Выходные парень провел приятно. Большую часть времени он не вылезал из-под пледа и смотрел один за другим глуповатые ужастики. Время от времени Диме все же приходилось покидать свой кокон для справления всевозможных естественных нужд и похода в магазин за очередной порцией закусок к фильму. О предстоящей работе он особенно не думал, да и, справедливости ради, о чем там было думать? Заурядная вакансия грузчика-разнорабочего в ночную смену. Принеси-подай, иди на фиг, не мешай. Парень был уверен, что ничего интересного и запоминающегося от такой подработки ждать не стоит, но, как показала практика, он очень сильно заблуждался.

В понедельник Дима проснулся в три часа дня. Молодой человек лениво зевнул, потянулся и неторопливо сел. Разлепив заспанные глаза, он опустил ноги на холодный пол и начал искать ступней завалившийся под диван тапок. Обувшись, он вяло добрался до раковины и принялся чистить зубы, уставившись на свое помятое лицо в отражении над краном.

Дешевый растворимый кофе немного привел парня в чувство, и он принялся думать, что же ему понадобится в первую рабочую смену, помимо запасной обуви. Дима сварил себе три сосиски с макаронами. Половину он съел за просмотром какого-то видео, а остатки сгрузил в пластиковый контейнер для завтраков и отправил в свою сумку. Туда же парень кинул старенькую металлическую кружку, одноразовую вилку, пачку влажных салфеток и хозяйственные перчатки. Порывшись в ящике кухонного стола, он нашел целлофановый пакет, завернул в него свои паленые «адидасы» и отправил кроссовки на дно сумки. Почесав затылок и зевнув, Дима добавил к своему снаряжению газету с кроссвордами и погрызенный карандаш. Он отнес сумку в прихожую, оделся и посмотрел на часы. До выхода оставалось еще около двух часов. Парень еще раз зевнул, уселся на диван, взял кружку с недопитым кофе и решил убить оставшееся время за просмотром очередного голливудского шедевра с дешевой компьютерной графикой и безвкусным сюжетом.

* * *

Холодный дождь и ветер, терроризирующие горожан всю прошлую неделю, к концу выходных немного сбавили обороты, и понедельник можно было даже назвать относительно погожим. Сквозь свинцовые тучи порой пробивались лучи солнца. Они уже не грели как летом, но эффект плацебо успешно обеспечивали, и на душе становилось чуточку приятнее. Когда Дима покинул свой подъезд, светило уже начало тонуть в горизонте, окропляя небеса багровым заревом. Немного постояв во дворе, любуясь необычайно красивым закатом, парень поправил ремень наплечной сумки и отправился в сторону остановки.

Путь до супермаркета был похож на спуск в пучины океана. С каждым километром пейзаж становился все мутнее и депрессивнее. Видавший виды автобус высадил парня в пункте назначения и укатил по сумеречной дороге, мерцая габаритными огнями.

Было тихо. На удивление в понедельник вечером даже в таком богатом на экзотическую фауну районе было немноголюдно. У пивных ларьков не толпились алкаши-полуночники, а на лавочках не сидела местная шпана. Дима вдруг, сам не зная почему, подумал, что, возможно, аборигены затаились в страхе перед грядущей тьмой. Закрылись дома и задернули шторы. Приглушили свет и старались не выглядывать из окон. Парень вдруг хмыкнул, издав хрюкающий звук, и пожурил себя за впечатлительность. Выходные, проведенные за просмотром фильмов ужасов, очевидно, давали о себе знать. В реальности все куда прозаичнее. Даже пьяницам нужно на что-то жить. Так что они не спрятались от неведомого страха, а просто завалились спать в преддверии тяжелых трудовых будней маргиналов. Дима, еще раз усмехнувшись своей пугливости, отбросил дурацкие мысли и зашагал к магазину.

* * *

– Есть кто дома? – крикнул парень, постучав в дверь. – Ау!

Молодой человек постоял минуту, прислушиваясь, затем постучал еще настойчивее.

– Хорош барабанить, мля, – пробубнил мужчина за пятьдесят, приоткрыв на пару сантиметров входную дверь. – Тебе че надо? Время видел? Магазин закрыт! Для особо одаренных табличка висит? Или не по глазам?

– Да я это… Я же… – промямлил Дима, удивленный таким приветствием.

– Слышь, друг, ты заманал тут мычать. Че у тя во рту? Ты выплюнь сначала, а потом говори. А вообще лучше просто разворачивайся и давай вали отсюда.

– М-меня Дима зовут… – пролепетал парень.

– А меня Витя. Охеренно рад. Все, познакомились? Давай катись теперь.

Мужчина, не дожидаясь ответа, захлопнул дверь и щелкнул замком. Парень вдруг опомнился и проговорил:

– Да нет, вы не поняли. Я Дима. Сегодня на смену должен выйти ночную. Вам Елизавета не сказала, что ли?

Мужчина за дверью вдруг громко расхохотался, вновь отпер замок и посмотрел на молодого человека.

– Пацан, ты извини. Я по привычке. Тут постоянно бухарики шляются. Одного пустишь, дак потом всю ночь будут косяком идти. Давай заходи. Меня вообще Витя зовут, но все Санычем кличут, – сказал мужчина, протягивая жесткую ладонь.

Дима ответил на рукопожатие и прошел внутрь, все еще пребывая под впечатлением от экстравагантного начала его местной карьеры.

– Так, значит, тут у нас торговый зал. И, собственно, тут делать особо и нечего. Нам с тобой вон туда. Там разгрузочная зона. Через полчаса машина придет, покажу, что да как. Шмотки можешь в шкафчике оставить, – с ходу начал погружать коллегу в искусство грузчика Саныч. –  Обутки-то взял с собой сменные?

– Да.

– Ну и молоток. Давай за мной. Говнодавы свои потом можешь тоже в шкафчик сунуть. Только в пакет замотай, чтобы не засрать тут все. Нам потом с тобой менеджер за это вставит будь здоров.

– Окей, понял-принял. Виктор Александрович, еще вопрос…

– Димон, какой я тебе Виктор Александрович? Сказал же, Саныч. Можешь Витьком звать, если так больше нравится. Ты ж меня не в театр выгуливать повел, – менторским тоном сказал старший.

– Лады, Вик… То есть Саныч. У вас тут холодильник с микроволновкой есть?

– А тебе зачем? Пирожки, что ли, печь будешь на досуге?

– Да нет. Я с собой поесть взял. Оставить бы где.

– А. Ну микроволновки нет. Тут извини. Директриса наша в кафешке трапезничает, а на персонал ей насрать. Ну, скажу по секрету, я в долгу не остаюсь. Сколько я тут хрючева схомячил казенного, лет на пять общего режима хватит. Шутка. Ну а чтоб не испортилось, можешь вон к газировке пока сунуть в холодос. Только забрать не забудь. А то нам менеджер…

– Вставит будь здоров. Я запомнил, – весело ответил Дима, находящийся под впечатлением от грубоватой харизмы Саныча.

– Так точно. Молоток, боец! На лету схватываешь. Получи за это первый трофей! – наигранно проговорил Саныч, взял из стойки с шоколадками батончик и с торжественным видом протянул новичку.

– А как же камеры? – растерянно спросил парень.

– Эт вон те, что ль? – с улыбкой поинтересовался старший. – Они тут так, шпану пугать. Не работают. Ну, вернее, пишут, конечно, только никто записи не смотрит. Так что не ссы.

– Ну тогда можно, – заговорщически ответил Дима и ухватил шоколадку.

* * *

После небольшого ритуала посвящения Саныч повел новичка осматривать супермаркет, попутно наставляя молодого коллегу:

– Так, ну у директрисы в кабинете ты был. Там нам делать нечего. Он тем более закрыт, – сказал старший, когда они вышли из торгового зала и попали в небольшой коридор, разветвляющийся в трех направлениях. Левый отросток заканчивался директорской дверью.

– Дальше все просто. Направо – склад и зона разгрузки, прямо – сортир и кладовка с хозинвентарем. – Как бы подтверждая слова Саныча, из кладовки протиснулась, гремя швабрами, тучная женщина в поношенном топе и облезлых лосинах. Уборщица окинула рабочих равнодушным взглядом.

– Эта наша Дуняша. Чудо, а не женщина, – ехидно проговорил Саныч и добавил, игриво косясь на Диму: – Куй железо, пока горячо. Между прочим, холостая и безотказная.

– Саныч, а шел бы ты со своими подстебами… – начала было та, смахивая со лба волосы пухлой рукой в резиновой перчатке.

– Уже иду, солнце, – не дослушав комплимент, перебил Дуню Саныч. – Она у нас недотрога, – шепотом добавил он.

Мужчины свернули вправо и прошли по узкому проходу, заставленному ящиками и разнообразной бытовой утварью. Он закончился небольшим пятачком с двумя дверьми и секционными воротами. За одной из дверей скрывалась промышленная холодильная камера, а за другой оказалась пустая каморка с парой ведер и тряпок. Дима хмыкнул, увидев, что помещением два на два метра так странно распорядились, но особенно необычного в этом ничего не увидел. Парень давно уже привык к тому, что в стране, которую он считал родной, все делается абы как. Если заброшенными стоят не то что здания, а целые поселки и бескрайние поля, то что такого экзотического в пустой комнате, которую вполне можно было рационально применить?

Саныч опустился на колено, доставая из кармана ключи, отпер замок на воротах и, кряхтя, сдвинул металлический роллет. Тот с шумом поддался и свернулся под потолком.

– Ну а это, Димон, наша с тобой вотчина, – сказал Саныч, заходя в шлюз. – Значит так. Вот тут, в углу, стеллажи с товаром, здесь у нас штабелер, стремянка и гидравлическая тележка, вон там мусорка и тумбочка для барахла.

– Понял. Вроде все ясно, – ответил Дима, засунув руки в карманы.

– Ты, орел, давай не расслабляйся. Нам с тобой сейчас товар привезут. Будем КМБ проводить. Разгрузим, отчетность заполним, тогда и отдохнем.

– Как скажешь, Саныч.

Старший подошел к еще одному роллету у противоположной стены, отпер замок и поднял створки. Дима вальяжно прошлепал к перегрузочному мосту, и тут скользкая подошва сапог предательски скрипнула на металлической поверхности. Парень вмиг потерял равновесие и уже почти полетел в распахнутый портал дока, но Саныч ловко схватил его за предплечье.

– Мля, Димон. Ты давай аккуратнее. У нас тут не опасное производство, конечно, но можно запросто колени порасшибать. Вроде полметра всего, а как с коробкой из шлюза вывалишься, мало не покажется.

– Сапоги скользкие, зараза. Извини, Саныч.

– Давай, короче, переодевайся и приходи сюда. Будем работу работать. Шею себе по дороге не сверни только.

* * *

Груженная товаром машина прибыла с небольшим опозданием. Угрюмый водитель сдал задом и подогнал грузовик к шлюзу. Саныч командовал ему жестами с улицы. Затем главный грузчик взял у водителя накладную и отправился обратно в супермаркет. Шофер заглушил двигатель, отпил из стоящей в подстаканнике термокружки уже порядком остывший кофе, включил лампу под потолком и принялся листать журнал, водрузив ладони на руль. Старший подозвал Диму, и вместе они открыли кузов.

– Так, сперва давай проведем осмотр.

– А водила разве не боится, что мы его нагреем? Накладную тебе отдал, а сам в кабине остался, – удивленно спросил Дима.

– Диман, тут все свои. Стану я Геру кидать, ага. Одно дело – «сникерс» с прилавка тиснуть. Так, мелочь. А тут… Гера доверяет мне, я – ему. Все чинно и благородно.

– Понял. Я просто думал, что тут у вас какой-то контроль поставок или типа того.

– Ну дак он у нас и есть. Все на честном слове. Эх, широка страна моя родная… Ладно, хорош трепаться, давай за дело.

Саныч внимательно пробежался глазами по документу, удовлетворенно кивнул и обратился к Диме.

– Так, начнем с коробок с консервами. Бери по одной и складывай вон на тот стеллаж. Я буду сверяться с накладной.

– Саныч, мне че, одному таскать это все? – возмутился парень.

– Ну третьего тут никого нет. Можешь у Геры спросить, не желает ли он помочь, но ответ я уже знаю. Или Дуняшу позови. Она тебе весь свой словарный запас продемонстрирует за раз. Давай, давай, боец! Растущему организму физкультура на пользу. В следующий раз поменяемся.

Разгрузка заняла около пятнадцати минут. Дима с недовольной физиономией таскал коробки, а Саныч, вооружившись карандашом, помечал принятый товар. Когда кузов наконец опустел, парень устало уселся прямо на ящик с помидорами и облокотился на бетонную стену помещения.

– Все, Саныч, закончили, – выдохнул парень, вытирая о штаны влажные от пота ладони.

– Замечательно, – протянул старший. – Все сходится, на складе ничего не забыли. Отлично!

Саныч поднял глаза от планшета, на котором был закреплен список, и весело посмотрел на парня.

– Эх ты. Каши мало ел. Ничего, освоишься.

С этими словами он закрыл кузов и похлопал по нему кулаком. Саныч вставил список в специальное крепление на стене, крикнул водиле «Заводи!» и отошел от мостика. Немного погодя грузовик отъехал, Саныч ловко выпрыгнул из шлюза на асфальт и подошел к водительской двери. Гера открыл окно и протянул грузчику ручку и бланк. Тот расписался в документе о принятии и передал планшет в салон.

– Давай, Гера. Ни гвоздя ни жезла.

– Бывай, Саныч, – ответил водитель, прикурив, вырулил на дорогу и скрылся из виду.

Старший забрался обратно в шлюз, закрыл ворота и похлопал новичка по плечу:

– Так, давай заморозку и охлажденку в рефрижератор утащим, и на этом сегодня все. Потом чайку бахнем и перекусим.

– Ох, ну давай, – выдохнул парень, вставая на ноги.

* * *

Когда все ящики, коробки и пакеты лежали на своих местах, Саныч достал из тумбочки чайник и включил в розетку. Дима принес из холодильника с напитками свой контейнер с едой и поставил его на небольшой столик в углу разгрузочной зоны, с грустью посмотрев на жалкое остывшее блюдо. Саныч вытащил из пакета пару бутербродов с колбасой, упаковку сушек и маленькую фляжку.

– Коньяк будешь? За знакомство, как говорится, – спросил старший.

– Я его не очень как-то, но за знакомство можно и выпить, – подумав, ответил Дима.

– Эт точно.

Они чокнулись пластиковыми стаканчиками и залпом опрокинули импровизированные рюмки. Жгучий напиток попал Диме не в то горло, отчего парень закашлялся.

– Ну и гадость.

– Чем богаты, Димон, – сказал собеседник, похлопывая парня по спине.

Молодой человек спешно закусил коньяк сосиской, а Саныч принялся за бутерброд. После трапезы они заварили чай и открыли сушки. Начальник взял одну, послюнявил во рту, затем перекусил пополам. Задумчиво пожевал. Отпив из кружки, он спросил:

– Слушай, Диман, это не мое дело, наверное, но интересно все же. На кой тебе это надо все?

– В смысле? – не понял тот.

– Ну я про работу. Ты ж молодой парень. Мог бы найти что-то поприличнее. В кафешку какую-нибудь устроиться или продавцом на худой конец. Зачем тебе сдалась эта жопа мира?

– А, ты про это. Да мне официальное трудоустройство противопоказано, – шутливо ответил Дима.

– Тебя менты, что ли, ищут? Или налоговая? – серьезно сказал Саныч.

– Хуже – военком.

Лицо старшего вмиг потеряло серьезное выражение, и он громко расхохотался.

– От армии косишь?

– Ну типа того.

– А грузчиком-то зачем устроился? Все равно не понимаю.

– А вы таки с какой целью интересуетесь? – иронично съязвил Дима.

– Ну любопытно, с кем работать предстоит. Да и делать все равно нечего. Хоть поболтаем. Если ты не против, конечно, – отправляя в рот очередную сушку, ответил Саныч.

– Да нет, раз интересно, расскажу. Меня месяц назад из универа выперли. Жил в общаге, не парился ни о чем, – начал парень. – Я не особо учился. Так, вола е… ну ты понял, в общем. Раньше вроде получалось хвосты закрывать в последний момент. Как-то контролировал себя. А в прошлом семестре прям все по звезде пошло. То пьянки общажные, то играть засяду во что-нибудь на месяц. Не успел опомниться, и на тебе. – Дима отпил чай. – Летом окучивал преподов. Просил дать шанс. Пересдать или отработать, но они, сука, ни в какую. Вернее, с кем-то даже договорился. Что-то успел исправить, но получилось как получилось. В итоге в начале осени вызвали меня в деканат. Мол, так и так, давали тебе шанс, терпели, но ты не слушал и бла-бла-бла. Шанс они давали, ага. Денег хотели просто. У нас один богатенький так все три года в клубешниках провел. Перед сессией занесет кому надо и опять гулять. Вышел я в тот день из универа с документами и понял – все, приплыли. Мало того что вышку просрал, так теперь еще траву красить и снег полоть загребут.

– Дак а супермаркет-то тебе зачем? Все равно не понимаю, – нетерпеливо прервал Диму Саныч.

– Ты слушай историю, а не перебивай, – огрызнулся парень.

– Ты, щенок, как с начальством разговариваешь? – вспылил было старший и начал подниматься со стула.

– Да я это… Я не серьезно. Просто вырвалось. Извини, Саныч, – робко пролепетал Дима.

– Ха-ха. Да я прикалываюсь, Димон. Видел бы ты сейчас глаза свои. Че дальше-то было, рассказывай, – задорно проговорил мужчина.

– Ну ты шутник, конечно, – закатил глаза Дима и продолжил: – Ну короче, понял я, что гулять недолго осталось на солнышке. А эти из военкомата будто акула, которая кровь учуяла. Через два дня, прикинь, повестка пришла! Благо не в общагу, а к родителям домой. Видно, на решения они быстрые, но мозгов-то маловато. Прислали по прописке, а я там бываю раз в год. Мать благо не сдала. Не знаю, говорит, где и что. Не общаемся особо, но передам, как встречу. Ну и мне сразу звонить. Рассказала, что да как. Я решил не ждать, пока мне письмо счастья лично в руки вручат. У родственников еще и знакомые какие-то оказались. В общем, парень, который знает парня. Батин коллега, что ли, бывший. Я так и не понял. Незнаю, откуда он Елизавету знает, но помог сюда устроиться в темную. У меня на пару месяцев съема хаты деньги были, а дальше без вариантов. Так что, можно сказать, залег на дно временно. А там посмотрим. Может, что и придумаю.

– Ну ты, Димон, чисто Бен Ладен, не иначе. Мастер маскировки. Че только не придумают, а, – усмехнулся Саныч.

– А что оставалось? На год заезжать в добровольное заключение? Нет уж, спасибо. Я лучше буду коробки перекладывать и овощи фасовать. Мне такое счастье не свистело. Ты, наверное, считаешь, что я испугался. Смалодушничал. Отказался долг Родине отдавать. Только я вот что скажу, Саныч. Я у нее не занимал ничего. А если кто осуждает, то флаг ему в руки. И барабанные палочки туда, где солнца не видно.

– Эко ты какой ярый. Димон, не думай, что я осуждаю. Мне хоть и полтос, тебя я понимаю в целом. Свободная страна, свободный выбор. Если решил, значит, решил. Насчет палочек – согласен. Не хер в чужие дела лезть с советами. Я-то сам служил, но тогда все иначе было, сам небось знаешь. Не жалею, но и не агитирую никого. Дело хозяйское, – подытожил Саныч. – А на квартиру тебе повестку не принесут разве?

– Не. Я ее у бабули по объявлению снял. Без бумажек. Даже телефон ей не оставил. Договорились, что буду заносить раз в месяц квартплату и все.

– А почему не откупился? Есть же и конторы всякие, и чинуши продажные, поди?

– На какие шиши? Я ж говорю, еле на жизнь хватало. У родителей тоже шаром покати. Да я бы и не стал у них клянчить. Я, может, и выгляжу додиком неразумным, но принципы какие-то имею.

– Это правильно. Вот за это уважаю! Иди своим путем, сынок, даже если окружающие против.

– Спасибо, Саныч.

Старший налил еще коньяку. Собеседники отставили кружки с чаем и, чокнувшись, выпили. В этот раз Дима вынес испытание с достоинством.

– Ну а ты тут что делаешь? – спросил Дима. – Из меня исповедь вытянул, давай про себя рассказывай.

– У меня история попроще. Ничего особенного. Мотался всю жизнь. То водилой, то на заводе. С женой уже как пять лет разбежались кто куда. Детьми не обзавелся. Думал на Север уехать, да не могу. Прирос к городу. К району этому. Он, конечно, задрипанный, но тут мой дом. Прожил тут большую часть жизни, так что… – погрузился мужчина в воспоминания.

Они немного посидели молча, думая о своем. Саныч отхлебнул прямо из фляжки и протянул ее Диме. Тот не отказался.

– А работа не такая уж паскудная, скажу я тебе. Тут, конечно, тоже не бог весть какое веселье, но платят неплохо.

– Ты серьезно? Тебе как старшему, может, и платят неплохо, но мне Елизавета ничего фантастического не обещала, – мрачно ответил Дима.

– Ну то же официальная часть, – заговорщически ответил Саныч.

– Не понял, в каком смысле официальная? А будет еще какая-то? Директриса говорила мне про премии что-то, но не сразу же, – оживился парень.

– Ну она и не сказала бы. Еще спецгрузы бывают. Вот за них башляют нормально.

– Ты это о чем, Саныч? У вас тут что, подпольная лаборатория в подвале? Или террористическая ячейка в кладовке? – пошутил Дима.

– Остряк. Да нет. Просто иногда привозят на хранение груз. Ты не спеши. Сам все узнаешь.

– Что-то звучит подозрительно. Я сразу говорю, что хоть и работаю нелегально, ни с чем противозаконным связываться не хочу! – сказал парень.

– Димон, успокойся. Ничего противозаконного. Расслабься.

Дима немного остыл. Ситуация была необычная, но выпитый алкоголь и спокойный тон собеседника выветрили из головы дурные мысли, начавшие было там плодиться.

– Ладно, Дима. Давай последнюю, не чокаясь. За Сему, – серьезным тоном проговорил старший.

Парень послушно взял стаканчик и тихо отпил вслед за начальником.

– Саныч, а что за Сема? – выждав пару минут, спросил парень.

– Бывший коллега. Работал до тебя. Земля ему пухом.

– А что случилось? Убили? – вполголоса настороженно спросил Дима.

– Да нет. В ванной умер.

– Как это?

– Ну вот так. После душа вылазил. То ли сердце прихватило, то ли на мыле поскользнулся. Я уж подробностей не знаю. Упал на зеркало и голову раскроил себе. Глупо и нелепо, но бывает и такое. Врачи говорят, несчастный случай. Хороший был мужик. Добрый.

Дима перегнулся через столик и похлопал Саныча по плечу. Коньяк подошел к концу. Мужчины еще некоторое время сидели, молча попивая чай и хрустя сушками. Разговоров на сегодня обоим было достаточно.