По пути в аэропорт никто из нас не заговаривает. Я наблюдаю краем глаза, как она смотрит в окно на пролетающие огни ночного города, но не принуждаю ее к разговору. Слоан сейчас в своих мыслях, разбирается в многочисленных хитросплетениях судьбы. Я не дурак, чтобы мешать этому процессу.

Как только мы оказываемся в кабине моего джета, я притягиваю ее к себе и страстно целую.

Она отвечает слабым стоном облегчения и оседает в моих руках, как будто у нее подогнулись колени.

Затем беру в кулак ее волосы. Ее пальцы впиваются в мои плечи. Мы целуемся с горячим отчаянием, пока трап не складывается и дверь не закрывается. Тогда она открывает глаза и заглядывает в глубину моих.

Задыхающимся голосом Слоан произносит:

– Значит, ты шпион правительства США.

– Нет. Я шпион ирландского правительства.

Она какое-то время переваривает эту информацию, медленно моргая от удивления.

– Двойной агент?

– Скорее свободный агент. Никто не понимает, что мне на самом деле нужно.

Спустя несколько мгновений потрясения она медленно выдыхает и качает головой.

– Это многое объясняет.

– Значит, решено.

– Что решено?

– Мы женимся.

Проходит доля секунды, и Слоан прячет лицо у меня на груди и корчится от хохота.

В ответ я треплю ее по волосам и улыбаюсь.

– Куда поедем на медовый месяц?

– А где ближайший сумасшедший дом?

– Я серьезно.

– Я тоже.

– Это не обсуждается, – твердо заявляю я.

– Ты понятия не имеешь, как устроены женщины, да?

– Ты не типичная женщина.

– Вероятность нашей свадьбы равна нулю.

– А что, тебе хочется трех лет ухаживаний, которые закончатся пышным белым свадебным платьем и белым штакетником?

– Никогда.

– Я тоже так не думаю. Значит, решено.

– Деклан!

– Для одного вечера достаточно, женщина. Можешь покричать на меня по этому поводу позже.

Поскольку напряжение и сопротивление не спадает, я мягко прибавляю:

– Пожалуйста.

– Ох, ты дьявол.

– Ты себе не представляешь.

– Кажется, догадываюсь, – сухо отвечает она.

Я целую ее снова, на этот раз еще крепче.

И вовсе не высота дает мне ощущение полета. Потому что мы еще даже не в воздухе.