Чем дальше в лес, тем более причудливые формы принимали ветви деревьев. Пышные кроны великанов заслоняли солнечный свет, воздушные корни, спускаясь с веток, касались тяжёлыми лапами земли, обрастали мягким мхом и лишайниками и расползались в стороны, так и норовя поставить подножку неосторожному путнику.

Янь Се услышал, как позади Цзян Тин шумно втянул воздух сквозь зубы и остановился.

– Что случилось?

Капитан с усилием тёр ладонь. По дереву, которое только что послужило ему опорой, ползла длинная вереница крупных муравьёв.

– Говорил же, не хватайся за всё подряд – покусают. – Майора эта ситуация явно позабавила. – И зачем ты только за мной увязался? Свалишься, потом тебя ещё в больницу вези… Хрупкий, как ваза!

Цзян Тин сдвинул брови:

– Не преувеличивай, я же не девчонка.

– Ха, девчонка и та покрепче тебя будет!

– Сколько можно болтать?

– Я говорю как есть. Уже наученный горьким опытом…

Они следовали за поисковым отрядом в глубь леса, вокруг стрекотали цикады.

– Заместитель Янь! – громко позвал один из кинологов, выбежавший навстречу. – Собаки потеряли след!

Майор оставил Цзян Тина на мягкой лесной подстилке из опавших листьев и огляделся. Глухой лес обступал со всех сторон, мобильная связь давно пропала. Раз собаки потеряли след, значит, Шэнь Сяоци и Бу Вэй здесь особо не задержались. Один из служебных псов, часто дыша, потрусил к Янь Се. Майор ласково потрепал его за ухом и достал из кармана кусочек вяленой говядины, но ищейка мгновенно отвернула морду.

– Какой воспитанный, – похвалил Янь Се.

Он передал еду кинологу, и из рук хозяина собака приняла угощение.

– Как эти двое вообще умудрились забраться в такую глушь? – Майор сощурил глаза за тёмными очками. – Здесь ведь нет дороги.

– Я тебе больше скажу: единственный путь, ведущий вниз, совершенно в другой стороне! – Ма Сян вышел из-за дерева с картой в руках. – Смотри, они всё время углублялись в лес. Если идти в обычном темпе, то где-то здесь их должна была застать темнота. Неужели им совсем не было страшно?

– Впереди есть какие-нибудь деревни, реки?

– Нет. Только волки и лисы.

Кинолог присел на корточки и приобнял собаку, которая бойко виляла хвостом.

– Может, они совсем заблудились? Или их кто-то похитил?

Янь Се ещё немного прошёлся и остановился.

– Всё возможно. Что думаешь, принцесса в погонах?

Цзян Тин стоял, скрестив руки на груди, и старался держаться подальше от муравьёв, которыми кишел лес.

– Пока трудно сказать. Обе версии имеют право на существование.

Ма Сян не сдержался и всё же вмешался в разговор:

– Что вы имеете в виду, при… – Майор тотчас метнул острый взгляд в подчинённого. Он единственный имел право так шутить про Цзян Тина. Ма Сян сразу понял свою оплошность и виновато вжал голову в плечи. – Консультант Лу!

– Если их всё же похитили, то когда? Почему преступник пошёл дальше в лес, а не свернул к дороге, откуда можно уехать? Нелогично. Но и подозрительно ровный маршрут подростков тоже наталкивает на размышления: заблудившись, человек обычно плутает из стороны в сторону. – Капитан стряхнул с себя очередного муравья. – Тем не менее исключать эти версии нельзя. Возможно, похититель намеренно увёл заложников в глухое место.

– Но для чего? – недоумевал Ма Сян.

Цзян Тин пропустил вопрос мимо ушей.

– А дядя Бу Вэй богат?

– Эм… Судя по нашей информации, он работает арт-агентом и редко бывает в городе.

– Он может достать двести миллионов?

– Конечно нет. – Ма Сян, подмигнув, пихнул локтем Янь Се в бок. – Единственный, за кого семья способна выложить такие деньги, стоит сейчас рядом с нами.

– Эй, ты чего руки распускаешь? – возмутился майор.

Не обращая внимания на перепалку, капитан заключил:

– Раз похититель просит заоблачную сумму, которой нет ни у кого из родственников, значит, им движет не жажда наживы. Целью с самого начала были подростки, и это худший из возможных сценариев.

Сердце Ма Сяна защемило, он понимал, к чему клонит консультант Лу:

– Вы намекаете на убийство заложников?

– Казнь.

Полицейские расширили зону поиска и продолжили тщательно осматривать окрестности в поисках отпечатков подошв. Янь Се проводил взглядом силуэты коллег в тёмносиних мундирах, которые постепенно скрывались в густых лесных зарослях, и задумчиво повторил:

– Казнь. – Он обернулся и посмотрел на Цзян Тина. – Казнь – это наказание за преступление. В чём провинилась семья Шэнь?

– Эй, эй! – Ма Сян указал куда-то наверх. – Это орлан-белохвост?

Хищная птица никак не покидала умы сотрудников управления. Оно и понятно: такая редкость!

– Да сколько можно… – Янь Се нахмурил густые брови, но договорить не успел.

– Нет, к родителям Шэнь Сяоци это не имеет отношения, – перебил его Цзян Тин.

Ма Сян вопросительно хмыкнул, и капитан пояснил:

– Реши я на месте похитителя наказать супругов Шэнь, я бы назначил выкуп, который они смогли бы собрать, если очень постараются. Скажем, миллионов восемь. Когда родители продали бы последнюю рубашку, я бы отрезал Шэнь Сяоци палец и отправил им с требованием поднять сумму до двенадцати миллионов. А что? У парня ведь есть ещё родственники: дедушки, бабушки, тёти… Когда и те выложили бы всё, что у них есть, я бы отрезал заложнику ухо и по той же схеме увеличил выкуп до пятнадцати миллионов. Это называется «варить лягушку». Семья наблюдает, как преступник подбрасывает дрова в огонь, и не знает, когда он остановится. Неведение – вот что по-настоящему страшно. Вернут ли они сына, собрав очередную сумму, или продолжат получать его по частям? Постепенно супруги дошли бы до полного отчаяния, и горе свело бы их с ума.

– Психологическая пытка, – подытожил Янь Се.

– Верно. Если бы похититель занимался чем-то подобным, мы могли бы с уверенностью сказать, что целью являются родители Шэнь Сяоци. Но это не наш случай.

Ма Сян долго молчал и наконец выдавил из себя:

– Консультант Лу, вы страшный человек…

Цзян Тин рассмеялся:

– Зато теперь вы точно знаете, что я непричастен!

Майор решил взглянуть на ситуацию под другим углом:

– Тогда предположим, что целью преступника являются сами ребята. Что могли натворить два вчерашних школьника, чтобы заслужить смертную казнь?

Этот вопрос всем не давал покоя. Пока остальные молчали, кинолог, до сих пор не вмешивавшийся в разговор, осторожно предположил:

– А может, всё дело в девушке? Вы сказали, что после смерти родителей её удочерил дядя… Что, если это убийство на почве ревности?

Янь Се и Цзян Тин с сомнением переглянулись. Улик не хватало, время поджимало. Даже Шерлок Холмс, будь он здесь, едва ли справился бы с этой задачей.

– Хоть одноклассники и описывают Бу Вэй как скромную девушку, исключать эту версию нельзя. Эффектная внешность могла сыграть с ней злую шутку. – Капитан топнул ногой, сбрасывая муравьёв, и спросил: – Вам так и не удалось связаться с дядей Бу Вэй?

Майор развёл руками и громко позвал:

– Лао Гао!

– Что? – раздался голос Гао Паньцина из служебной машины вдалеке.

– Нелегко вам, следователям, приходится, – отметил кинолог, с восхищением глядя на своих собеседников. – Каждый день новая головоломка, будто конкурс какой-то.

– Я не следователь. Так, овец стригу, свитеры вяжу… – равнодушно ответил Цзян Тин.

– Янь-гэ! – Гао Паньцин высунулся из окошка. – Дядю Бу Вэй нашли, везут сюда! И ещё начальник Хуан прислал список поисковых запросов с компьютера Шэнь Сяоци!

Все обрадовались, что дело сдвинулось с мёртвой точки.

– Ладно, поисково-спасательные работы не наш профиль, мы здесь только мешаем. Давайте выбираться, – предложил Янь Се, – а то нашего консультанта Лу сейчас муравьи сожрут.

– Это всё из-за тех баоцзы с бобовой пастой, которые ты купил с утра.

– Брось. – Майор усмехнулся и приобнял Цзян Тина за плечи: – Сам целыми днями сладкое ешь, насекомых приманиваешь, а я виноват?

В половине третьего пополудни служебная машина пробиралась через лес, раскачиваясь из стороны в сторону, как пьяный великан.

– Здесь расшифровки всех телефонных разговоров, платежи через «Вичат», переписки в соцсетях и поисковые запросы в браузере компьютера. Первоначальный файл весил несколько сотен мегабайт, но, к счастью для нас, начальник Хуан выделил всё самое важное. – Гао Паньцин открыл архив и передал ноутбук Янь Се.

Экран заполнился множеством файлов. Личная жизнь Шэнь Сяоци, рассортированная по папкам, напоминала вскрытое тело на столе патологоанатома. Ма Сян заглянул в ноутбук через плечо майора и вздохнул:

– Вот что тревожит меня больше всего с тех пор, как я стал полицейским.

Водитель из управления сосредоточенно следил за дорогой, Янь Се увлёкся чтением поисковых запросов, Цзян Тин сидел на переднем пассажирском сиденье, смежив веки, и мучился от тошноты. Гао Паньцин единственный отреагировал на слова коллеги:

– Ой, да какие у тебя могут быть тревоги?

– Лао Гао, вечно ты смотришь на других свысока. Я, может, человек с тонкой душевной организацией!

– Выкладывай уже, что там тебя беспокоит. Помогу решить твою проблему.

– Решать ничего не нужно. – Ма Сян кашлянул и с волнением в голосе произнёс: – В нашем деле всякое может случиться. Если однажды я героически погибну, спасая людей от преступников, прошу, не копайтесь в моём «Элиенвэре»[6], особенно на дисках D, E, F, G, H…

Гао Паньцин искоса посмотрел на него и спросил:

– Может, сразу сжечь?

Ма Сян скрестил руки на груди и после долгих раздумий серьёзно заявил:

– Перед этим отдай его на несколько дней заместителю Циню из соседнего отдела. Мы столько лет играли в команде, будет нечестно, если я ничего ему не оставлю.

Гао Паньцин покачал головой и, отвернувшись, пробурчал:

– М-да, даже в симуляторы свиданий играют командой…

– Лао Гао, здесь точно все запросы? Удалось восстановить стёртые из истории и те, что делались в режиме инкогнито? – спросил Янь Се.

– Начальник Хуан сказал, что да. А что?

– Просто всё это выглядит очень странно.

Ма Сян вместе с Гао Паньцином с любопытством потянулись к ноутбуку, майор указал на одну из строк:

– Девятого мая Шэнь Сяоци вбил в поиск «путеводитель по Тяньцзуншань», но до этого не было ни одного запроса, связанного с поездками, вроде «куда поехать летом», «достопримечательности в окрестностях Цзяньнина», «бюджетное путешествие без туров». На «Вэйбо» он не подписан ни на какие аккаунты о красотах провинции, а в браузере ничего, кроме Тяньцзуншань, не искал. Словно идея поехать в это место возникла у него сама собой.

– Хм… – Ма Сян как человек, который частенько зависает в Сети, заявил: – Нынешняя молодёжь в основном сидит в интернете с телефона. Может, ещё не проверили запросы с мобильного?

– Или он увидел рекомендацию в ленте у друзей? – предположил Гао Паньцин.

Янь Се покачал головой, но не успел ничего сказать, его опередил Цзян Тин:

– Вокруг Цзяньнина куча живописных мест, рай для туристов. Даже если Шэнь Сяоци увидел Тяньцзуншань в рекомендациях, почему он даже не рассматривал другие варианты? Как будто уже точно решил, что поедет именно сюда.

Майор закинул ногу на ногу и, подмигнув Ма Сяну и Гао Паньцину, прошептал:

– Учитесь.

– Да хватит, – так же тихо буркнул Ма Сян.

– Точно решил? – переспросил Гао Паньцин. – Но почему, консультант Лу?

Цзян Тин сидел, запрокинув голову на спинку, и не двигался.

– Консультант Лу!

С переднего сиденья наконец раздался слабый голос капитана:

– Вариантов масса. Возможно, одноклассники обсуждали горы Тяньцзуншань или там побывал кто-то из близких родственников или друзей, а может…

Он запнулся и резко опустил стекло. Янь Се нахмурился и увидел, что Цзян Тин высунул голову и изверг содержимое желудка наружу. Консультант Лу, образец спокойствия и изящества, всё же не вынес испытания ухабистой горной дорогой.

Столовая гостиницы служила полицейским оперативным штабом.

– Я правда ничего не знаю. Вы уверены, что мою племянницу похитили?

Напротив двух сотрудников управления сидел тучный мужчина в костюме и обливался горячим потом. Он судорожно пытался промокнуть капли платком, но только размазывал их по лбу.

– Этого не может быть, с меня ведь даже выкуп никто не требовал. Да, последний раз я видел её позавчера, и что? Я в принципе редко бываю в городе и созваниваюсь с ней в лучшем случае раз в неделю. В конце концов, я ей не отец! Что? Похититель требует двести миллионов?! Да это же просто смешно, у меня и двух-то не наберётся! Убьёт заложников? Нет, товарищи полицейские, вы что-то не так поняли, я ведь даже не законный опекун, просто по доброй воле плачу за её обучение…

Послышался жалобный стон петель, дверь в столовую распахнулась, и полицейские тотчас вскочили из-за стола.

– Воды! Принесите холодной воды! Живо! – потребовал с порога Ма Сян.

Гао Паньцин обмахивал папкой бледного консультанта Лу, которого вёл Янь Се. Со стороны это выглядело так, будто они по пути в лесу нашли дикую панду и окружили редкую зверюшку заботой и вниманием. Под пристальными взглядами окружающих Цзян Тин наконец опустился на стул.

– Холоднее не было? – буркнул Ма Сян, взяв бутылку, и передал её начальнику.

Суровый заместитель Янь, который никого и ничего в этой жизни не боялся, засучил рукава и принялся осторожно отпаивать Цзян Тина водой.

– Что случилось? – тихо спросил один из полицейских.

– Укачало по дороге, – вполголоса пояснил Ма Сян. – Это личный консультант заместителя Яня – мозг спасательной операции. Поплохело как раз во время обсуждения…

– Вот как, – отозвался следователь. На лбу у него было написано: «Ничего не понял, но звучит круто».

Капитан слабо махнул рукой, дав понять, что больше не хочет пить, и устало помассировал точку между бровями. Янь Се закрутил крышку и жестом велел Ма Сяну принести вентилятор, чтобы помочь консультанту Лу поскорее восстановить силы и вернуться в строй. Затем майор обратился к полицейским, которые вели допрос:

– Что тут у вас?

– Заместитель Янь! – Оба вытянулись по стойке смирно и, отдав честь, указали на толстяка в строгом костюме. – Ван Синъе – дядя Бу Вэй. Только что доставили к нам.

Теперь все родственники похищенных подростков были в сборе. Янь Се вежливо протянул руку Ван Синъе, но ладонь мужчины зависла в воздухе, а взгляд устремился к Цзян Тину. Дядя пропавшей девушки оцепенел, словно встретил призрака, и только крепкое рукопожатие и голос майора смогли вывести его из транса:

– Господин Ван!

– А? Что, товарищ полицейский?

Янь Се оглядел его и тихо спросил:

– Куда вы смотрите?