– Цзян Тин… – Янь Се немного поколебался, но всё же решил сказать: – Может, ты и не видел его двадцать лет, но он всё это время наблюдал за тобой.

Капитан поднял голову.

– Что?

– В квартире родителей Бу Вэй мы нашли диск. На нём хранились видеозаписи с тобой… – Время поджимало, поэтому майор лишь вкратце описал, что увидел на них: – Нагрудные видеорегистраторы в системе общественной безопасности Китая появились семь-восемь лет назад. Судя по диалогу, сотрудники управления Гунчжоу как раз учились ими пользоваться. Видео, которые не попадают в архив, хранятся недолго, от шести месяцев до года, затем их уничтожают.

Мысли Цзян Тина путались. Возможно, виной тому было падение в реку, а может, тяжесть воспоминаний. Он отреагировал только через несколько секунд:

– То есть запись была сделана давно?

– Да. Я не знаю, каким образом произошла утечка, но видео попало в руки Короля пик раньше вашей первой за двадцать лет встречи.

Некоторое время оба молчали. Из зарослей травы вдалеке доносился стрекот насекомых.

Двадцать долгих лет… Как тот мальчишка мог превратиться в жестокого неуловимого наркобарона, который внушает страх Ху Вэйшэну и ему подобным? Что он чувствовал, тайком наблюдая за тем, как Цзян Тин строит карьеру в отделе по борьбе с наркотиками?

– На самом деле я подозревал что-то в этом роде, – выпалил капитан, задумчиво вглядываясь в мокрый воротник рубашки Янь Се.

– Почему?

– После того похищения я почти две недели провёл в больнице. В день выписки Король пик ждал меня у выхода и сказал, что, если я поклянусь ему в вечной преданности, он заберёт меня оттуда. – Цзян Тин улыбнулся. – Жизнь в детском доме тяжёлая. Мы часто недоедали, зимой мёрзли из-за нехватки тёплой одежды… Поэтому, услышав это, я был просто вне себя от радости.

Майор вдруг вспомнил слова Цзян Тина у ворот приюта «Прекрасный сад»: «В детских домах вообще жизнь не сахар». Должно быть, это были отголоски пережитого им в детстве.

– Вскоре после того разговора меня усыновили и увезли в большой город. Тогда я впервые оказался в Гунчжоу и попал в государственную начальную школу. На самом деле никакого опекуна не было, я жил в съёмной комнате, а каждые три месяца в течение двух лет у меня на пороге появлялись наличные, которые покрывали все мои расходы. Когда я пошёл в среднюю школу, здание снесли, и я переехал в местное общежитие, где провёл оставшиеся до выпускного годы. В детстве всё это не казалось мне странным, но, когда я поступил в Народный университет общественной безопасности, меня начали терзать сомнения. После выпуска меня распределили в участок, и там я получил возможность изучить своё личное дело. Тогда-то и выяснилось, что на самом деле никто меня не усыновлял, я даже не был зарегистрирован в первой съёмной комнате – её владелец давным-давно не выходил на связь. Удивительно, что в университете не обратили внимания на отсутствие у меня регистрации: в те времена контроль был не таким строгим, как сейчас, но такое нарушение должны были заметить! Значит, кто-то помог администрации закрыть на это глаза.

Янь Се положил ладонь на спину Цзян Тину и спросил:

– Как думаешь, если бы ты не настоял на расследовании и не отыскал ту подпольную базу, Король пик сам вышел бы на связь?

– Не знаю… – устало ответил капитан после долгих размышлений. – Нет смысла гадать. Рано или поздно я бы всё равно узнал о существовании «голубого золота», пошёл бы по следу и… Встреча с Королём пик была неизбежна.

С того момента как Цзян Тин поступил в Университет общественной безопасности, ему уже был уготован этот проклятый путь.

Майор чуть нахмурился:

– Ты никогда не думал, что он намеренно сделал тебя полицейским?

Капитан фыркнул:

– Конечно, думал. Особенно когда обнаружил в системе общественной безопасности Гунчжоу предателей.

Янь Се опустил голову и посмотрел на него:

– Ты о чём?

– После встречи с Королём пик я долго думал, стоит ли рассказывать обо всём начальству. С одной стороны, я боялся, что не смогу нормально объяснить, как связан с наркобароном, а с другой – что все мои труды пойдут прахом. В итоге я утаил некоторые детали, сообщил только, что в том месте, возможно, спрятан подпольный завод по производству наркотиков и полиции стоит принять меры. Как и следовало ожидать, процесс шёл вяло. Можно даже сказать, что операцию намеренно тормозили. Пару раз чуть не произошла утечка. Я начал догадываться, к чему всё идёт, и оказался прав. Когда нагрянула полиция, наркоторговцы уже покинули лабораторию – в результате обыска мы обнаружили только отходы от производства амфетамина. И тогда до меня дошло, что кто-то из верхушки управления уже в доле, а предложение о сотрудничестве от Короля пик было лишь проявлением вежливости. Откажись я, мне всё равно пришлось бы выполнять приказы начальства, и для Короля пик ничего бы не изменилось.

В груди у майора похолодело, но на лице не дрогнул ни единый мускул.

– Но ты не из тех, кто будет сидеть и ждать своей участи… В свете луны Цзян Тин приподнял голову и одарил Янь Се мимолётной улыбкой:

– Да, это точно.

– И ты спланировал облаву на завод пластмасс, чтобы нанести ему неожиданный удар?

Капитан от природы был довольно щуплым, но в своё время много тренировался и старался держать себя в форме, поэтому в деле мог похвастаться силой и ловкостью. После трёх лет в коме от былой мощи не осталось и следа. Физически он стал таким же слабым, каким выглядел со стороны, но внутри хрупкого тела по-прежнему скрывался несгибаемый стержень.

– Я долго готовил ту операцию, включая внедрение агентов, сбор информации, тайное расследование и многое другое. Я знал: если всё вскроется, Король пик сообразит, что партнёр из меня так себе. Думаю, нет смысла объяснять, чем бы для меня это кончилось. Поэтому я решил, что если уж браться за дело, то основательно. При самом удачном раскладе я мог даже избавиться от Короля пик. Постепенно я сблизился с несколькими полицейскими из управления Гунчжоу, работавшими под прикрытием. К тому моменту один из них уже прочно обосновался в наркокартеле. Я знаю только его фамилию – Вэнь – и кодовое имя – Заклёпка.

Заклёпка. Мышцы на лице Янь Се напряглись: он наконец приблизился к разгадке истории, которая оставила неизгладимый след в душе Цзян Тина.

– Работа отдела по борьбе с наркотиками с осведомителями строго засекречена. Со сторонними информаторами могут работать несколько сотрудников, но полицейский под прикрытием контактирует только с одним связным. Имена агентов, их досье и данные о родственниках отсутствуют в системе общественной безопасности – всё это известно только связному. В результате личности многих полицейских, погибших при исполнении, становятся известны только спустя годы или даже десятилетия. Эти люди всецело посвящают себя делу, и Заклёпка был одним из них. В отличие от других агентов, он обладал одной важной чертой, которой я искренне восхищался, – профессиональной осторожностью. Другие, возможно, считали это трусостью, но у него был невероятно развит инстинкт самосохранения. Он очень гибко подходил к обработке информации и иной раз предпочитал оставить некоторые преступления без внимания, лишь бы не дать наркоторговцам ни малейшего повода для подозрений. Конечно, никто в полиции такое открыто не поощрял, но я всё же… – Цзян Тин умолк, и Янь Се понимающе кивнул. – Поэтому, когда нескольких полицейских под прикрытием разоблачили, Заклёпка всё ещё успешно оставался в тени и даже смог приблизиться к Червонной даме. Три года назад перед операцией по особо важному делу «тысяча девять» – той самой, которая закончилась взрывом на заводе пластмасс, – именно Заклёпка передал полиции ключевую информацию о крупной сделке с наркотиками, организованной Червонной дамой.

Сердце майора сжалось. Он вспомнил некоторые подробности того дела, о которых рассказывал замначальника Вэй:

– Заклёпка отправил полиции зашифрованное письмо, где было сказано, что сделка по продаже наркотиков и оружия будет проходить на территории экопарка?

Капитан опустил взгляд и кивнул. В голове Янь Се замелькали различные предположения. Он понимал, что это очень болезненный вопрос, но всё же задал его:

– Тогда почему в последний момент перед началом операции ты перенаправил большую часть сотрудников на завод пластмасс?

В сообщении Заклёпки говорилось, что сделка состоится в экопарке, а завод станет хорошо замаскированной ловушкой. Если у Цзян Тина оставалась хоть капля здравого смысла, он ни за что бы не послал своих товарищей в ад, начинённый тоннами взрывчатки.

Бледный серп луны скрывался за облаками густой чернильной ночи. Вдали у каменистого берега, подобно призракам, покачивались камыши.

– Это случилось не в последний момент, отряд с самого начала находился там. Служебную машину к экопарку я отправил для отвода глаз, – наконец хрипло ответил капитан. – Потому что не поверил в правдивость той информации.

Янь Се опешил.

– Перед началом операции я по своим каналам узнал, что кто-то из своих выдал Заклёпку наркоторговцам. – Цзян Тин отстранился от Янь Се и зарылся лицом в ладони. Темнота ночи скрывала дрожь его тела. – Тогда я в срочном порядке разработал новый план и отправил лучших ребят на завод пластмасс. Только в начале операции я узнал, что на территории экопарка обнаружили более восьмидесяти килограммов наркотиков, и тогда понял… Понял, что…

Шелест камышей, шум бурной реки и стук поезда по рельсам вдалеке смешались с торопливыми шагами, криками и голосами в наушниках:

– Группа Б в точке два семь один ждёт команды. Повторяю. Группа Б в точке два семь один ждёт команды.

– Снайперская группа в точке А. Видимость отличная.

– Все заняли свои позиции. Командный центр, просим подтвердить начало операции!

– Командный центр, приём. Подтвердите начало операции!

Нет. Отмена. Всем немедленно отступить.

Назад!

Цзян Тин судорожно запустил пальцы в волосы, чувствуя, как ногти впиваются в кожу головы. Но ни сильная боль, ни сожаление и отчаяние не могли повернуть время вспять и предотвратить страшные кровавые сцены, навсегда отпечатавшиеся в его памяти.

Он услышал собственный голос, отдающий приказ в микрофон:

– Группа Б, вперёд!

Последующие детали, вплоть до секунды, когда прозвучал звонок, Цзян Тин видел в кошмарах бесчисленное множество раз. Его душа словно воспарила над телом и со стороны наблюдала за событиями. В служебной машине Цзян Тин, нахмурив брови, взглянул на спутниковый телефон и принял вызов. Он отчётливо помнил свои мысли в тот момент: «Что стряслось в экопарке, что меня решили отвлечь от столь важной операции?»

Тогда он ещё не знал, что звонок возвещает о приближении дьявола.

– Капитан Цзян! Хорошие новости! Операция на территории экопарка завершена! – раздался радостный возглас на том конце провода. – Мы изъяли крупную партию наркотиков! Сейчас всё сортируем, определяем вес и готовим к отправке в управление!

Ужас достиг апогея. Спутниковый телефон вылетел из ладони и с грохотом упал на пол. Но Цзян Тин уже ничего не слышал и не чувствовал, весь воздух словно выкачали из лёгких. Несколько секунд он даже не понимал, говорит ли что-то, а когда опомнился, уже вовсю кричал охрипшим голосом:

– Отмена! Все назад! Отступаем!

Но было слишком поздно. Одновременно с его криком в небо взметнулось пламя. Взрывная волна снесла крышу завода и перевернула полицейские машины вокруг!

– Капитан Цзян, вернитесь!

– Остановите его! Скорее!

– Чёрт! Капитан Цзян внутри!

Стены рушились, со всех сторон бушевало пламя, жар обжигал глаза. Цзян Тин стоял посреди бескрайнего моря огня и думал, что уже никогда не выберется из преисподней. Приближался вой полицейских сирен.

– Цзян Тин, – окликнул Янь Се и крепко схватил его за плечи. – Очнись, Цзян Тин!

Вдалеке у железной дороги замерцали красно-синие огни. Сквозь шум реки послышался вой сирен. К ним приближалась полиция Цзяньнина, планомерно обыскивающая оба берега реки.

– Меня… похитили с места взрыва. Несколько месяцев держали с завязанными глазами на какой-то подпольной базе по производству наркотиков. Я чувствовал запах химикатов, но не знал, где именно нахожусь… Много раз я думал, что умру там. – Капитан сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

Янь Се насильно отвёл его руки от лица и заглянул в покрасневшие глаза. – Однажды Король пик пришёл ко мне и сказал, что они поймали полицейского под прикрытием, который пытался сбежать. И я понял, что речь о Заклёпке.

Майор пристально посмотрел на капитана и тихо сказал:

– Тогда Юэ Гуанпин собрал специальную группу, чтобы спасти вас.

– Не нас, Заклёпку, – с горечью поправил Цзян Тин. – Меня они считали предателем.

Янь Се хотелось как-то утешить его, но он не мог подобрать нужных слов. На бледном лице капитана мелькнула слабая улыбка.

– На самом деле мне было всё равно. Жаль, что полиция опоздала. Перед началом спасательной операции Король пик привёл меня в место, где держали Заклёпку, и вложил в ладонь пистолет… – Майор догадался, что за этим последует, и слегка изменился в лице. – Он сказал, что если я убью его, то смогу уйти. А если нет, мы умрём вместе.

Капитан тяжело вздохнул и высоко поднял голову. Невысказанные слова застряли у него в горле. Даже самых стойких и хладнокровных людей мучили незажившие душевные раны, глубокие кровавые отметины на сердце, единственное лекарство от которых – время. Янь Се обхватил затылок Цзян Тина, растёр его посиневшие от холода щёки и спросил:

– И ты нажал на курок?

Капитан покачал головой.

– Это ты убил Заклёпку? Цзян Тин, посмотри на меня. – Майор удерживал его лицо, заставляя смотреть себе в глаза. – Неважно, что произошло. Просто скажи, ты убил его?

Казалось, воздух превратился в лёд и разлетелся на миллионы маленьких осколков. Наконец Цзян Тин дрожащим голосом пробормотал:

– Нет… Не я… Не я…

– Это ты его убил, – вкрадчиво прошептал Король пик у самого уха. – Запомни: он умрёт из-за тебя.

В противоположном углу камеры скорчился человек, его глаза мерцали странным блеском. Цзян Тин не хотел ни видеть, ни слышать этого, но выбора не было. Во взгляде смотрящего на дуло пистолета читалось то же, что слетало с его уст:

– Стреляй. Стреляй, капитан Цзян. Стреляй.

Цзян Тин смутно помнил, как стиснул зубы и попытался направить пистолет на себя, но его руку грубо перехватили, силой вернули в прежнее положение и надавили на указательный палец, лежащий на спусковом крючке!

Раздался выстрел.

– Он умер из-за тебя, – повторил голос из глубин сознания. – Теперь тебе никто не поверит. Никто не захочет тебя слушать. Тебе уже давно подписали приговор: все хотят, чтобы ты был предателем, ведь иначе для справедливости не останется места.

Вой полицейских сирен становился ближе, на другом берегу реки мелькали лучи фонарей.

– Опекун, забравший меня из детского дома, расходы на обучение и проживание, документы для проверки при поступлении в университет. Как мне удалось сбежать из наркокартеля, почему я остался жив, почему пуля, убившая Заклёпку, вылетела из моего пистолета… Ничего из этого я не могу нормально объяснить. Вся моя жизнь буквально пронизана нитями, ведущими к Королю пик. – Цзян Тин устремил взгляд красных глаз на майора и приподнял уголки побледневших губ. – На твоём месте, Янь Се, я бы не поверил ни единому моему слову. Юэ Гуанпин мёртв, Заклёпка тоже. Что произошло после взрыва на заводе пластмасс, знаем только я и Король пик. И даже если ты готов меня выслушать, я всё равно понятия не имею, как мои отпечатки оказались на двери квартиры семьсот один. Самое верное решение для тебя сейчас – передать меня полиции.

Медленно приближались лучи фонарей, слышались отдалённые крики поисковой группы. Майор вздёрнул брови.

«Что мне делать? – подумал он. – Верю ли я ему?»

Капитан вырвался из рук Янь Се и, стиснув зубы, с трудом поднялся на ноги.

– В больнице ты спросил, почему я не могу тебе открыться? На самом деле всё, что я говорил, было правдой, я просто утаил некоторые детали. Я поступил так даже не потому, что боялся втянуть тебя в эту мутную историю, а потому, что не доверял тебе.

– Я… – сердито начал майор, но Цзян Тин его перебил.

– Я просто не мог позволить себе никому довериться, потому что, кроме никчёмной жизни, у меня ничего не осталось. И если однажды ты решишь меня сдать, то я, наверное, не дотяну даже до возвращения в Гунчжоу. – Капитан горько улыбнулся. – Но я должен жить, иначе те люди погибли напрасно. Кто за них отомстит?

Ветер доносил лай служебных собак, в свете уличных фонарей на краю моста стали вырисовываться фигуры полицейских. Янь Се оглянулся и решительно потянул Цзян Тина за руку, чтобы тот пригнулся и случайно не попался им на глаза. Но капитан высвободил кисть из крепкой хватки и отступил на полшага назад.

Тяжёлые тучи заволокли небо. Янь Се и Цзян Тин вдыхали густой влажный воздух и молча смотрели друг на друга. Мертвенно-бледное лицо капитана оставалось невозмутимым, тени ночи очерчивали его силуэт.

– А что теперь? – наконец спросил майор. – Почему сейчас ты решил всё рассказать? Испугался, что я не стану разбираться и сразу тебя сдам? Или наконец открыл глаза и увидел, сколько всего я для тебя сделал?

После долгого молчания капитан медленно произнёс:

– Я прекрасно вижу… – Цзян Тин устремил на майора спокойный взгляд. Он всегда умел за короткое время подавлять проявления слабости, чтобы не показывать свою боль. На сердце оставались шрамы, но внутренний стержень заставлял держать голову прямо и двигаться вперёд. – Я никогда не знал ни родительской любви, ни романтической. У меня даже друзей толком не было. Я бы правда хотел облегчить перед тобой душу. – Он сделал паузу и посмотрел Янь Се в глаза: – Но я не могу позволить себе поддаться этому чувству… И не хочу тебе лгать. – Ногти майора впились в ладони, дыхание участилось. Он отчётливо слышал шум приближающихся полицейских. – Поэтому, Янь Се, – холодно отчеканил Цзян Тин, – просто решай: сдать меня или нет.