Суперинтендант Джеймс Уоррэн
центральное полицейское управление г. Каддингтон
сентябрь, 14
2 часа 30 минут после полудня
– Констебль Уотсон.
– Да, сэр?
– Не подскажете, занимается ли кто-нибудь делом поместья Оффорд?
– Не могу знать, суперинтендант. Я могу позвать секретаря.
– Будьте так любезны.
Поклонившсь, Уотсон скрылся за дверью, и через некоторое время в кабинет заглянула очень бледная женщина, напоминающая моль: среднего возраста, в толстых очках, с волосами, спрятанными под вылинявшим чепцом.
– Да, суперинтендант? – Она близоруко щурилась даже через очки, высматривая своего начальника.
Пока Джеймс ожидал появления немолодой леди, он уже забил трубку, но так и не зажег, а просто крутил в руках.
– Скажите, кто занимается делом поместья Оффорд? – спросил мистер Уоррэн, даже не глядя на вошедшую.
Женщина-секретарь открыла принесенную с собой папку и начала листать записи.
– Я так полагаю, что… Старший инспектор Гастингс… – бесцветным голосом начала она. – Да, старший инспектор Гастингс. Дело хотели передать в Скотленд-Ярд, но возникли какие-то трудности, и дело так и не ушло.
– Пусть пока оно останется у нас. Пригласите инспектора.
Женщина загнула уголок на выбранной странице.
– Что-нибудь еще, господин суперинтендант?
– Скажите, чтобы он взял с собой все материалы по делу.
– Хорошо, так… – Женщина перелистнула страницу и удивленно охнула. – Ох, а тут депеша была. Хм, срочная. О, с прошлой недели.
Ее глаза, увеличенные очками, растерянно оглядели лист, а затем – суперинтенданта, которому она протянула слегка пожелтевший листок. Депешу от старшего инспектора Гастингса. В ней он сообщал, что отправился в поместье, чтобы провести опрос свидетелей и осмотреть место происшествия, и сделал несколько неожиданных открытий, о которых хотел поговорить с господином суперинтендантом лично. А пока остается на месте, чтобы не позволить слугам уничтожить ценные улики и узнать больше деталей.
Далее была приложена расписка, подтверждающая, что материалы по делу поместья Оффорд были получены мистером Гастингсом. Также прилагался полный, как Уоррэн надеялся, перечень этих самых документов.
Суперинтендант отложил депешу на стол и, не отрывая взгляда от яркой пометки «срочно», спросил:
– Мэм, скажите, когда инспектор Гастингс последний раз появлялся в участке?
– Так, значит, сегодня я уже поливала цветы… И, значит, накормила миссис Кошечку… Это значит, получается… О. Вот, собственно, когда он документы брал из картотеки. Выходит, три дня назад, сэр.
– Его не было три дня, и никого это не смутило?
– Да всех их разве ж упомнишь! Скачут тут, скачут… – развела руками женщина.
– Можете идти.
– Спасибо. – Женщина уже собиралась развернуться и покинуть кабинет, но бросила взгляд на свои же записи. – А материалы по делу не надо, господин суперинтендант?
– Надо, если они есть.
– Я посмотрю.
Уоррэн проследил за медленно удаляющейся спиной моли, лишь по ошибке ставшей человеком. Он прекрасно понимал, что никакие материалы не получит. Дверь закрылась, чтобы спустя пару мгновений снова открыться: женщина внимательно посмотрела через толстые стекла на суперинтенданта:
– Вы бы окошко закрыли – дует в спину, – сердобольно посоветовала она и снова скрылась.
Хозяин кабинета тяжело вздохнул. Отложив трубку, вытащил из кармана ключ, отпер ящик стола, достал револьвер и, не торопясь, зарядил его. Провернул барабан, спрятал оружие в кобуре на поясе и вышел.
– Мэм, делом поместья Оффорд я займусь лично. Подготовьте соответствующие бумаги и оставьте их у меня на столе. Если кто-то будет меня искать, сообщите им, что я в поместье.
– Так, не забыть, это важно. – Женщина сделала запись в маленькой книжке.
– И впредь будьте внимательны. – Мистер Уоррэн прочитал заметку «подготовить документы и занести в кабинет суперинтенданта». – Документы с пометкой «срочно» должны сразу оказываться на моем столе. Если меня не будет на месте – обратитесь к любому старшему инспектору.
– Конечно-конечно, господин суперинтендант! – закивала секретарь. – А вы шарф-то наденьте – холодно, пусть пока и солнышко пригревает! И дождь будет, однозначно будет дождь! Поясницу тянет.
И Джеймс вышел на улицу, по пути раскуривая трубку. Женщин в участке было мало, да и их наличие скорее было их проблемой, чем его. Суперинтенданту необходимо было закурить, чтобы обдумать, с чего стоит начать расследование.
мисс Энни Вуд
поместье Вуд-чёрч
сентябрь, 14
1 час 51 минута после полудня
Энни подозвала горничную и отдала распоряжения подготовить вещи и сообщить семье Уайлд о том, что их дочь Агнесс останется в поместье Вуд-чёрч на ночь. Они прогуляются по городу, поужинают, а на следующий день отправятся в Оффорд с визитом. Горничная, сделав книксен, приняла письмо, адресованное сэру Уайлду.
– Сколько платьев мисс желает взять? – Если подразумевался прием, для всего необходимого нужно было подготовить большой дорожный сундук.
– Хватит одного наряда. Не думаю, что мы задержимся в Оффорде больше чем на одну ночь.
– Хорошо, мисс.
Проводив горничную взглядом, мисс Вуд взяла приятно холодящую металлическую ручку. Подарок жениха пришелся очень кстати: ручка удобно помещалась в планшетку, аккуратно писала. Не говоря уже о том, что сейчас в дороге и во время пребывания в поместье Энни всегда могла носить ее с собой. Франк Бессант был полностью очарован умной невестой и постоянно говорил о своей уверенности в том, что она однажды сбросит маску и все узнают, кем на самом деле является Генри Вуд, автор захватывающих романов.
Энни улыбнулась и открыла планшетку, чтобы снова просмотреть черновики будущей книги о поместье Оффорд. Слухи подстегнули ее воображение, и она начала писать несколько месяцев назад. Пока это не было настоящей историей, лишь серией записок, в которых Энни усердно отразила каждую обнаруженную деталь.
Например, из записей мисс Вуд можно было узнать, что поместье было построено в 1217 году и являлось на тот момент крепостью – четырехэтажным строением с двумя башнями, окруженным высокой зубчатой стеной. Впоследствии архитектура крепости была изменена: снесли стену, расширили площадку перед центральным входом. Около двухсот лет назад (здесь, увы, источники расходились во мнении, одни указывали 1660 год, другие отмечали промежуток между 1652–1658 годами) здание и прилегающие земли, значащиеся в документах как Кодингтонский замок, приобрела семья Оффорд с севера Англии. Затем, уже в 1739 году, хозяевами стала семья Барлоу, предок которой оказался дальним и последним родственником утратившей иных потомков семьи Оффорд.
С этого момента началась история поместья Оффорд, название которого семья Барлоу не сочла нужным менять, чтобы сохранить память о прошлом. Прапрадед нынешнего владельца пытался ввести в обиход название «Кодингтонский замок», но оно не прижилось. К тому же новые изменения архитектуры крепости сделали ее больше похожей на причудливый особняк.
Дальнейшие сведения мисс Вуд удалось добыть лишь благодаря знакомству с сэром Абрахамом Барлоу, дедушкой нынешнего хозяина поместья, сэра Джонатана Барлоу. Как оказалось, средства семьи начали истощаться из-за бесконечных перестроек, и сэр Абрахам обратился к известному меценату лорду Уильяму Альберту Хаттону. В тот же год было принято решение превратить поместье в гостевой дом Оффорд.
Энни и ее подруге Агнесс доводилось гостить у старшего сэра Барлоу, отца Джонатана: горный воздух, удаленность от городской суеты и прекрасные парки способствовали отдыху, в котором так нуждались леди, а интересные и знатные постояльцы были весьма приятной компанией за вечерним чаем.
Мисс Вуд была знакома со слухами, окружающими гостевой дом Оффорд, и в частности ту его часть, что некогда была крепостью, но не придавала им значения. В конце концов, людям нужно что-то обсуждать за завтраком.
Но затем начались исчезновения. Горожане связывали это с затянувшимся ремонтом и нехваткой средств: молодой Джонатан Барлоу, дескать, приказывал своим слугам замуровывать гостей, а сам присваивал их имущество.
Самым занятным в этих домыслах было упоминание потайных ходов. На полях рядом с этими строками мисс Вуд поставила целых три вопросительных знака, потому что до сих пор ей так и не удалось взглянуть на планы поместья. Единственный, кто мог это сделать после отъезда в Лондон сэра Абрахама, был его внук сэр Джонатан, но он был постоянно занят.
Энни кончиками пальцев провела по строчкам. Написанного пока не хватало, чтобы превратить это в стоящую историю. Но после получения приглашения от сэра Джонатана Барлоу мисс Вуд воспряла: сам хозяин предоставляет ей полномочия вести расследование и рассказать историю Оффорда, какой бы она ни была.
До отъезда мисс Вуд решила во что бы то ни стало прогуляться по городу: Агнесс с удовольствием заглянет в магазинчики, а сама Энни послушает, чем живет сегодня Каддингтон.
мисс Энни Вуд, мисс Агнесс Уайлд
поместье Вуд-чёрч
сентябрь, 14
5 часов 57 минут после полудня
Оставив на столе записи, мисс Вуд вышла к воротам – прекрасно зная свою подругу и представляя время, которое понадобится ей на сборы, она была готова встречать подъезжающий экипаж. Из остановившейся кареты, рассчитанной на двух человек, почти сразу выпорхнула девушка с рыжевато-каштановыми волосами, потрясающими светло-голубыми глазами, невероятно светлой кожей – практически фарфоровая куколка. Быстро оглядевшись, она всплеснула руками и подбежала к мисс Вуд, нежно заключив ее в объятия.
– Дорогая моя! Вот я и здесь, – сообщила Агнесс, отстраняясь. – Так поспешно, так поспешно… Я едва успела собраться.
Мимо девушек прошли слуги – и семьи Уайлд, и подоспевшие на помощь семьи Вуд, – которые пронесли несколько сундуков с вещами.
– Милая, ты думаешь, нам все это понадобится? – улыбнулась Энни, держа подругу за руки.
– Ну как же! Смена на завтрак, на обед, на чай, на ужин… – она стала перечислять, мечтательно хлопая ресницами. – … разумеется, для прогулки верхом – там же очень красивые конюшни! А еще… – Девушка чуть склонилась к лицу Энни, стараясь сдержать довольную улыбку. – Я на всякий случай взяла тот карнавальный костюм, помнишь? И новое пальто – холодает.
– И зонты? – Мисс Вуд перевела взгляд на один из так и не закрывшихся сундуков, из-под крышки которого выглядывала изогнутая ручка.
– О, конечно! – не дала ответить прислуге Агнесс. – Самые разные! И даже тот кружевной, который ты привезла мне из Лондона.
– Хотя, знаешь, ты, наверное, права, все эти наряды могут пригодиться. – Энни подхватила подругу под локоть, все-таки уводя ее с дороги постоянно пытавшихся аккуратно обойти их слуг. – Молодой Барлоу же еще не женат.
Взгляд голубых глаз выглядел наивным и милым.
– Я ничего о нем толком не знаю, конечно, мы не представлены… – вздохнула мисс Уайлд.
– Ты не устала с дороги? – Свободной рукой мисс Вуд перехватила пару уже упомянутых зонтов, которые едва не выпали из опасно накренившегося сундука. – Не хочешь прогуляться?
– О, поездка была немного утомляющая… Но чего не сделаешь ради дорогой подруги.
Леди обменялись улыбками, но Агнесс тут же помрачнела, заметив, что экипаж отогнали:
– Пешком?
– Агнесс, ну конечно.
– Но тут, наверное, треть мили!
– Мы не будем забираться слишком далеко, да и пешие прогулки очень полезны. – Мисс Вуд передала подруге зонт, и Агнесс, опираясь на него, покорно зашагала рядом.
– Наверное, все-таки будут дожди. Матушка сказала, что у нее страшная мигрень! А у нее всегда перед дождями мигрень.
Энни сдержанно кивнула – у матушки семьи Уайлд всегда была мигрень.
– А ты как себя чувствуешь?
– Ох, устала, эта долгая дорога… – Поместье Агнес располагалось всего лишь в двух часах езды, но Агнесс не уставала напоминать, какая она хрупкая и самоотверженная, готовая в любой момент, жертвуя своим благополучием, по первому зову отправиться к подруге. – Но я стойко переношу это.
– Ничего, это будет больше развлекательная поездка. Тебе она пойдет на пользу. – Энни ободряюще улыбнулась.
Мисс Уайлд поправила завязанную бантом ленту капора.
– О, магазин со шляпками! Смотри, там новые модели!
Подруги остановились у витрины, рассматривая и изучая явно недавно привезенные из других стран головные уборы.
– Вот эта красивая, но, мне кажется, она сделает меня слишком бледной. Может быть, лучше голубую? Хорошо подчеркнет глаза. Хотя голубой нынче не в моде…
– Зато подойдет к одному из твоих платьев, – поспешила напомнить Энни.
– Да… Но, знаешь, говорят, что сейчас очень моден черный. Мне пойдет черный?
Мисс Вуд отпустила подругу и немного отошла в сторону, рассматривая ее и представленную на витрине темную шляпку.
– Думаю, тебе пойдет. Может, стоит примерить?
– Да, пожалуй, – воодушевилась Агнесс и протянула зонтик подруге. – Ты подождешь? Внутри довольно тесно и может быть душно.
Не очень большой магазинчик вмещал в себя не так уж много посетителей, что было на руку мисс Вуд. Забрав зонтик у Агнесс, которая уже впорхнула внутрь, Энни огляделась. Медленно закрывшаяся дверь заглушила щебетание мисс Уайлд, и ничто больше не отвлекало леди от цели ее прогулки.
– Свежая вечерняя газета, свежая вечерняя газета! – раздался совсем рядом звонкий голос. – Вечерняя понедельничная газета, покупайте! Скандал в поместье Оффорд! Новые шляпки в моде! Покупайте, свежая-свежая газета! – Мальчишка размахивал рукой с зажатыми в ней сероватыми листами.
Наконец газетчик подошел к внимательно следящей за ним мисс Вуд. Как всегда бодрый, но в этот раз пеший, оставивший где-то свой видавший виды велосипед. Штаны были разорваны, на колене красовался бинт.
– Мисс, не хотите ли свежую газету?
– Оливер, – она сдержанно кивнула и протянула руку. – Как так, вы пешком?
– Да там починить надо немножко…
– Что случилось?
– Толкнули, съехал не туда, и мостовая неровная. – Мальчишка всхлипнул.
– Но ты храбро держался? – Мисс Вуд склонилась к нему, опираясь на зонты.
– Разумеется, мисс!
– Мама переживала?
– Очень! – честно признался Оливер. – Но очень немилая госпожа помогла.
– Госпожа? – заинтересовалась Энни.
– Врач… – очень-очень тихо прошептал мальчишка, округляя глаза до невероятных размеров.
Мисс Вуд сделала мысленную пометку – познакомиться с женщиной-врачом, о которой была пока только наслышана.
– Она даже денег не взяла, – совсем потрясенно закивал Оливер.
– А как выглядела, расскажешь?
– Такая… – Мальчик прищурился, вспоминая, приложил газету к губам. – Высокая, хорошенькая собой, наверное, незамужняя. Одевается очень просто, одежда неброская, но волосы не покрывает. Крест вышит на рукаве!
– Точно врач, – подтвердила мисс Вуд.
– Разумею так!
– Молодец, ты становишься все более внимательным, – с ноткой гордости в голосе произнесла благородная леди.
– Я стараюсь. – Мальчишка радостно улыбнулся.
– Так что с велосипедом, говоришь?
Мимо них прошел солидный джентльмен.
– Покупайте, покупайте свежую газету! – тут же выкрикнул газетчик, передав мужчине сверток и забрав монету. – Спасибо, сэр! – Спрятав заработанное во внутренний кармашек потрепанной куртки, он снова обернулся к мисс Вуд. – Заднее колесо выгнулось, ездит теперь уот так, уот так, – он покачался из стороны в сторону, придав своему голосу немного скрипучего звучания, – некоторые женщины по улице ходят!
Девушка, расстегнув небольшой кошелечек, протянула Оливеру деньги за газету – но на одну монету больше.
– О-ой, вы так щедры! Я могу отнести вам газету до дома, – с хитринкой в глазах предложил газетчик.
– Передай матушке, кстати, что на следующей неделе – день рождения моей сестры и мы закажем цветы. Разумеется, я направлю письмо, но это чтобы она была готова заранее. Как всегда, самое лучшее, – собеседники обменялись важными кивками.
Вручив еще одному прохожему газету, мальчишка потоптался рядом с Энни.
– А вы слы-ы-ышали, – загадочно протянул он, – что в город должен был приехать иноземный господин из самой Спании?
– Испании, – осторожно поправила Энни.
– Возможно, – Оливер пожал плечами. – Да не-е-е, ребята говорили «Спания».
– Дай угадаю, и остановиться он должен был…
– В Оффорде! – подхватил ее мысль мальчишка. – Это же самый большой гостевой дом! Что у нас, вон, на Лейнс, что ли, останавливаться? – Он махнул рукой в сторону виляющего переулка. Небольшие двухэтажные домики, явно недостаточно роскошные для иноземного гостя.
– И когда, говорят, он должен был приехать?
– Да недельку назад вроде как, уж должен был прибыть. Экипаж видели – хорошая коляска, солидная, но явно наемная. А господина не видели! Он как заехал, так и не выезжал. Так что он еще там.
– Как и все остальные, впрочем, – прошептала мисс Вуд, делая еще одну мысленную пометку об исчезновениях в поместье Оффорд. И добавила уже громче: – Говорят, там очень важный прием. Скоро об этом услышишь.
– Я могу подбежать туда, принести чего. Например, цветы от матушки.
– Ты очень умный мальчик, Оливер, – кивнула мисс Вуд, соглашаясь.
– Потому и зарабатываю хорошо. – Он поправил ремень от сумки с газетами.
Девушка обернулась, Агнесс наконец остановила свой выбор на паре моделей и рассчитывалась. Через мгновение мисс Уайлд уже стояла рядом с подругой, держа в руках две шляпные коробки.
– Я решила не выбирать и взять обе! – Она радостно вздохнула. – Ой, какой милый мальчуган!
– Не желаете газетку, мисс? – не упустил своего шанса Оливер.
– Подержи. – Мисс Уайлд вручила коробки подруге, нашла монетки, забрала свежую газету. – И обязательно купи себе хорошую книжку – мальчик должен быть образованным!
Газетчик зажал в руке деньги, вопросительно косясь на мисс Вуд, и Энни кивнула.
– Спасибо, мисс. Хорошего дня, мисс. Удачных покупок, мисс. – Мальчик радостно отсалютовал девушкам газетами и сноровисто скрылся в толпе, продолжая подсовывать вечерний выпуск «ледям и джентельменам», как обычно он гордо заявлял.
– Можем еще прогуляться, – предложила Энни.
– Ох, я так устала! – Мисс Уайлд забрала одну из коробок, перехваченную бечевкой. – Я бы не отказалась выпить чаю.
– Думаю, уже пора.
Девушки неторопливо пошли по мощеной дорожке.
– А ты слышала новости об Оффорде? – спросила Агнесс, разглядывая наряды проходящих мимо дам.
– Возможно, да, но я рада буду услышать их от тебя, – с улыбкой ответила Энни.
Агнесс с удовольствием вздохнула.
– В Оффорде нанимают новых слуг и платят немало, – начала она.
Энни кивнула: об этом она слышала. И также слышала, что берут не всех, а вот по какой причине – это уже неизвестно, потому она молча посмотрела на подругу, ожидая продолжения.
– А большего я и не знаю, – развела руками Агнесс, качнув коробками. – Разве что, – она задумалась, приложив пальчик к губам. – Некоторые слуги, из тех, кто там прислуживает, имеют темное прошлое. Кого выгнали за воровство, у кого хозяева пропали без вести, а кто-то и вовсе прибыл неизвестно откуда.
Агнесс в ужасе округлила глаза и похлопала ресницами. Энни постаралась не рассмеяться.
– Думаю, у многих людей есть темные тайны, – произнесла она. – Но, возможно, не все они так страшны. И, возможно, человек уже не раз пожалел о содеянном.
Девушки переглянулись и неловко замолчали. Отполированные, плотно уложенные камни попадались под ногами все реже, и дорога теперь доставляла дамам некоторое неудобство.
– Миссис Коррвель слышала от своей молочницы, которая также привозит молоко в Оффорд, о недуге молодого хозяина, – шепотом продолжила Агнесс. – Говорят, скоро поместье достанется лорду Хаттону – уж очень он заинтересован в нем. А он-то умеет прибирать к рукам то, что ему не принадлежит.
Энни нахмурилась. Такие сплетни ей были не по душе: лорд был уважаемым в обществе человеком, да и, насколько она могла судить по их встречам на приемах, всегда вел себя как джентльмен. Конечно, она помнила историю с его наследством – сэр Абрахам Барлоу не пощадил своего приятеля и с удовольствием рассказал милой подруге эту историю, приправив жуткими подробностями так, что Энни уже не знала, чему верить. Порой ей казалось, что не меньше половины сплетен Каддингтона зародилось не без участия этого веселого пожилого аристократа.
– Ты сердишься? – Брови Агнесс сошлись под идеальным углом, придав фарфоровому личику грустное и одновременно очаровательное выражение.
– Не на тебя, – успокоила ее Энни. – Но таким вещам верить не стоит, хорошо? – Она погрозила подруге пальцем.
Агнесс выразила свое полное и безоговорочное согласие.
– Что еще слышно в городе? – продолжила беседу Энни.
Теперь они и вовсе шли по обычной земляной дороге, накрепко спрессованной телегами, ботинками и копытами.
– Туман снова спускался на город, – тихо произнесла Агнесс. Ей они не нравились – напоминали о событии, которое они обе пытались забыть.
Энни поежилась: она тоже вспомнила тот вечер, словно и не прошло и дня с тех пор. Плотный, словно живой, туман заполз тогда в окна первого этажа и густым ковром лежал в холле, огибая распластанную фигуру. А потом стал карабкаться по ступеням, пока не коснулся ее ног, облизывая башмаки как верный пес. Она не знала, что привело ее тогда в больший ужас. Она чувствовала, как туман… смотрит на нее. Смотрит и зовет. Она едва не шагнула вперед, но Агнесс ухватила подругу за руку, остановив. А затем Энни упала в обморок, единственный раз в своей жизни.
– Туманы нередки в этих местах, – излишне бодро произнесла мисс Вуд.
– Этот начал клубиться перед рассветом и плотной стеной шел на город, растекался по всем улицам, заползал в дома… – продолжила Агнесс еще тише.
«Как тогда», – холодея, подумала Энни.
– … а затем потянулся в разные концы Каддингтона, словно искал что-то. – Агнесс не могла остановиться, хотя сама содрогалась от ужаса.
Энни знала, что подруге важно выговориться, иначе эти мысли будут ее мучить, приводя к бессонным ночам, и потому молчала. Молчала, хотя сама потом лишится сна и будет закрывать окна и вздрагивать, поднимаясь по лестницам. Молчала и слушала, потому что это наименьшее, что она могла сделать для дорогой и милой мисс Уайлд, чтобы хоть как-то возместить зло, которое ей причинила.
– … в тумане ехал всадник, но было сложно рассмотреть, кто он, – рассказывала Агнесс. – А потом туман замер и ждал.
Энни тоже ждала завершения странной истории, но ей казалось, что она знает ее окончание.
– А затем он внезапно рассеялся повсюду сразу, – растерянно произнесла мисс Уайлд.
– И когда же это было? – Энни постаралась изо всех сил улыбнуться.
Агнесс посмотрела на нее и ответила такой же слабой улыбкой.
– Кто-то говорит, около одиннадцати до полудня, мистер Джонс считает, что совсем недавно, – тут ее улыбка стала более искренней. – Но это невозможно – я же ехала к тебе, и ничего подобного не видела. Ну, миссис Бакет и мисс Дилан полагают, между часом и двумя после полудня.
– А где остановился туман? – уточнила Энни: внутреннее чутье требовало от нее узнать это.
– Возле Кодинтон-холла, где-то на улице Нонспарк, возле полицейского управления и возле аллеи Грейстоун. Возле церкви, разумеется. И на окраине города, возле Дубовой рощи.
«На границе наших владений», – отметила Энни.
– Но там его точно не было, я же говорила, – вздохнула Агнесс.
– Туман сошел – и это главное. Теперь ничто не помешает нам насладиться прогулкой. – Энни улыбнулась, но все же великодушно добавила: – И вечерним чаем.
– Ох уж мне эти прогулки, – вздохнула Агнесс, окончательно прогоняя дурные мысли. За это Энни любила ее еще больше: высказав все тревоги, она словно избавлялась от них, и мисс Вуд могла не беспокоиться за подругу.
И всю дорогу до поместья Агнесс щебетала, как у нее устали ножки, что в этих новых ботиночках совершенно невозможно долго гулять, и как стойко она переносит все эти невзгоды. Энни сочувственно кивала, просматривая газету в поисках новых слухов о поместье Оффорд. Якобы кровавый призрак предыдущего хозяина особняка убивает своих жертв. Другая статья рассказывала о внутреннем расследовании, в статье одна из горничных подтвердила, что в стенах замурованы постояльцы. В общем, множество чепухи с яркими подробностями, как и принято в викторианской Англии – откуда они это знают, если стены никто не вскрывал?
Привычная читать светскую хронику и находить крупицы истины, мисс Вуд жадно вчитывалась в каждое предложение. Но, увы, статьи были полны пустых домыслов. Да и сами истории от газеты к газете стали повторяться, меняя только детали вроде количества пропавших или имен свидетелей загадочных событий.
Откинув все лишнее, Энни еще раз убедилась, что среди пропавших числились: молодой гость с севера Англии, представитель торговой гильдии, целая семья – двое взрослых и трое детей, – и, наконец, немолодой господин иноземного происхождения. Тот самый «спанец» – предположила мисс Вуд. Среди прочего внимание Энни привлекло то, что поместье не единожды посещал врач, но женщина это была или мужчина, – авторы статей между собой не смогли договориться. Встреча с Оливером решила эту загадку: женщина-врач, недавно прибывшая из Лондона, определенно наносила визиты в поместье.
Три дня назад, а может быть неделю или две, – газетные статьи редко славятся точностью, – туда был направлен один из полицейских. Офицер так и не вернулся. «Пять исчезновений», – подвела итог мисс Вуд.
Уже на дорожке, ведущей к главному входу в поместье Вуд-чёрч, мисс Уайлд, не глядя, передала коробки со шляпками слуге.
– Как ты думаешь, Агнесс, – спросила Энни, когда они вошли в дом и слуги забрали у них зонты, а рядом встал дворецкий, – во сколько нам следует отправиться?
– А больше никто не приглашен? Было бы очень неловко, если бы мы приехали раньше какого-нибудь лорда, но не хотелось бы приехать позже какой-нибудь… простой дамы.
– Какие-нибудь «простые» дамы не будут торопиться, а приехать слишком рано…
– Это моветон, да. Хозяева могут быть не готовы, ты абсолютно права. Давай выберем: одиннадцать… – Подумав, Агнесс хлопнула в ладошки. – Без пятнадцати десять!
Мисс Вуд дождалась кивка от дворецкого. Ей показалось нужным отправить еще одну записку с точным временем их прибытия в Оффорд.
– Велеть горничным упаковать все вещи дам? – решил все-таки уточнить дворецкий.
– Агнесс? – Энни перевела взгляд на ахнувшую подругу.
– Я, наверное, напишу домой, чтобы прислали еще один костюм. Его доставят прямо туда! – Девушки проследовали в гостиную, и Агнесс добавила: – Мне нужно написать письмо, можно воспользоваться твоим набором? Я не помню, куда упаковала свой.
Мисс Вуд выложила перед опустившейся за столик Агнесс свои письменные принадлежности. Они всегда покоились в планшетке на ремне, и Энни брала их с собой туда, куда позволял этикет.
Тем временем дворецкий передал мисс Вуд подготовленную записку и конверт, она запечатала письмо, поставила печать.
– Я предлагаю отправить вещи отдельным экипажем, – сообщил мужчина, все это время мысленно перебиравший размеры их карет. На самой большой коляске уехал в город отец семейства, здесь же остались только небольшие.
Энни понимающе кивнула слуге:
– Думаю, нам стоит выехать пораньше, чтобы не торопиться.
– Да, и можно проехать возле озера! – Агнесс отвлеклась от записки. – Я хочу покормить уточек.
– И что-нибудь с собой в дорогу, чтобы покормить уточек. – Энни сочувствующе улыбнулась дворецкому.
Дописав и оставив письмо сохнуть, Агнесс переместилась на диванчик, поближе к подруге.
– Ты немного взволнована, – подметила она.
– Я первый раз получила письмо от младшего Барлоу. Обычно, как ты знаешь, мы переписывались с его дедушкой.
– Такой приятный джентльмен! – улыбнулась мисс Уайлд, вспоминая сэра Абрахама.
– Немного переживаю за его здоровье, – погрустнела Энни, что не укрылось от ее подруги.
– Он давно не писал? – сразу поняла Агнесс.
– Пару месяцев назад было последнее письмо.
– Это ужасно! – ахнула подруга и быстро прижала пальцы к губам. Подумав, она радостно сообщила: – Я знаю! Напишу своей кузине, она сейчас в Лондоне, и она что-нибудь узнает о сэре Абрахаме для нас!
– Как хорошо, что у тебя столько родных. И как хорошо, что у меня есть ты, – мисс Вуд сдержанно улыбнулась.
– А вот это лучше любого родства! – Агнесс рассмеялась и снова пересела за столик.
Энни вздохнула, наблюдая за ней: придется еще немного подождать, чтобы спокойно дополнить заметки для будущей книги. Агнесс украдкой взглянула на нее из-под опущенных ресниц.
– И не надо на меня сердиться, я все равно очень полезная.
Наконец мисс Уайлд отложила принадлежности для письма и только тогда заметила покоящуюся в планшетке металлическую ручку.
– Какого цвета мне надеть платье на ваше венчание?
– У тебя есть еще не меньше полугода, чтобы подумать и решить. – Мисс Вуд подсела к ней за столик, подтягивая к себе планшетку. – Вдруг мода к тому моменту изменится?
– А ведь действительно, какой кошмар! – Агнесс ярко представила, насколько тщательно ей нужно будет следить за всеми изменениями в Лондоне, чтобы полностью соответствовать и ни в коем случае не испортить праздник молодым. – Надеюсь, такие платья не выйдут из моды, это так красиво!
Под мерное щебетание про наряды Энни занесла на бумагу все свои мысли о поместье Оффорд. Иногда она, чтобы Агнесс не задавала лишних вопросов о ее работе, поддерживала монолог подруги вопросами.
– Как ты думаешь, какую шляпку мне завтра надеть?
Мисс Уайлд радостно ахнула:
– Мне нужно посмотреть твои наряды! Какие платья ты с собой возьмешь?
– Думаю, нам стоит определиться прямо сейчас, до вечернего чая, – встав из-за стола, подруги проследовали в комнату Энни. Мисс Вуд так и не выпустила планшетку из рук и продолжала писать, поднимаясь по лестнице. К счастью, Агнесс поддерживала ее под локоть. Как и всегда.