– Янь-гэ?.. Янь-гэ! Приехали криминалисты!

Майор, опомнившись, быстро спрятал фотографию Цзян Тина в карман, выпрямился и оглянулся. Как раз в этот момент в комнату вошёл Хуан Син вместе с подчинёнными, но он не уловил мгновенной перемены в лице Янь Се и указал на красную метку на полу:

– О, лао Янь, ты уже нашёл что-то? Что там?

– Наркотики. Скорее всего, экстази, их приклеили к днищу скотчем. Пусть твои ребята перевернут кровать и аккуратно соберут улики, там наверняка остались отпечатки пальцев. – Майор развернулся к Хуан Сину и потряс записной книжкой. – И ещё вот.

– А это что? – Хуан Син подошёл взглянуть.

– Похоже, Ван Синъе всего лишь посредник, он подыскивает для похитителей юных девушек по определённым критериям. Возраст от пятнадцати до восемнадцати лет, привлекательная внешность. У Ли Юйсинь и Бу Вэй над грудью у подмышечной впадины красные родинки. Эта информация позволит сузить круг и найти девушку по фамилии Тэн, пропавшую в нужный нам период времени, а значит, и установить личности первой пары жертв.

Начальник Хуан изучил фотографии в записной книжке и озадаченно спросил:

– Принцип понятен, но какова цель? Удовлетворить извращённую прихоть? Деньги похитителя явно не интересуют.

Майор сдвинул брови, в уголках губ заиграла усмешка:

– Нам необязательно понимать ход мыслей психопата. Но если очень интересно, дождись допроса.

Хуан Син задумчиво кивнул, и Янь Се опустил записную книжку в пакет для вещдоков. Из-за двери показался сяо Чжан:

– Янь-гэ, Гао-гэ спрашивает, планируете ли вы ехать в управление, когда закончите здесь?

– Что-то случилось?

– Ребята из Цзянъяна вчера вечером поймали нескольких мелких дилеров и отправили их к нам. Вы хотите присутствовать на допросе?

Майор схватил пакет с записной книжкой.

– Скажи, пусть дождутся меня!

Муниципальное управление.

Когда Янь Се вошёл в помещение, примыкающее к комнате для допросов, технический специалист коротко поприветствовал его и сразу протянул наушники. Янь Се быстро надел их и уточнил:

– Уже начали?

В комнате для допросов за железным столом сидели трое: Гао Паньцин с подчинённым, который вёл протокол, и измождённый парень в наручниках напротив. С виду он казался совсем молодым. Его волосы были выкрашены в пепельно-серый и фиолетовый цвета, из-под растянутой майки-алкоголички торчали забитые татуировками руки.

– Пока нет. Ждали вас. – Технический специалист включил микрофон. – Гао-гэ, майор Янь здесь. Начинаем?

Гао Паньцин кивнул, посмотрел на парня и холодно велел:

– Повторите то, что вы рассказали в участке Цзянъяна.

Зазвенели наручники. Наркоторговец устало откинулся на спинку стула, на его лице застыл немой вопрос: «Ну почему вы мне не верите?»

– Я уже рассказал всё, что знаю. У вас же есть протокол, зачем повторять одно и то же? Я не придумаю ничего нового. Тот толстяк… Я только вчера узнал, что его фамилия Ван. Для нас он всегда был Гоу-гэ. «Гоу» как «пёс», потому что носит на шее цепь с золотым самородком, похожим на собачью голову.

– Ближе к делу! – нетерпеливо воскликнул Гао Паньцин, листая протокол.

– К какому?! Я всего лишь катаюсь с боссом за мелкими партиями разной наркоты… Этот толстяк – начальник начальника моего босса, крупная шишка. Мы его редко видели, в основном работали с посредниками. На моей памяти он приезжал в Цзянъян дважды, и как-то раз босс позвал меня с ними за компанию петь в караоке…

Гао Паньцин собирался что-то сказать, но в наушнике раздался холодный голос Янь Се:

– Девиц заказывали?

– Просто петь? – Гао Паньцин сощурился и с подозрением смерил парня взглядом. – Караоке, алкоголь… Неужели девушек не вызывали?

– О, а я смотрю, вы разбираетесь…

Гао Паньцин предостерегающе покашлял.

– Вызывали… Конечно, вызывали, – неохотно признался наркоторговец. – Какой прикол взрослым мужикам просто песни горланить? Я-то думал, меня за наркоту приняли, а вы ещё борьбой с проституцией занимаетесь…

– Лао Гао, – позвал майор, – покажи ему фото Ли Юйсинь.

Гао Паньцин подвинул снимок парню.

– Вы знаете эту девушку?

На лице наркоторговца отразилось изумление.

– Да.

– Ван Синъе вызвал её?

Послышался звон наручников: парень поднял руки и взъерошил волосы.

– Ну, как вам сказать… Мы не очень-то уважаем Гоу-гэ: ходят слухи, что он активно интересуется юными девчонками, особенно прилежными школьницами. Эта девушка… Её мать – наша постоянная клиентка, сама тоже приторговывает, чтобы заработать на дозу. Каким-то образом толстяк узнал, что у неё есть дочь…

– И что случилось потом?

– Потом… Гоу-гэ ещё раз приехал в Цзянъян, и наш босс закатил банкет в его честь. В середине ужина толстяк попросил привести эту девчонку. Я тогда решил, что он задумал какую-то мерзость. Через некоторое время та женщина притащила к нам дочь, Гоу-гэ отблагодарил её товаром, а девочку велел отвести в сторону… – Парень с трудом подавил смех и выдержал драматическую паузу. – Угадайте, что он сделал?

Гао Паньцин уже собирался возмутиться: «Ты хочешь приговор смягчить или со стендапом выступить?» – но услышал голос Янь Се и повторил за ним:

– Сфотографировал?

Парень от удивления чуть не подпрыгнул.

– Да вы чёртов гений!

Гао Паньцин явно был не в восторге от уже второго по счёту комплимента со стороны наркоторговца.

– Толстяк попросил у официанта кусок красной ткани, повесил его позади девчонки в качестве фона и сделал несколько снимков как на документы. А потом велел матери её увести, ха-ха-ха… Прикиньте? Мы тогда все охренели. Мой босс поинтересовался, для чего ему это. Выглядело как отбор девушек для императорского гарема в сериалах.

– И что ответил Ван Синъе? – без намёка на улыбку спросил Гао Паньцин.

– Сказал, что выполняет приказ сверху: уже больше года только и делает, что ищет повсюду девчонок. Причём не абы каких: определённого возраста, с выдающейся внешностью, родинкой над грудью и упрямым, непокорным характером. Попахивает каким-то оккультизмом. – Парень пожал плечами. – Хрен его знает, может, он нам лапшу на уши вешал, а на самом деле просто извращенец.

Гао Паньцин покосился на одностороннее зеркало. По ту сторону стоял Янь Се с хмурым видом, спрятав руки в карманы брюк.

– Выполняет приказ сверху, – повторил Гао Паньцин, вновь посмотрев на бледное худое лицо парня напротив. – Ван Синъе упоминал, чей именно?

– Да сколько можно повторять! – Наркоторговец ударил себя руками в грудь. – Я всего лишь мальчик на побегушках. Да что там я, даже мой босс готов лизать задницу этому толстяку. Думаете, он станет перед нами отчитываться?

Дверь комнаты для допросов резко распахнулась, и на пороге показался Янь Се. По реакции следователей парень в татуировках быстро смекнул, что вошёл главный, сразу выпрямился и сложил руки на коленях.

– Здравствуйте, товарищ начальник…

Майор прошёл к столу, коснулся ладонью плеча подчинённого, дав понять, что вставать не нужно. Затем показал наркоторговцу фотографию в телефоне:

– Вам знаком этот человек?

Парень вгляделся в снимок, сделанный с экрана компьютера. На нём был запечатлён мужчина в чёрной майке с причёской ёжик в кабине белого грузовика. Качество фотографии позволяло подробно рассмотреть черты его лица. Гао Паньцин покосился на экран и сразу понял, что это один из преступников, столкнувших полицейскую машину в реку в уезде Цзянъян. Тогда их не успели поймать, но с помощью вездесущей «Небесной сети» отследили маршрут следования грузовика. На въезде на шоссе водитель попал в объектив камеры видеонаблюдения.

– Это… – Парень сощурился и вздохнул.

– Он из ваших, местных? – спросил майор.

Наркоторговец задумался, а затем вдруг ехидно улыбнулся:

– Начальник, я так и знал, что нас притащили в такую даль не из-за пары жалких пакетиков кетамина! Похоже, толстяк Ван замешан в чём-то посерьёзнее и вам нужны зацепки. – Полицейские молча буравили его взглядами. – Вы же видите: я на все вопросы отвечаю, веду себя смирно и охотно сотрудничаю со следствием. Это же поможет смягчить приговор? Все ужасы творят боссы, а я так, шестёрка. Сбился с пути, признаю, но теперь готов исправиться и помочь полиции поймать преступников! Вы ведь дадите мне шанс начать новую жизнь?

Гао Паньцин сердито буркнул:

– Сначала расскажите, что знаете, а потом…

– Мы сообщим прокуратуре, что на момент вступления в банду вам не было восемнадцати, – холодно перебил Янь Се.

Парень на мгновение растерялся и радостно закивал:

– Точно, точно! Я вообще мелкий, просто… Просто выгляжу старше! – Полицейские не знали, смеяться или плакать. Наркоторговец указал на экран мобильного в руке майора. – Я лично с ним не знаком, но видел разок. Все зовут его Мешком. Поначалу он работал на босса Лю из банды «Свежий ветер». Потом наш босс задумал отжать их территорию, и после сложных переговоров и пары стрелок добился своего… Тьфу, зачем вам это?.. Короче, кореша босса Лю разбежались кто куда, а сам он решил отойти от дел, завязать с криминалом и жить обычной жизнью.

Янь Се нахмурился, переваривая услышанное, и уточнил:

– Получается, этот Мешок переметнулся к Ван Синъе?

– Да. Говорят, какой-то крутой чел из его родни уже работал на толстяка, вот и перетащил его к себе. Когда этот Ван приехал в Цзянъян во второй раз, с ним был Мешок, поэтому я и узнал его на снимке.

Майор медленно убрал телефон в карман и сощурился.

– Мешок? Интересное прозвище… А какое его настоящее имя?

– Вы меня своими вопросами в тупик ставите! В нашем деле все друг друга по кличкам знают. Вы представьте, если во время разборок мы на имена перейдём, вот смеху-то будет!

Янь Се развернулся к выходу и велел:

– Напишите, что он начал торговать наркотиками с восемнадцати лет.

Послышалось короткое «слушаюсь» от следователя, который вёл протокол, и арестованный тотчас взмолился:

– Нет-нет, начальник, подождите! Дайте мне ещё один шанс, сейчас соображу… Точно! Вот! Его фамилия Фань!

Майор остановился и оглянулся.

– А имя?

– Я правда не знаю! Фань какой-то! – Наркоторговец сложил руки в молитвенном жесте. – Если бы вы меня не напугали, я бы даже не вспомнил. Я случайно услышал, как кто-то назвал его Фань У разок. Может, он пятый ребёнок в семье?[23]

На мгновение Янь Се перестал дышать. Всем своим видом он источал холод, в тёмных глазах отражалась единственная в комнате для допросов лампа. Вскоре уголки губ майора медленно поползли вверх.

– Фань У, – повторил он с интересом. – А вы знаете, что случилось с его крутым братом Фань Сы?[24] – Парень испуганно молчал, и жуткая улыбка Янь Се стала шире. – Он закончил под колёсами грузовиков на шоссе. Размазало по асфальту так, что с трудом насобирали полведра останков. Чуть позже покажу вам снимок с места происшествия.

Под ошарашенным взглядом наркоторговца он развернулся и вышел за дверь.

– После допроса задержанного у нас есть веские основания полагать, что Ван Синъе связан с Фань Чжэнъюанем, напавшим с оружием на полицейского, и бандой Фань У, которая столкнула нашу машину в реку и убила Ли Юйсинь. Ма Сян, отправь кого-нибудь в Цзянъян. Пусть найдут эту шайку «Свежий ветер» и разузнают про братьев Фань. Как только появятся новости, сразу дай знать. Параллельно разошли ориентировки на Фань У. Лао Гао, вы с ребятами… – Янь Се широким шагом пересёк офис и протянул Гао Паньцину записную книжку. – Я нашёл это в одном из укрытий Ван Синъе. Восемнадцатилетнюю девушку по фамилии Тэн убили два года назад. Думаю, это и был первый случай в нашей серии похищений. Установи точно личность жертвы.

– Есть! – воскликнул Гао Паньцин, резво выпрямившись на стуле.

Майор прошёл в свой кабинет и захлопнул дверь. Офисная суета осталась снаружи, сквозь щель в задёрнутых шторах проникали лучи солнца. Через некоторое время Янь Се наконец убрал ладонь с дверной ручки, его мышцы под рубашкой расслабились. Он медленно прошёл к креслу, сел и достал из кармана брюк фотографию. Снимок молодого капитана полиции бесшумно опустился на стол перед ним.

«Сказал, что выполняет приказ сверху: уже больше года только и делает, что ищет повсюду девчонок. Причём не абы каких: определённого возраста, с выдающейся внешностью, родинкой над грудью и упрямым, непокорным характером».

Выходит, такого мнения Король пик о Цзян Тине?

Янь Се откинулся на спинку кресла и хмуро посмотрел на пляшущие в лучах солнца пылинки.

Если наркобарон считает сотрудника отдела по борьбе с наркотиками «непокорным» и «упрямым», это как минимум говорит о том, что тот не предал свои идеалы. Но почему Король пик использует образ Цзян Тина в своём спектакле? И почему в этом сценарии капитану всегда отводится роль человека, преданного близким?

Майор медленно вытащил из пачки сигарету, щёлкнул зажигалкой, и взметнулся голубой огонёк. Воображение нарисовало Янь Се ещё одну версию случившегося. До сих пор полиция считала первыми жертвами серии похищений тех двоих из рассказа Ли Юйсинь, но доказательств этому не было. Что, если на самом деле история началась с похищения Цзян Тина? Тогда тяга наркобарона к ритуалу, точность во времени казни, а также множество других отсылок получают логическое объяснение!

Но кто был второй жертвой? Заклёпка?

В полумраке кабинета поблёскивал красный уголёк тлеющей сигареты, пепел сыпался на стол. Янь Се перелистывал в голове воспоминания, как страницы книги. Он мысленно вернулся к сцене на заброшенном шоссе. Снайпер нагло рассмеялся и, глядя на дуло пистолета, крикнул: «Стреляй! Ты же в этом хорош, не так ли? Давай, пристрели меня, как Заклёпку!»

Та история оставила глубокий след в кровавом прошлом Цзян Тина – достаточно ему было услышать это прозвище, и он уже не смог нажать на курок. Янь Се живо представил, как Король пик угрожал капитану: «Если не убьёшь Заклёпку, вы умрёте здесь вместе!» или «В пистолете одна пуля. Прикончишь его или себя?» Любой выбор человека в экстремальной ситуации можно понять, но… Из глубин сознания майора прорывался голос, который мешал этим размышлениям: «Смерть Заклёпки вообще не его выбор».

Суждение Янь Се основывалось на ежедневном наблюдении за поведением Цзян Тина и на интуиции. У него не было ни доказательств, ни аргументов, способных повлиять на следствие по делу капитана.

Майор вздохнул и попытался представить Заклёпку в роли второй жертвы, но сразу заметил нестыковку: если агента под прикрытием решили устранить, значит, информация, которую он предоставил полиции, рискуя жизнью, была верна. Тогда каким образом он предал Цзян Тина? И что ещё важнее: в других случаях Король пик выбирал для ритуала пару, связанную крепкими чувствами. Как сюда вписываются отношения полицейского и его информатора?

Глаза Янь Се сверкнули, в его сознании зародилась пугающая догадка: возможно, в этой кровавой драме, повторяющейся из года в год, роль казнённого предателя изначально принадлежала вовсе не Заклёпке, а самому Королю пик.