25 декабря 2018 года

Ладожск

Все воскресенье я провозилась с костюмами для приема в мэрии. Фиона из меня, конечно, была комичная из-за субтильной комплекции. Такая Фиона-анорексичка, как сказала Ниночка.

– Может, тебе надеть мой зеленый свитер и напихать в него ваты для объема?

– Ну уж нет, я не хочу на фоне Инги выглядеть нелепым колобком. Хоть мы с Савельевым и решили остаться друзьями, но мое женское самолюбие страдать не должно.

Зато маски кота в сапогах, Рапунцель и лорда Фаркуада удались. Жаль, я не видела костюма Шрека, в котором придет Сугробов.

– Вы точно не хотите пойти с нами? – спросила я Нину. – Я быстренько тебе что-нибудь придумаю. А у Лизы уже есть костюм к новогодней елке.

– Нет, не стоит ребенку толкаться среди взрослых. Еще вирус какой-нибудь подцепит. Она и так что-то носом шмыгает, как бы не разболелась. А я обещала воспитательнице помочь с украшением елки к празднику. Там все руководство тоже в мэрию собирается, а за детьми надо присмотреть. Вот я и записалась в волонтеры. Поэтому ты готовься и иди на бал, а мы поедем в детский дом.

На том и порешили. Сугробова я не видела с субботы, но решила, что раз мы не договорились иначе, то встретимся прямо на балу. Проводив Нину с Лизой, я понежилась в ванне с ароматной пеной, сделала легкий макияж, собрала в большую сумку все маски и аксессуары. Савельев должен был заехать за мной в половине пятого, чтобы успеть к началу приема. Времени оставалось много, надо было чем-то заняться.

Взяв чистый лист бумаги, я начала набрасывать план усадьбы, тот самый, который я уже чертила, с подвалом под флигелем. Взгляд упал на библиотечную книгу. Ее Нина вчера читала нам вслух. Лиза уверяла, что Тимур говорил именно о таком пути в Нарнию – через платяной шкаф. Где же он мог его видеть?

И тут меня осенило! Я же сама его видела! Когда мы с Сугробовым исследовали галерею, то наткнулись на тот огромный старый шкаф. Что, если это и есть замаскированный вход в подвал? Тимур – мальчишка любопытный, глазастый, мог что-то заметить необычное. Например, как кто-то в этот шкаф залезает. Или, наоборот, выходит.

Рассказать об этом Савельеву? Ну уж нет, они все вместе поднимут меня на смех и точно объявят свихнувшейся фантазеркой. Пожалуй, поделюсь я своим открытием с Николаем Павловичем, он любитель загадок. А мне нужна мужская сила, чтобы свою догадку проверить. Надо же еще как-то в запертую галерею попасть.

В голове сложился целый авантюрный план, как мы в карнавальных костюмах проникаем в детский дом, как отвлекаем охранника и утаскиваем у него ключ от галереи, как открываем старый шкаф…

Додумать я не успела. Зазвонил смартфон, и на экране снова высветился незнакомый номер. В ответ на мое призывное «алло» в трубке что-то свистело, хрипело, из-за помех расслышать ничего не удавалось. Связь прервалась.

«Наверное, ошиблись номером, – подумала я, отправляя книгу в ту же сумку. – Возьму-ка я план, он тоже может нам пригодиться». Пряча чертеж в папку, я наткнулась на сложенный листок и тут же вспомнила про обгоревший обрывок архивного документа. Как же я могла про него забыть? Я разложила свой план на столе, пристроила обрывок в нужное место. Картинка сложилась: фрагмент подвала под флигелем совпал с моим рисунком. Значит, я была права, мне этот план не привиделся. Но кто-то пытается меня обмануть. Интересно, зачем?

…Ярослав Ильич встречал гостей в холле, у входа в конференц-зал, где будет проходить бал. Он был в смокинге, цилиндре и держал в руке вольто – венецианскую маску с ручкой вместо тесемок. Традиционное название маски «Горожанин» подчеркивало близость мэра к народу. Его супруга изображала Коломбину, под маской доктора нельзя было не узнать начальника отдела культуры, а Дорошевич скрывался за маской Джокера, что тоже представлялось символичным. Судя по всему, маски эти были ручной работы и привезены непосредственно из Венеции.

Наша забавная мультяшная группа вызвала восторг гостей, но все взгляды, конечно, были обращены к Инге-Рапунцель, одетой в платье с корсетом, облегающим точеную фигуру. Платиновые волосы струились по спине, а сделанная мной маска с диадемой смотрелась по-настоящему роскошно. Мэр бросал на нее вожделенные взгляды, чем раздражал не только свою жену, но и Савельева, демонстративно держащего Ингу за руку.

«Игорь не меняется, он, как всегда, настоящий рыцарь», – подумала я, выискивая в шумной толпе свою пару, Шрека-Сугробова. Но он явно задерживался.

Наконец мэр произнес приветственную речь, поздравил всех с наступающим Новым годом и пригласил танцевать и пить шампанское. Заиграла музыка, по залу заскользили пары и официанты с подносами. В своей дурацкой маске Фионы я, стоя у стены, злилась на Сугробова, бросившего меня в одиночестве. Правда, Джокер-Дорошевич принес мне бокал с игристым напитком, а галантный Герман-Фаркуад пригласил на танец, но я была так рассеянна, что оттоптала ему все ноги. Игорь кружил Ингу в вальсе, и я подумала, что не знала о его танцевальных талантах. Они смотрелись гармонично, как настоящая пара. Я любовалась ими и с радостью чувствовала, что в груди ничего не колет. Кто знает, может, они созданы друг для друга?

Музыка на мгновение стихла, я заметила, что Савельев говорит по телефону, потом подзывает к себе Мартынова. Что-то случилось, не иначе. Я поспешила за этой троицей, которая уже прокладывала путь к выходу среди гостей.

– Нас вызывают по работе, – объяснил Игорь. – Извинись за нас перед мэром. Но кому праздник, кому работа. Не волнуйся, оставайся здесь и никуда не уходи, пока мы за тобой не приедем. Договорились?

Я кивнула головой. Кого ты хочешь обмануть, Савельев? По глазам вижу, что случилось что-то важное, а ты не хочешь говорить. Тайна следствия. Но спорить не стала, тем более что в глубине зала мелькнул зеленый костюм Шрека.

– Хорошо, вон как раз мой спутник появился. Пойду болтать с Сугробовым о судьбе династии Томилиных, владельцев усадьбы. Если вы не вернетесь, попрошу его меня проводить.

И я поспешила за фигурой в зеленом, настигнув ее у столика с закусками. Не снимая маски, Шрек пытался влить в рот шампанское и проглотить канапе с икрой. На меня он не обратил внимания, пока я не дернула его за рукав.

– Ну что же вы, Николай Павлович, пригласили девушку на бал, а сами опаздываете! Ведете себя как настоящий огр, так вжились в образ? Да ладно, жуйте свое канапе, наверняка не успели пообедать.

Я взяла еще один бокал, глотнула шампанского. Голова немного кружилась от шума, духоты, бьющих куда-то внутрь пузырьков. Мой спутник взял с подноса еще один бутерброд.

– Пока вы едите, я расскажу вам о своем открытии. Все-таки иногда действительно полезно ходить в библиотеку.

И, перекрикивая музыку, я поведала Шреку-Сугробову историю о рассказе Лизы, о двери в Нарнию, о необходимости найти шкаф, в котором может быть та самая дверь в подземелье усадьбы Томилиных.

– Помните тот шкаф в галерее? Я уверена, что это именно он!

Закончив, залпом осушила свой бокал.

– Ну, что вы теперь скажете? Что это выдумка? Но я уверена, что все именно так.

Сугробов наклонился ко мне и что-то невнятно сказал. Музыка оглушала, а маска, шлемом закрывавшая его голову, искажала слова. Он прокричал громче в самое ухо:

– Я понял! Пойдем все прямо сейчас и проверим.

Я даже не успела удивиться, думала, он начнет убеждать меня, что все это детские фантазии. Но Сугробов крепко взял меня за руку и потащил к выходу. Я лишь успела на ходу схватить с вешалки в холле свой пуховик. Сумка с книгой и папкой осталась болтаться на крючке. На улице я вспомнила, что обещала Савельеву никуда не уходить. Но я ведь теперь не должна перед ним отчитываться…