Впервые Сергей Есенин посетил Грузию в 1920 году – это был короткий визит во время его путешествия по югу России. Четырьмя годами позднее, осенью 1924 года, он посетил страну уже целенаправленно. Полгода, проведенные в Грузии, стали одной из самых ярких страниц жизни и творчества Есенина: в письмах друзьям он признавался, что страна пленила его душу. Природные и городские пейзажи, народные песни и древняя культура вместе с легендарным гостеприимством подарили ему редкостное вдохновение. По словам самого Есенина, здесь поэзия словно «витала в воздухе».

В Тифлисе Есенин сблизился с литераторами из группы «Цисперканцелеби» (в переводе с грузинского – «Голубые рога»), куда входили яркие мастера слова того времени: Тициан Табидзе, Паоло Яшвили, Георгий Леонидзе, Валериан Гаприндашвили и другие. Поэты проводили свободное время на природе – за застольями и дружескими поэтическими турнирами, но куда чаще собирались в знаменитом среди творческой интеллигенции кафе «Кимерион», располагавшемся при театре имени Шота Руставели.

Порой эмоции накалялись до предела. По рассказам, Есенин однажды, охваченный неожиданным вдохновением, перочинным ножом порезал себе руку и кровью вместо чернил вывел экспромтом строки нового стихотворения – «Поэтам Грузии». Этот эксцентричный жест потряс и восхитил друзей: казалось, русский поэт готов буквально вложить свою кровь и душу в братство с грузинскими собратьями по перу. Само стихотворение стало поэтической клятвой в дружбе – в нем Есенин призывал будущие поколения помнить его имя рядом с именами грузинских поэтов.

После нескольких месяцев, проведенных в Тифлисе, Есенин отправился в Батум. Здесь, вдали от городской суеты, поэт мог сосредоточиться на творчестве. В спокойной обстановке, среди пальм и вечнозеленых магнолий Есенин создал больше тридцати произведений. Стихи того периода наполнены яркими южными красками. В них запечатлены и величавость гор, и зной виноградников, и колорит восточных легенд, и радость дружеского единения народов.

В Батуме произошла и трогательная история, отразившаяся в поэзии Есенина. Поэт познакомился с молодой учительницей по имени Шаганэ Тертерян – романтичной девушкой армянского происхождения. Есенин был очарован ее музыкальным именем и нежным обликом. Между ними возникло светлое чувство, и поэт посвятил девушке одно из самых известных своих произведений – «Шаганэ ты моя, Шаганэ…». Эти проникновенные строки, написанные именно в Батуме, полны тоскующей любви к далекой родине и одновременно восхищения перед его кавказской музой, самой Шаганэ.

Черноморский город запечатлелся и в стихотворении «Батум» (1924), пронизанном тихой грустью. Долгие вечера на батумском молу, где Есенин провожал взглядом уходящие корабли, навевали ему раздумья о судьбе странника. В строчках «Батума» ощущаются одиночество вдали от России и одновременно вдохновение, которое поэту дарила грузинская земля.

Грузия ответила Есенину такими же глубокими привязанностью и признанием. После смерти Есенина в 1925 году в Тифлисе и Батуме по нему скорбели как по родному; Тициан Табидзе, друг и соратник поэта, посвятил его памяти проникновенные строки, предчувствуя и собственную судьбу[17]:

«…Но у каждого время настанет свое,

Нас, наверно, как псов, постреляют…»

Стихи Есенина были переведены и на грузинский язык – его нежная лирика оказалась близка местному читателю. Имя поэта навсегда вошло в историю культурных связей Грузии и России как символ искреннего поэтического братства.