События в жизни Елены закружились словно водоворот: выписка из больницы, защита диплома, распределение в Междугорск с назначением её государственным нотариусом, награждение грамотой и ценным подарком от областного милицейского начальства…

И Андрей. Он вошёл в её жизнь так, словно всегда здесь присутствовал. Спокойный, уравновешенный, настоящий пример для племянника-подростка, которого родная сестра Андрея воспитывала в одиночку, без мужа.

Лена стала своей в этой маленькой семье и очень хотела долгие годы оставаться её частью…

Но так уж происходит – жизнь вносит свои коррективы.

Очередная рабочая поездка перевернула всё с ног на голову. Обычная, как пояснило руководство, длительная командировка, ничего особенного.

Таковых в трудовой биографии Елены уже было предостаточно, но она всё равно ждала её с трепетом, ведь ехать предстояло в край первых восходов солнца – на Сахалин. Через половину страны к самому её восточному краю, своими глазами увидеть, как начинается новый день, а главное, наконец посмотреть, какое оно – море. Пусть не южное, с курортами и санаториями, но всё равно солёное, пахнущее мокрым песком и йодом. И всего-то на три недели растянется это путешествие, они с Андреем даже не успеют соскучиться друг по другу. А потом начнётся совершенно новая страничка в их общем будущем. Но об этом знает пока только она одна.

Город Невельск появился на карте совсем недавно, ещё несколько лет назад именовался он Хонто и был частью Японии. Теперь же здесь о прежних хозяевах напоминали только военные укрепления вдоль береговой линии да маяки. От порта Холмск в Невельск ехать предстояло на попутке, рейсовый автобус уже ушёл, но девушка совсем не расстроилась – трудности её не пугали. Да и погода была великолепная, можно даже сказать, гостеприимная: яркое майское солнце гладило изумрудные вершины сопок, морские волны с размеренным шипением накатывались на песок, воздух казался прозрачным, а ветерок таким ароматным, что немного кружилась голова. Она поставила на обочину дороги фибровый, обтянутый дерматином чемодан. На него удобно взгромоздился чемоданчик поменьше, «балетка», в котором соседствовали документы и разная женская мелочовка.

Минут через пятнадцать возле Лены, обдав её облаком пыли, остановился потрёпанный грузовик «ГАЗ».

– Барышня, куда направляетесь? Может, нам по пути?

Через открытую дверцу кабины поглядывал крепкий седеющий мужчина в кепке и клетчатой рубашке с закатанными по локоть рукавами.

– Мне в Горнозаводск, в райсовет.

– Ну что ж, в самый раз! – Водитель шире распахнул дверь. – Подавайте сюда свой багаж и устраивайтесь поудобнее. Прокачу с ветерком, насколько дорога позволит!

Большой чемодан прекрасно поместился на полу в ногах, «балетку» она поставила на колени. Грузовик заурчал двигателем и рывком прыгнул с места.

– И откуда вы прибыли в наш славный Найхоро? Вы ведь явно не из местных.

– Найхоро? – удивилась Лена.

– Ну, значит, точно, из приезжих, с материка, – сделал вывод шофёр. – Здешние старые названия местности хорошо знают. Горнозаводск-то японцы основали и нарекли его Найхоро. Это они тут начали бурый уголь добывать, узкоколейку построили до города Хонто, который после войны стал Невельском. Рядом – село Токомбосава, оно же Колхозное. Чуть дальше на юг село Накасигай, теперь Ватутино, а практически на самой кромке острова – поселение Минаминаёси, Шебунино по-нашему.

– Как интересно! – восхитилась девушка. – Не думала, что в этих местах так рьяно изучают историю. А я из Сибири, приехала в командировку.

– Землячка, значит, – обрадовался мужчина. – Я ведь сам из Томска, а в эти места меня призвали в армию, потом война с Японией. Позже рабочие руки понадобились, так и остался. Семью перевёз, родителей, сестёр. Женился. В общем, давно уже местный. А вы кто по профессии будете, что аж из самой Сибири, с материка, сюда к нам прислали?

– Нотариус я, по обмену опытом. Из вашего райсовета запрос прислали, вот меня и направили.

– А величать вас как? Вдруг понадобится обратиться, а я и не знаю. Меня, кстати, Петром Данилычем зовут. Дауткины мы.

– Лена. Борисова Елена Валерьевна.

– Вот и познакомились. А теперь гляди вот сюда, налево, Елена Валерьевна. Видишь, дорога пошла? Это как раз на Токомбосаву, в село Колхозное. А нам пока прямо и прямо, по побережью.

«Полста первый» прибыл к месту назначения примерно через полчаса. Пётр Данилыч помог Елене выйти, выгрузил чемоданы и помчался дальше.

– Моя конечная остановка в Ватутино, как говорится, груз сдал – груз принял, – сказал он, пожимая на прощание руку командированному нотариусу.

Лена протёрла носовым платком руки и лицо и поднялась по деревянному крылечку длинного кирпичного дома. Именно здесь располагался Горнозаводский райсовет. Дел предстояло много.

В то утро она проснулась очень рано, не было ещё и пяти часов. Даже квартирная хозяйка, у которой ей сняли комнату на время командировки, ещё не поднималась, хотя обычно баба Тоня была птичкой ранней и к тому моменту, когда у Лены срабатывал будильник, на столе уже ждали свежеиспечённые пироги с рыбой, отварная картошка, жареный папоротник и морс из клоповки. Девушка с осторожностью пробовала угощения хлебосольной хозяйки лишь первые два дня, а потом поняла, насколько всё вкусно, и записала с десяток рецептов местной кухни. Конечно, такую рыбу, как в этих местах водится, в Сибири не купишь, но это и нестрашно, можно заменить, а вот папоротник и лопух и в родных краях растут. Только собирать их уже поздновато, ну да ничего страшного, на следующий год можно начать. Единственное, что ничем не заменишь, так это ту самую клоповку, или краснику, как её ещё называют в здешних местах. Ягоды очень похожи на клюкву, но вот аромат у них специфический, потому клоповкой и величают. Лена решила, что привезёт с собой несколько бутылочек сиропа и угостит Андрея и его коллег. Уж очень хочется увидеть их лица!

Пошла вторая неделя её командировки. За это время с Андреем они созванивались только один раз, зато она успела написать ему целых три письма. Ответов не ждала – он сразу сказал, что терпеть не может писать, даже рабочие документы для него как острый нож. Зачем же мучить человека? Вот вернётся она домой, там и поговорят обо всём на свете.

Лена уже допивала чай, посматривая на тяжёлые часы с маятником, висевшие на стене небольшой кухоньки, как в дверь постучали.

– Кто там? – крикнула тётя Тоня, вытирая руки о передник.

– Телеграмму примите, – ответил приглушённый голос.

– Какую ещё телеграмму? – удивилась женщина. Она была одинока и никогда не получала корреспонденции, кроме газет и журнала «Работница».

– Да это для жилички твоей, – заговорила, входя в дом, высокая тощая женщина – местный почтальон.

Лена взяла фирменный бланк с приклеенными на него тонкими бумажными полосками. Она пробежала глазами напечатанный текст и с недоумением уставилась на женщин, внимательно смотревших на неё.

– Дай воды. Быстро! – скомандовала почтальонка.

Тётя Тоня моментально исчезла.

Лена ещё раз поднесла к глазам телеграмму. «Андрей… При исполнении… Похороны… Приезжай…»

На похороны Андрея она так и не попала: на остров обрушился шторм, связь с материком наладилась только через неделю. А потом лишь памятник с красной звездой на наконечнике обняла на могиле. И всё…

Девушка действовала словно в тумане – уволилась с работы, собрала свои вещи и, не прощаясь ни с кем, вернулась обратно на Сахалин. Просто сбежала из города, где была счастлива. Там осталось её прошлое и тот, кто так и не увидит своего ребёнка…

Она нашла в себе силы вернуться в Междугорск лишь спустя пять лет. Вместе с сынишкой ходила по знакомым улочкам, гуляла в парке, кидала камешки в речку. И в один из таких дней случайно столкнулась в магазине с Алексеем, племянником Андрея. Он стал совсем взрослым, настоящим мужчиной. От того угловатого мальчишки со светлой чёлкой, которая постоянно падала на глаза, не осталось и следа. Она обрадовалась, а он спросил:

– Сын? Сколько ему?

– Скоро будет пять.

– Значит, сразу забыла…

– Я не забыла, я… – Но говорила женщина уже в пустое пространство. Собеседник будто растворился в воздухе.

Она не стала оправдываться, доказывать, объяснять, что Мишка – их с Андреем сын. Зачем? Ей никто ничего не должен, и она никому и ничего не должна.

С тех пор прошло много лет. Лена так и не вышла замуж, посвятив свою жизнь сыну. Из нотариата она ушла, а «корочки» токаря, полученные в местном учебно-производственном комбинате, совершенно изменили жизнь. С Лёшей они всё-таки пересекались иногда, город-то маленький, он здоровался, и только. Так и не узнал, что у него есть двоюродный брат.

И тут смерть Эльвиры Нифонтовой. Событие словно всколыхнуло всё вокруг, и прошлое, и настоящее.