Магия начала медленно клубиться в воздухе, и я, как завороженная, наблюдала за нежными переливами. Моя сила не была такой яркой и насыщенной. В ней скрывалась жестокость и коварство. А тут словно прикосновение первых теплых лучей рассвета к обнаженной коже. Подобно поцелую матери, она укутывала в своих объятиях и укрывала плечи невесомым одеялом. Так волнительно и трепетно. Даже не скажешь, что для такого волшебства требуются весьма экзотические способы. Хотя ситуация у нас ужасная, так что плевать, какие там способы, лишь бы работало.

Еще раз осмотрев толпу голодных мантикор, я сосредоточилась на своей части работы. От меня требовалось самое главное – попасть точно в монстра и не позволить магии рассеяться. Сверкнув глазами, встала чуть боком, позволяя Гересу обнять меня со спины и устроить свои руки поверх моих, чуть задевая пальцами древко косы. Он не хуже моего понимал, что можно ожидать от своенравного темного артефакта с историей, уходящей корнями в те века, которые и в учебниках-то не описаны. Предосторожность в нашем случае лишней не была.

Коса недовольно загудела, но я постаралась успокоить ее, передав свою уверенность в том, что грек не навредит моей доминантной славянской натуре. Она особо мне не поверила, но брыкаться все же не стала, позволив блондину держать ее в руках. Магии во мне больше не было, а аккумулировать ее, как Питер, мы не могли. Потому худо-бедно, но подобрав подходящий вариант магической раскладки, мы синхронно потянули нити, которые исходили от наследника богини любви.

Наматывая их на древко, постепенно, слой за слоем, формировали легкую пелену направленного движения магических частиц. Перестраивать чужую силу под себя – весьма проблематичное занятие. Но выбирать не приходилось, даже на троих у нас был ограниченный резерв, потому волей-неволей, но я включала все остатки собственных сил для заполнения потоков, круживших возле нас. Сейчас я готова была работать с кем угодно в магической связке, лишь бы закольцевать магический круг и нанести решающую атаку, которая спасет наши головы.

Переглянувшись с наследником Аида, я набрала в легкие побольше воздуха и начала бормотать под нос заклятие. На этот раз надеяться на косу и ее желание полакомиться смертью не приходилось. Все же мантикоры – это неживые существа, и от них толку в плане умирания как от козла молока. Пока поток закручивался по спирали и уплотнялся, за нашими спинами раздавалось натужное пыхтение и молитвы. Пусть что угодно делают, лишь бы получалось магическое действо, способное обеспечить нам крошечный шанс на ответный удар.

Мысленно воздав хвалу всем богам, которых смогла вспомнить, позволила вязи сорваться с острия косы и пронзительным алым лучом метнуться в сторону альфа-самки. Остальные особи не успели на это отреагировать и не прикрыли свою сильнейшую мантикору. Алая стрела молниеносно разрезала ночную тьму и впилась в тело монстра подобно рычащему зверю. Сухой треск наполнил поляну перед особняком, и дикий вой заполнил пространство. Мантикоры в страхе шарахнулись в стороны и с ужасом наблюдали за тем, как выворачиваются суставы у их главной твари.

Хотелось бы сказать, что все получилось с первого раза и идеально. Но увы, нет… Монстры не спешили разбредаться, хотя и наблюдали за тем, как альфа-самка подыхала в луже собственной крови и адских мучениях. На магию и силу я скупиться не стала. Вложила в проклятие вечной агонии все до последней доступной крупицы. И коли это не дало результатов, я не представляла, чем еще мы могли бы шандарахнуть по этой искусственно созданной твари. Других вариантов попросту не существовало. Пробить шкуру невосприимчивого к магии существа можно было только проклятием.

Потрясенно обернувшись через плечо, я уставилась в точно такие же растерянные глаза за стеклами очков. Как объяснять происходящее, даже в теории никто не знал. Ибо, лишившись предводителя, стая должна была ломануться наутек, а не стоять и сверкать зубами в надежде нас сожрать. Тихий смешок коснулся моего слуха, и я, повертев головой, не поняла, кто его издал. Пока не проследила за взглядом Антона. У нашего шоу был зритель на крыше, про которого я благополучно позабыла, сосредоточившись на более весомом враге.

Пару раз хлопнув в ладоши, неизвестный гость растворился в небытие, а мантикоры, как и положено, бросились наутек, стараясь опередить товарок по несчастью. Ошарашенно наблюдая за всем этим цирком, я пыталась уложить в голове произошедшее. Но оно никак не желало этого делать. Как бы я ни подбирала варианты, выходило, что мантикоры слушались не альфа-самку, а этого неизвестного некроманта, наблюдавшего за нами с крыши здания. Вопросы множились со скоростью тараканов.

– Неудивительно, что никто не мог справиться с ними до этого, – невесело протянул Антон, – если верить спискам прошлых лет, то подобная компания подобралась впервые. Две смерти, любовь и молнии. Ничего не скажешь, смех да и только.

– От тебя вообще не было никакого толку, – огрызнулся Герес и покачал головой. – Если бы не Питер, мы бы уже сдохли. И боюсь, противник ушел лишь для того, чтобы поменять тактику или поднакопить силенок. Я уже боюсь представить, что нас ожидает дальше. Ибо пока все это напоминает сумасшествие в чистом виде.

– Есть вариант, что через час мы просто кровью захлебнемся, но я бы предпочла о таком не думать. – Опершись на косу, я тяжело и натужно дышала, стараясь отойти от чужой магии. – Второго такого эксперимента я точно не переживу. Мне и этот не очень-то понравился. Хотя что-то мне подсказывает, по два раза разыгрывать одну и ту же карту не в принципах этого урода. Иначе бы он не аплодировал нам с крыши, когда все закончилось.

– Думаешь, во всем этом был какой-то смысл, потому мантикоры и не нападали на купол в полную силу, а создавали видимость того, что они голодные тени? – недоуменно произнес Герес, поправляя сползшие на кончик носа очки. – Мне уже не весело, и если эти твари настолько разумны, то следовало бы принять во внимание наши общие усилия для преодоления критической ситуации.

– Может быть, ты и прав, – неожиданная догадка посетила мою головушку. – Мы единственные, кто начал действовать сообща и координировать движения. Под конец даже использовали способности всех, чтобы защитить себя и проклясть существо, невосприимчивое к магии. Если бы не это, то, скорее всего, мы бы уже отправились на тот свет, неспособные защитить самих себя.

– Если принять это за теорию, получается, чтобы выжить тут, нам надо научиться доверять друг другу и понять, какую магию и какие силы мы можем использовать во благо группы, – задумчиво отозвался Питер. – В теории звучит легко. Но вот в месте, где каждый мечтает убить противника, это сделать очень тяжело. Нам просто повезло оказаться сильнейшими. Каждый отчетливо знал, что так просто соперника на тот свет не спровадит. Возможно, это имеет смысл.

– Жаль, что проверить эту теорию в наших условиях нельзя, – почесала я кончик носа. – Те, кто выживал в этом дурдоме, особо не распространялись. А единственное, что мы знаем наверняка, что с каждым годом ситуация становилась все хуже и хуже. Пока окончательно не превратилась в похоронную процессию. Многие даже не надеялись, что их дети выживут, сразу приезжали в сопровождении катафалков. Почему только никто не возмущался? Вот в чем вопрос. Детей у богов, конечно, тьма-тьмущая, но наследников не так много, чтобы разбрасываться ими направо и налево.

– Возможно, не все понимали, что происходит, – перебил меня наследник Аида. – Я посмотрел статистику: из сильных наследников смерти мы тут первые за последние двести лет. Остальным, возможно, даже не приходилось сталкиваться с письменами в зале суда. Или они просто подыхали до того, как находили качели. Никому особо в голову не приходило в такой дубак качаться. Тут, что не час, то новая погодка, что будет утром, ведомо лишь высшим силам. Да и ты самая близкая к этому месту. «Терем» – изобретение славянское, и от этого тебе мертвый лес может не так сильно вредить.

– Предлагаю подняться в комнаты, привести себя в порядок, а уже потом собраться где-нибудь и продолжить диалог, – вздохнул Питер. – На улице в самом деле зябко. А если ситуация настолько плоха, то уже все равно – сейчас или через полчаса после душа в теплой комнате. С трупами пусть кто-нибудь еще разбирается, я ушатался в ноль, мне сейчас уже нет ни до кого дела, кроме собственной тушки.

– Главное, чтобы тебя в душе монстр не сожрал, а то с этим дурдомом уже не знаешь, чего ожидать и за каким углом сидит голодная тварь, мечтающая тобой перекусить без хлеба и соли, – напутственно сказала я ему, забирая протянутый чулок. – Но ты спас наши задницы, спасибо тебе за это. Поверь, стебать не буду, у каждого свои тараканы в голове.

– Не тушуйся, мужик, реально прикрыл наши головы, – хлопнул Питера по плечу Герес. – Просто сказал бы сразу, Мира не потратила бы впустую магический резерв, и мы бы эту тварь на тот свет спровадили намного быстрее. Но главное, прокатило, и мы все остались живы и здоровы. Остальное ерунда.

– Где встречаемся? – вернув косе вид стилета, я заткнула его за пояс юбки. – Что-то особняк мне уже особого доверия не внушает. Не хотелось бы угодить в какую-нибудь ловушку.

– В комнате для занятий, у каждой четверки она своя, думаю, это оптимально. – Антон подал мне руку, помогая не спотыкаться на размокшей земле. – К тому же жилые комнаты – слишком личное пространство, и впускать туда кого-то как-то не шибко хочется. Даже если вы спасли меня от кучки мантикор.

– Через час в классе, – подытожил наследник Аида и первым поплелся к себе.

Ну по факту я была согласна со всеми. Ситуация казалась настолько патовой, что хотелось все хорошенько обдумать и принять соответствующие меры. Какие, правда? Не знаю. Но сидеть и ждать у моря погоды выше моих сил. Деятельная натура уже рвалась в бой. И если бы не мертвый лес с его тайнами и магическим воздействием, я бы уже рванула на поиски портала в ад. Лучше чем-то собственные руки занять, чем наблюдать за творящимся вокруг бедламом.

Жила я выше остальных, так что, переставляя ноги и кое-как примирившись с ситуацией, поплелась к себе. Горячая вода казалась заманчивым вариантом, вот только что-то в груди шевелилось, и казалось, сделай я еще шаг, и полетит моя голова с плеч. Причем толком даже объяснить не могла, из-за чего такие жуткие ассоциации. Но стоило открыть дверь в спальню, как все встало на свои места. Интуиция не подвела, и рухнувшая с потолка гильотина разрубила лишь дверь и воздух, не зацепив меня. Прекрасно, просто волшебно. Лучше и быть не могло!