В апреле 1938 года в Мексику приехал писатель Андре Бретон, отец сюрреализма. Он читал лекции об искусстве по поручению французского министерства иностранных дел. Бретон был в восторге от стиля Фриды и считал, что ее картины написаны в стиле сюрреализма. Благодаря Бретону осенью 1938 у Фриды состоялась выставка картин в Нью-Йорке в его же галерее. Выставка прошла успешно: половину работ купили несмотря на то, что это было время Великой депрессии. Фриде начали заказывать картины местные промышленники.

У Фриды началась череда романов, самым длительным из них был с венгерским фотографом Николасом Мюреем, он помогал Фриде готовиться к ее первой выставке. Николас был успешым фотографом-портретистом, его работы печатались в «Харперс Базар». В 1939-м там было опубликовано и фото Фриды.

Андре Бретон убедил Фриду поехать в Париж и провести выставку там. Она приехала в Париж в январе 1939 года. В Европе было неспокойно: Гитлер по Мюнхенскому договору занял часть Чехословакии, в Испании шла гражданская война. Британия и Франция признали франкистский режим.

В Париже Фрида остановилась у Андре и Жаклин Бретон и жила в тесной комнатке вместе с их маленькой дочкой. Квартира Бретонов была местом встреч троцкистов и сюрреалистов.

Когда Фрида поинтересовалась организацией выставки, выяснилось, что ее картины с таможни никто не забирал: Бретон этим не озаботился, как не озаботился и организацией самой выставки. Все хлопоты взял на себя художник-сюрреалист Марсель Дюшан: он получил картины на таможне и нашел галерею.

Накануне открытия выставки Фрида Кало экстренно попала в Американскую больницу с острой инфекцией, виновницей которой оказалась кишечная палочка. Выставка открылась в галерее «Паер Колле» 10 марта и имела невероятный успех: одну картину даже купил Лувр.

Диего рассказывал о триумфе Фриды в Париже так: «Кандинского так тронула Фридина живопись, что он прямо при всех поднял ее на руки и целовал брови и щеки, пока слезы не побежали у него по лицу. Даже Пикассо, требовательнейший из требовательных, пел хвалу артистичности Фриды и ее достоинствам. Пикассо находился во власти ее обаяния».

В знак своей признательности Пикассо подарил Фриде серьги в форме крошечных ручек, сделанных из черепаховых панцирей.

Сюрреалисты сочли Фриду одной из них, но она так не считала. Она невзлюбила парижскую богему. «Меня от них тошнит. Они все такие интеллектуальные и растленные, я не могу их выносить. Они часами сидят в кафе, грея свои драгоценные задницы и разговаривая о культуре, искусстве и революции», – писала она в одной из писем.

Зато Фрида объездила окрестности Парижа: ездила в Шартр, замки Луары, посетила Лувр. Особенно ей понравился блошиный рынок – Фрида купила там двух кукол.

Модельер Эльза Скиапарелли сделала модель «а роб Мадам Ривера», и Фрида появилась в своем аутентичном наряде на обложке журнала Vogue.

Но душа ее рвалась домой, в Мексику.

Возвращение обернулось новыми переживаниями: у Диего возобновился роман с ее сестрой. Фрида подала на развод.