На протяжении многих лет родители, педагоги и консультанты спрашивали, когда следует обращаться за помощью для детей. Они хотели знать, на какие признаки обращать внимание и когда вмешиваться, а не ждать улучшения ситуации. Я объясняла это по-разному, но приведенная ниже схема показалась мне самым простым и эффективным способом помочь определить, что нужно ребенку и когда обращаться за помощью.

В жизни ребенка есть три основные сферы: дом, школа и друзья. Имея дело с ребенком, который испытывает трудности, спросите себя: «На сколько сфер жизни негативно влияет существующая проблема?»

Например, Салли борется с тревожностью, и родители беспокоятся о ней. У нее проблемы ДОМА. Весь вечер она ходит за матерью по пятам, беспокоясь о завтрашнем дне и спрашивая, можно ли ей не идти в школу. Мать расстраивается, потому что весь вечер оказывается занят тревожностью Салли. У девочки также проблемы В ШКОЛЕ. Она несколько раз отпрашивалась в кабинет медсестры из-за проблем с желудком и головных болей. В классе она замкнута и не взаимодействует с одноклассниками во время уроков. Тревожность Салли также влияет на ее отношения с ДРУЗЬЯМИ. Она не идет играть с другими ребятами на детской площадке, сидит одна, пока дети играют вместе, и, похоже, не испытывает удовольствия от общения со сверстниками.

Итак, а что же поддерживает Салли? Где она находит хоть какое-то облегчение? Что придает ей сил во время этого шторма? Кажется, ответа нет. Салли одна в океане без спасательного круга, и ей нужна поддержка школы, семьи и психолога, чтобы было за что держаться. Я видела, как этот сценарий повторялся снова и снова, когда родители слишком долго ждали момента, чтобы обратиться за помощью. Я видела, как психологи-консультанты советовали родителям отложить получение поддержки извне, и слышала, как учителя говорили «она это перерастет», в то время как ребенок продолжал испытывать трудности. Такой подход не годится для Салли. Когда мы не помогаем детям в начале их борьбы, их самооценка начинает снижаться. Они отдаляются от друзей и семьи еще больше. Они начинают считать себя неспособными справляться с ежедневными жизненными трудностями.

Недавно я работала с семнадцатилетней девушкой, которая страдала тревожностью и ОКР с начальной школы. Родители не хотели подвергать ее стигматизации, водя к психологу или привлекая к ней внимание в школе, но прошло так много времени, что она пропустила критические этапы развития. Она ощущает дискомфорт при общении со сверстниками, не может представить себе, как уедет из дома учиться в колледж, и она настолько в ужасе от того, что кто-то может узнать о ее переживаниях, что отталкивает тех, кто пытается с ней сблизиться.

Я рекомендую подумать о раннем вмешательстве как о луковице.

Если разрезать луковицу, то станут видны все слои вокруг сердцевины. Один над другим. Если пытаться почистить луковицу, придется снимать каждый отдельно. Вот что происходит с детьми, которые не получают своевременного вмешательства по поводу проблем с психическим здоровьем. Если потребность в лечении остается без внимания, вредные эффекты и привычки накладываются слоями. Если я начну консультировать ребенка, страдающего тревожностью или депрессией, в возрасте семи лет (средний возраст начала депрессии) и если смогу помочь ребенку определить чувство (например, беспокойство) и обучить стратегиям преодоления, то можно наблюдать значительное улучшение состояния уже примерно через шесть сессий.

Если тот же самый ребенок будет ждать помощи до средней или старшей школы, результат будет совсем другим. К тому времени мы должны будем преодолеть все слои борьбы, несчастья, негативных взаимоотношений и недостаточной самооценки, чтобы разобраться в сути проблемы. Раннее вмешательство – это ключ к тому, чтобы помочь детям справиться с генетической предрасположенностью и влиянием окружающей среды.