ней, но я не… Я-я люблю ее.

Колтон обнимает сестру за плечи и кивает.

– Да, папа. Мы любим ее и тоже хотим, чтобы Лея присоединилась к нашей семье. Ты должен позволить нам поехать с тобой.

– Вы хотите поехать со мной? – растерянно спрашиваю я. Они кивают. – Я… Я не знаю. Если вы поедете, то должны вести себя идеально. Это чрезвычайно важно, понимаете?

– Мы понимаем, – отвечает Колтон.

– Отлично! – восклицает Амара. – Я принесла вам одежду.

Я смотрю на свою двоюродную сестру, которая держит в руках костюм для Колтона и красивое платье для Люси. Какого хрена? Я думал, мы договорились, что дети с нами не поедут, так какого черта она привезла для них наряды?

Она подмигивает мне, как будто знала, что это случится, и я качаю головой. Иногда Амара меня пугает.

– Тогда идите переодевайтесь, – говорю я им.

Амара кивает и отдает им одежду.

– Вам лучше вести себя идеально, – предупреждает она. – Если вы этого не сделаете, сердце Леи навсегда останется разбитым. Она и так уже страдает, но, если сегодня что-то пойдет не так, она будет убита горем. Вы ведь это понимаете? Это ваш шанс загладить свою вину за то, что вы игнорировали ее и обижали.

Дети кивают, вид у них решительный. Они вприпрыжку поднимаются по лестнице, держа в руках свои наряды, и я молюсь, чтобы все прошло хорошо.

– Адриан, все будет хорошо, – успокаивает меня дедушка. – Мы не чужие для семьи Леи. По крайней мере, они выслушают нас, пусть даже только потому, что сильно любят Амару.

Я киваю, но не могу успокоить свое бешено колотящееся сердце. Я так боюсь, что сегодня что-то пойдет не так. Хуже всего то, что я полностью понимаю, почему они думают, что Лея может найти себе кого-то получше. Я лишь надеюсь, что они дадут мне шанс. Больно осознавать, что дети, которых я так сильно люблю, являются одной из причин, по которой меня не считают подходящим партнером для Леи, хотя я так горжусь ими.

Дети спускаются по лестнице, держа в руках игрушки из «Звездных войн», и я озадаченно хмурюсь. Колтон прижимает к груди лимитированный набор «Лего» «Тысячелетний сокол», который подарил ему мой дедушка и который, вероятно, стоил бешеных денег, а Люси держит точную копию малыша Йоды.

– Ты сказал, что мы повезем подарки, – говорит Люси. – Папа Леи любит «Звездные войны». Вот почему он назвал ее принцессой Леей.

– Гм, да, – бормочу я.

– Ну разве вы не милашки? – восхищается Амара. Она провожает их до двери и ведет к своей машине, а я следую за ней.

– Я отвезу твою тетю, – говорит дедушка, направляясь к своей машине. Я киваю и присоединяюсь к Амаре. Они оба постарались на славу, взяв, похоже, самые дорогие автомобили, которыми владеет семья Астор. Сегодня мы определенно стремимся произвести впечатление, и я надеюсь, что это не выйдет нам боком.

Не думаю, что до сегодняшнего дня я когда-либо испытывал настоящий страх. Меня пугает мысль о том, что они могут сказать «нет». Что тогда будет со мной и Леей? Я не уверен, что она выдержит еще один удар. Сейчас она может упрямиться, но я знаю, как много значит для нее семья.

Я едва осознаю, что мы подъезжаем к дому Леи, потому что полностью поглощен своими страхами. За последние пару недель дедушка заставлял меня заключать многомиллионные сделки, и это меня ничуть не напрягало. А сейчас? Я в полном ужасе.

Дети сжимают в руках свои подарки, когда мы подходим к входной двери, и мое сердце на мгновение перестает биться, когда Амара нажимает на дверной звонок.

Аша открывает дверь почти мгновенно, как будто ждала нас. Она пытается изобразить удивление, но у нее плохо получается.

– Амара! – кричит она. – Входи!

Она широко открывает дверь и впускает нас, одними губами говоря «быстро», как будто боится, что ее родители выставят нас вон, как только поймут, что происходит.

Мы следуем примеру Амары и разуваемся, прежде чем пройти за ней в гостиную. Родители Леи впадают в шок при нашем появлении и какое-то время просто смотрят на нас. По какой-то причине я ожидал увидеть людей, одетых в традиционные индийские наряды, но они совершенно обычные. Отец Леи одет в джинсы и футболку, а на ее матери – сарафан. Они ничем не отличаются от моей семьи.

– Тетя, дядя, – говорит Амара. – Позвольте представить вам моего двоюродного брата Адриана.