Ситуация 70-х озадачила бы экономиста, знакомого лишь с первоначальной кривой Филлипса, созданной в 1958 году, предсказывающей инфляцию лишь в сочетании с крайне низким уровнем безработицы. Однако средний уровень безработицы в 1970-е был не особенно низким, а после резкой рецессии в 1973–1975-х вообще вырос до 9 %. Разрушительное сочетание высокого уровня инфляции и стагнации экономического роста окрестили стагфляцией. Кривая Филипса, по крайней мере, в тогдашнем виде, к середине 1970-х, казалось бы, вышла из строя.

Однако экономисты того периода продемонстрировали, что сущность идеи Филлипса можно сохранить, переработав теорию инфляции, и приблизить ее к современному виду с помощью двух разумных поправок.

Во-первых, в основе первоначальной кривой Филлипса лежало предположение (зачастую неявное): большинство изменений уровня инфляции и безработицы отражают перемены спроса на товары и услуги в масштабах всей экономики. Увеличение спроса (те же повышенные правительственные расходы на Вьетнамскую войну и «Великое общество») должно повысить уровень занятости населения, а также цен и зарплат, точно так же как увеличение спроса на картофель должно повысить объем производства, а также уровень цен и занятости в сфере производства картофеля. И если изменения уровня спроса – главная причина экономических колебаний, то в соответствии с кривой Филлипса низкий уровень безработицы должен сопровождаться относительно высокой инфляцией.

Но иногда экономика испытывает потрясения, связанные с предложением, а не спросом; резкое повышение цен на нефть в 1973–74 годы и в 1979 году – классические тому примеры. Повышение цен на нефть в 70-х способствовали инфляции, увеличив стоимость производства и транспортировки многих товаров и услуг. Подобно тому, как насекомые-вредители, портящие урожай картофеля, снижают объем продукции и уровень занятости, так и макроэкономический кризис предложения имеет стагфляционный эффект, повышая уровень и инфляции, и безработицы. Таким образом, чтобы кривая Филлипса должным образом объясняла новые данные, необходимо отличать инфляцию, вызванную кризисами предложения, от инфляции, вызванной кризисами спроса. И экономисты озадачились новой целью.

Они разработали метод, при котором необходимо сконцентрироваться на базовой инфляции – показателе, не учитывающем цены на нефть и продукты питания в силу их волатильности и подверженности кризисам предложения. И теперь этот базовый показатель оказывается более удачным индикатором влияния изменений спроса на уровень инфляции. Поведение базовой инфляции в 1970-е дает основания предположить, что даже по мере того, как потрясения, связанные с предложением, становились все более серьезными, инфляция тем не менее продолжала реагировать на спрос. Например, уровень базовой инфляции значительно снизился после рецессий 1969–1970, 1973–1975 и 1980-х годов, давая основания предположить, что медленный рост и высокий уровень безработицы все равно способны замедлить рост цен, хоть на него и продолжают влиять факторы предложения.

Помимо учета кризисов предложения, вторая поправка к традиционной кривой Филлипса должна была учесть явную роль инфляционных ожиданий. Будущие нобелевские лауреаты Милтон Фридман[42] и Эдмунд Фелпс[43] в конце 1960-х пророчески предрекли возможность самоусиливающейся инфляционной психологии, которая как раз преобладала в 1970-е годы. Фридман в своем президентском обращении к Американской экономической ассоциации в январе 1967 года прогнозировал, что связь между инфляцией и безработицей, отраженная в традиционной кривой Филлипса, станет нестабильной, когда вырастут инфляционные ожидания. А это, по его словам, неминуемо должно было случиться, если инфляция останется на таком же высоком уровне. По мнению Фридмана, люди, ожидающие роста инфляции, постараются защитить свою покупательную способность, повышая требования к зарплате, и в результате уровень цен вырастет примерно в той же степени. Таким образом, увеличение ожидаемой домохозяйствами и фирмами инфляции на 1 % со временем должно привести к реальному увеличению фактической инфляции на тот самый 1 %. Фелпс сделал подобное заявление в своей работе в 1968 году, а 1970-е продемонстрировали актуальность этой теории Фридмана-Фелпса.

Что же влияет на изменения инфляционных ожиданий? Споры об определяющих факторах этого показателя и о том, как центральные банки могут оказывать на них влияние, занимают центральное место в теории и практике денежно-кредитной политики как минимум с 1960-х, если не раньше. Людям свойственно в планировании будущего опираться на прошлый опыт, а потому неудивительно, что неспособность правительства контролировать инфляцию в конце 1960-х и начале 1970-х разрушила любую надежду на будущие низкие показатели инфляции. Инфляционные ожидания населения выросли, способствуя росту фактической инфляции, породив тем самым порочный круг. Рестабилизация инфляции и инфляционных ожиданий на относительно низком уровне теперь казалась сложнейшей задачей.

Скорректированная с учетом опыта 1970-х и идей Фридмана, Фелпса и других, кривая Филлипса до сих пор остается основой рассуждений экономистов об инфляции. Подведем итог: в своей современной форме кривая Филлипса делает три главных утверждения.

Во-первых, экономическая экспансия, движимая увеличением спроса без соответствующего увеличения предложения, в итоге приведет к повышению инфляции касательно и цен, и зарплат. Это идея оригинальной кривой Филлипса, созданной в 1958 году и исследований, последовавших за публикацией его работы на эту тему.

Во-вторых, кризисы предложения имеют стагфляционный эффект, поднимая уровень инфляции, но уменьшая при этом объем продукции и уровень занятости населения как минимум на некоторое время. Именно так было после резких изменений цен на нефть в 1970-е годы.

В-третьих, при неизменном уровне безработицы и кризисах предложения рост инфляционных ожиданий домохозяйств и фирм в итоге повышает темп фактической инфляции в соотношении примерно один к одному. Более высокая инфляция, в свою очередь, повышает и уровень инфляционных ожиданий. Это нередко превращается в порочный круг.

Теперь обновленная версия кривой Филлипса предлагает достаточно разумное объяснение Великой инфляции. Фискальная политика – снижение налогов, а также расходы на военные и социальные нужды – оставалась недопустимо мягкой при президентах Кеннеди и Джонсоне и привела к «перегреву» экономики, дав старт проблеме инфляции. Президент Никсон продолжил стимулировать спрос в надежде умерить инфляцию путем прямого контроля за зарплатами и ценами, но не добился успеха. Никсоновская программа привела к дефицитам и нерациональному распределению ресурсов, погасив инфляцию лишь временно. Она вернулась как только контроль был отменен. Рост мировых цен на нефть и прочие пагубные кризисы предложения пошатнули баланс кривой Филлипса, подтолкнув экономику к стагфляции. Инфляционная психология стала набирать все бо́льшую силу, что привело к самовоспроизводящейся спирали растущей инфляции и растущих инфляционных ожиданий.

Хотя обновленная версия кривой Филлипса помогает объяснить Великую инфляцию, вопрос остается открытым: где был Федеральный резерв? Почему он позволил инфляции выйти из-под контроля? И почему, когда это произошло, ФРС не приняла необходимых мер, чтобы разорвать этот порочный круг? Вот короткий ответ на этот вопрос: сочетание грубой политики и ошибочных взглядов на инфляционный процесс останавливали руководителей Федерального резерва от решительных шагов в критический момент, подталкивая избегать болезненных для населения мер, которые помогли бы обуздать инфляцию.