Увидев Лэйолу, Тэйн поднялся на ноги и стиснул челюсти, чтобы не распахнуть рот от восхищения. Она так прекрасна… Конечно, он знал об этом, но сейчас, в этом платье, разве мог хоть кто-то сравниться с ней? Отодвинув стул, он жестом пригласил ее сесть напротив. Слугам было велено убрать большой обеденный стол и заменить его на маленький, рассчитанный только на двоих.

Слегка вздернув подбородок, Лэйола направилась к стулу. Как только и Тэйн занял свое место, появились слуги, подав каждому тарелку с салатом и бокал с белым ягодным вином от лесных эльфов. Оно было лучшим из ныне существующих, несмотря на то что Тэйну не хотелось признавать их превосходство над высшими эльфами.

Две свечи в серебряных подсвечниках, стоящих в центре стола, излучали мягкое сияние. Нежно-голубые шторы были раздвинуты, и вечернее солнце заливало комнату оранжевым светом. Кожа Лэйолы сияла так, что Тэйн поневоле напрягся.

– Ты выглядишь потрясающе, – сказал он, когда слуги ушли.

Лэйола мгновение смотрела на него, а потом схватила вилку и вонзила ее в салат, словно это был враг, которого нужно заколоть. Сквозь открытые окна проникали шелест легкого ветерка, гулявшего в кронах дубов, и пение нескольких птиц, которое заполняло тишину между ними. Ужин обещал быть долгим.

Тэйн поднял бокал с вином, осушил его почти наполовину и поставил на место. Лэйола по-прежнему не поднимала на него глаз. Она сосредоточенно разрезала еще один овощ и отправила его в рот. Тэйн едва не рассмеялся от ее показной враждебности.

– Ты, должно быть, поссорилась с этим салатом.

Она замерла и наконец подняла на него взгляд великолепных глаз цвета безоблачного неба.

– Что?

– Это всего лишь салат. Осмелюсь заметить, он тебя ничем не обидел.

Лэйола отложила вилку и пристально посмотрела на него:

– Не нравится, как я ем? Или я снова использую не ту вилку?

– Нет. Я готов наблюдать за тобой хоть целый день. С любой вилкой в руках. Даже неправильной.

– Свинья, – пробормотала она и вернулась к еде еще более сердито, чем раньше.

– Надеюсь, ты не держишь зла на оленину. Сегодня это наше основное блюдо.

Ответа не последовало. Тэйн постучал ногой по полу и сделал еще один глоток вина. До того, как она отправилась в библиотеку, они хотя бы разговаривали, но теперь она едва смотрит на него. Как будто один его вид вызывает у нее отвращение.

– Полагаю, твои изыскания в библиотеке не увенчались успехом.

Очень немногие умели читать на древнеэльфийском, а даже если бы и умели, то заклинание поведало бы лишь о том, что уже известно ему: из сложившейся ситуации нет выхода.

– Нет, – ответила она между укусами, не отрывая взгляда от тарелки.

– Не буду врать, что я огорчен. Если у тебя ничего не выйдет, я смогу увидеть то, что скрывается под этим платьем.

Тэйн знал, что это привлечет ее внимание. Лэйола резко вскинула голову, и в ее глазах полыхнула ярость. Ему даже показалось, что она вот-вот опрокинет стол и набросится на него. И все же такая реакция была лучше, чем вообще никакой. Было почти смешно, как легко ему удалось раззадорить ее.

Но вместо того чтобы накинуться на него, Лэйола сделала глубокий вдох и уселась поудобнее.

– Хм. Я вот уже видела большую часть того, что скрывается под твоим нарядом. – Она пожала плечами, словно увиденное ее совершенно не впечатлило.

Тэйн не смог сдержать улыбку.

– Не притворяйся, что тебе не понравился вид. Мы оба знаем, что это не так.

– Кто знает, может, именно поэтому я решила тебя зарезать… Ты не настолько эффектный, как тебе кажется. – Она взяла бокал с вином. – Уверена, что там, – ее взгляд на мгновение скользнул ниже, – тоже нет ничего впечатляющего. Ты ведь знаешь, что говорят об ушах эльфов: чем меньше кончик, тем скромнее причиндалы. – Лэйола потрогала левое ушко. – А у тебя они совсем крохотные.

Тэйн облизнул губы, изо всех сил стараясь не рассмеяться.

– Что ж, полагаю, через восемь недель ты проверишь, так ли это.

– Даже если я не добьюсь успеха, меня нисколько не интересует твое мужское достоинство. – Она перекинула волосы через правое плечо. – Эта часть в нашем потенциальном браке никогда не осуществится. Мы будем лишь двумя эльфами, связанными заклятием.

– Я бы не спешил использовать это слово. Никогда – слишком долгий срок. Может статься, что я начну тебе нравиться или ты воспылаешь ко мне чувствами, – сказал Тэйн, слегка перегнувшись через стол.

Лэйола насмешливо хмыкнула:

– Едва ли.

– Глаза выдают тебя, дорогая, и ты не можешь отвести от меня взгляд.

– Ты выдаешь желаемое за действительное. Кроме того, тебе не стоит беспокоиться на этот счет. Скоро наши узы будут разорваны, и если я позволю тебе жить, ты найдешь себе какую-нибудь милую эльфийку. Кто знает, может, это будет Пайпер.

Тэйн усмехнулся. Какая же она злюка.

– Если ты позволишь мне жить? Согласно нашей сделке, я должен остаться в живых, а тебя отпустить.

Лэйола склонила голову набок.

– Но так ли это?

– Если тебе не по душе наша сделка, можем перенести дату и пожениться хоть завтра. Я и так оказываю тебе любезность, предоставляя драгоценное время, которое теряем мы оба.

Невозмутимость сползла с ее лица, и Лэйола обеспокоенно поерзала на стуле.

– Ты не можешь ни к чему меня принуждать.

– Это не я, а магия. Думаешь, я бы по своей воле выбрал тебя на роль невесты?

Она насупилась:

– Недотягиваю до твоего уровня, да? Недостаточно красива? Или все дело в моих манерах? Раз уж я – эльфийка низкого происхождения.

Какое-то время Тэйн наблюдал за ней, оценивая реакцию. Почему же ее так задели слова о том, что он бы не выбрал ее? Ее это не должно волновать. Ведь она не выбрала бы его. Более того, она весьма решительно доказывала это.

– Ты самая прекрасная девушка из всех, что я когда-либо видел, о чем я сказал тебе еще в вечер нашего знакомства. Но, полагаю, я бы предпочел ту, кто открыто не презирает меня. Глупо с моей стороны, знаю. – Он подумал обо всем, что совершил из-за нее. Сколько боли и страданий выпало на его долю из-за этой связи. – Так что будь я волен выбирать, то моя пара была бы совсем другой.

Тэйн задумчиво провел по запястью и связующей руне.

И все же он сомневался, что сможет обрести счастье с кем-то еще. Он столько всего сделал ради нее, ради ее безопасности… Она заняла особое место в его сердце задолго до того, как они встретились и перекинулись парой слов. Благодаря их связи он чувствовал ее эмоции, знал, что Лэйола где-то рядом, пусть даже не мог увидеть ее. Порой ее боль или радость передавались ему, словно касаясь его сердца. Временами он чувствовал себя очень одиноко, но знал, что это не так. Она была где-то неподалеку…

Он улавливал слабые образы того, что она видела, и обрывки того, что слышала. Ее дивный голос заполнял его сны. Тэйн понял, кто она такая, как только переступил порог трактира в ее родном городе. Ему хотелось просто смотреть на нее – завороженно разглядывать это прекрасное создание, с которым он был связан. Увидеть ее лицо впервые было все равно что созерцать первый в жизни закат.

Он предполагал, что Лэйола тоже чувствует их связь. Знал, что она будет рада увидеть его, но как же сильно он ошибался… Она думала, что он убивал людей направо и налево, верила в то, что он похож на своего отца. Тэйн не мог представить худшего сравнения.

Лишь бы усмирить Тенэйбриса, Тэйн нередко возглавлял «поисковые» отряды, прекрасно понимая, что в тех местах они Лэйолы не найдут. Его отряд Воронов прибывал в один из городов Палэйнора, угощался там вкусной едой и выпивкой, расспрашивал местных жителей, но никому не причинял вреда. Порой у них случались небольшие стычки с лесными эльфами Калладиры, в ходе которых он убивал больше, чем ему хотелось бы, но это не приносило никакой радости. Разногласия из-за земель, казалось, никогда не заканчивались и часто доходили до кровопролития.

В последние годы, когда его отец еще сильнее отчаялся, Тэйн слышал разговоры о возрастающей жестокости Тенэйбриса во время поисков Лэйолы – последнего эльфийского мага. Отец старался скрывать это, утверждая, что никогда и никому не вредил, но слухи ходили самые разные. Желая убедиться в их правдивости, Тэйн однажды отправился в поход вместе с отцом… и пришел в ужас. Солдаты короля убивали свой же народ, проживающий в маленькой деревушке на севере Палэйнора, притом что те ничего не знали о Лэйоле. Тэйн хотел убить Тенэйбриса прямо там – за его жестокость и злоупотребление властью, – но, к своему непреходящему стыду, он так и не сделал этого. Не смог заставить себя.

– Если я не нужна тебе, помоги разорвать узы, – произнесла Лэйола, вырывая Тэйна из размышлений. – Если ты правда имел в виду то, что сказал, и не хочешь использовать мою магию, то помоги мне.

– Дело не только в том, чего хочу я, Лэйола. – Он сделал еще один глоток вина. – Время на исходе, и я уже искал альтернативные варианты, поверь мне. Но не нашел. У нас нет выхода.

– Я не верю.

– Не сомневаюсь. Эта информация нова для тебя, и ты пока не осознала ее.

– Я не верю, что ты пытался найти выход из этого положения. – В ее широко открытых голубых глазах пылал гнев. – Учитывая твое высокомерие, ты наверняка рассчитывал на то, что я брошусь перед тобой на колени и начну умолять затащить меня в постель.

Тэйн вскинул бровь:

– Знай ты, что теряешь, так бы и поступила.

Лэйола схватила вилку и с поразительной скоростью запустила в него. Тэйн поймал ее в воздухе прямо перед лицом, а потом покрутил в пальцах и положил на стол.

– Даже не знаю, встречал ли я когда-либо настолько враждебную личность. А я участвовал в бесчисленных битвах с бледными.

Но почему ему так нравилось это? Возможно, причина в том, что все всегда желали получить то, чего иметь не могут, а у него, Верховного Короля, было все, что только можно пожелать. Все, кроме нее.

Тут дверь со скрипом отворилась, заставив их обоих замолчать, а потом Альфренд вывез серебряную тележку с их ужином. Он поставил блюдо перед Тэйном и снял крышку.

– Приятного аппетита, сир.

– Я весьма признателен. Спасибо, Альфренд. – В нос ударил запах жареного мяса, и его рот тут же наполнился слюной. Тэйн посмотрел на Лэйолу: – Тебе не понравилось ожерелье, которое я подарил тебе? – Он не собирался в присутствии слуг вести разговоры о разрыве уз.

– Оно великолепно. Но мне не нужны от тебя никакие подарки.

Альфренд бросил на Тэйна изумленный взгляд, а потом поставил тарелку перед Лэйолой.

Она кивнула ему:

– Спасибо.

Тэйн махнул, давая понять, чтобы он не обращал внимания на ее дерзость, и Альфренд покатил тележку обратно через служебный проход.

– Это так плохо? Принять подарок от меня?

Лэйола нарезала мясо на тарелке и отложила серебряный нож в сторону.

– Мне нужна твоя помощь, чтобы избавиться от заклятия. Тогда мы оба вернемся к своей привычной жизни. – Она нахмурила брови. – Как ты можешь желать свершения этих чар? Я ведь убить тебя пыталась. – Лэйола глубоко вздохнула. – Хочешь знать, что я делала в том водоеме в лесу? Искала яд. Я добыла корень Годри и планировала отравить тебя и всех остальных, чтобы сбежать.

Тэйн пожевал внутреннюю сторону щеки. Он чувствовал, что она испытывает угрызения совести. Растеряна и злится на саму себя. И когда заявила, что не знает, что думать о нем, Лэйола действительно имела в виду именно это.

Тэйн положил в рот кусочек оленины, наслаждаясь ее солоноватым вкусом, и на мгновение задумался.

– Я отведу тебя к магу Весстану, он расскажет тебе то, что известно мне. Отправимся туда утром.

Ее ответная лучезарная улыбка задела его больше, чем следовало.

Позже тем же вечером Тэйн в одиночестве бродил по залам замка Мракбург. Он вышел на балкон, чтобы насладиться теплым вечерним воздухом. Над головой мерцали звезды, а луна ярко освещала камень. Тэйн приблизился к краю и облокотился на перила. В этот час в расположенных внизу домах – за исключением нескольких из них – уже было темно; только свет звезд и луны отражался от их крыш, озаряя город даже ночью. Он любил свой дом. Даже несмотря на плохие воспоминания, которые он приобрел в стенах замка, Долина Солнца занимала особое место в его сердце. Он был готов на все, чтобы защитить и ее, и живущих здесь эльфов.

Тэйн водил пальцем по мозолистой ладони, размышляя о войне на южной стороне и о том, что ему следует сражаться за Палэйнор, а не сидеть в безопасности среди высоких стен замка. Противостояние с бледными продолжалось сотни лет. Каждый раз, когда им казалось, что они уничтожили бессчетное число тварей, что враг уже не сможет восстановить силы, по какой-то невероятной причине их становилось еще больше. К несчастью, Тэйну довелось наблюдать, как некоторые из его людей превращаются в этих существ, воскресая прямо на поле боя.

Он мысленно вернулся на несколько месяцев назад…

– Тэйн, – окликнул его Озрик, – ты ведь не собираешься идти туда?

Они восседали на лошадях вдали от битвы с бледными. Отец находился на севере, и, чтобы оказаться подальше от него, Тэйн приехал понаблюдать за ходом сражения.

– Почему бы и нет? Я мог бы выместить недовольство на этих выродках. – Тэйн держал один из своих мечей на коленях, а у него на спине висела связка стрел.

Озрик улыбнулся. Они были лучшими друзьями с самого детства. С тех времен, когда дрались на кулаках и боролись друг с другом, пытаясь выяснить, кто из них сильнее. Фэннан, как правило, выступал в роли посредника, когда поединок становился чересчур ожесточенным. Они втроем осваивали искусство владения мечом, превращая это в некое соревнование, которое только помогало им совершенствоваться. Сражались при каждом удобном случае, пока не стали подростками. Тогда они перестали сражаться между собой и объединились против всех, кто был готов помериться с ними силами.

– Что Тенэйбрис натворил на этот раз? – поинтересовался Озрик.

– Сказал, что получил наводку, будто Лэйола находится где-то на севере, и потребовал моего участия. Слава Создателю, ее там не оказалось.

Озрик похлопал лошадь по загривку.

– Он никогда не сдастся, да?

– Нет. Не сдастся.

– А ты никогда не откажешься от нее. – Озрик прекрасно знал, что Тэйн мог бы отыскать Лэйолу, если бы захотел. Но Озрик был предан своему другу больше, чем королю. – Кажется, это будет длиться вечность, но, полагаю, так продолжаться не может. Время истекает, Тэйн. Ты должен найти ее как можно скорее. Даже если тайно.

– Тайно? Думаешь, я не обдумывал это? Вот только отец отправит за мной шпионов. Они и сейчас следят за мной. Он подозревает, что я знаю о ее местоположении.

– Тогда либо он, либо ты. Если ты не убьешь его, это сделаю я. Следовало покончить с ним давным-давно.

– Он мой отец.

– Он – жестокий тиран.

Тэйн направил Фантома вперед и высоко поднял меч, издав рев, обжегший горло. Его конь врезался в строй бледных, раздавив массой своего тела некоторых из них. Солдаты сплотились вокруг него, желая наконец покончить с битвой. Тэйн с яростью рубил противников. Он даже сбился со счета, скольких бледных уже перебил. Их ужасные вопли эхом отдавались в его ушах. Его собственные крики напоминали устрашающую назойливую мелодию. Во время сражения он потерял Озрика из виду. И когда битва закончилась, осмотрелся по сторонам.

– Озрик! – Его голос прокатился над каменистой равниной, поросшей травой, но друг не ответил.

Тэйн направил Фантома через поле боя, мимо тел преимущественно бледных, но и эльфов тоже. От запаха разложения и мертвечины его даже начало подташнивать. Он расспрашивал солдат, не знают ли они, где Озрик, но никто или не видел его, или же не знал, кто он такой.

– Озрик! – вновь проревел Тэйн. Заметив пасущуюся вдалеке лошадь друга, он сразу помчался к ней. Стук копыт Фантома совпадал с его сердцебиением.

Озрик неподвижно лежал на земле, а его нога цеплялась за стремя. Тэйн спешился и, присев рядом с ним, откинул темные волосы с окровавленного лица.

– Это я. Тэйн.

Озрик застонал.

Тэйн обхватил его за пояс и закинул на Фантома.

– Тебе помогут. Держись. Не умирай. Даже не вздумай.

Когда вернулся в лагерь, он на руках отнес Озрика в палатку лекарей. Но она была переполнена ранеными солдатами, и там не оказалось ни одной свободной койки.

– Один из вас немедленно идет со мной.

Незнакомая ему целительница последовала за ним в его палатку. Тэйн уложил Озрика на лежанку.

– Помогите ему.

Она опустилась на колени рядом с Озриком и осмотрела его на предмет повреждений и серьезных ран. Она замерла, заметив неровный след от укуса на икре. Он был красным и воспаленным, а по коже тянулись черные прожилки. Светловолосая целительница резко вскочила и попятилась назад.

– Его укусил бледный. – Она чуть не споткнулась, пытаясь выбежать из палатки. – Принц, немедленно отойдите от него. – Она прикрыла платком рот и нос. – Вы должны отрубить ему голову. Этим вы окажете ему услугу.

Желудок Тэйна скрутило в узел. Губы его друга уже приобрели лиловый оттенок, поскольку он все сильнее приближался к смерти. На бледной коже выступили капельки пота.

– Если бы мы могли подхватить то, что превращает эльфов в бледных, то уже все бы умерли или обратились прямо на поле боя. Сделайте же что-нибудь. Спасите его.

– Не могу. Если его укусили, это верный сигнал, что он обратится.

Тэйн зарычал и схватил с соседнего стола бутылку бренди, швырнув ее на пол. Стекло разбилось на тысячу осколков.

– Убирайтесь! – прорычал он.

Как только полог за лекарем закрылся, Тэйн упал на колени и разрыдался, закрыв лицо ладонями.

Он вынырнул из воспоминаний, почувствовав присутствие Фэннана.

– Как прошел ужин?

Тэйн прочистил горло:

– Боюсь, не очень. – В его голосе звучало больше эмоций, чем он хотел.

Фэн провел рукой по волосам.

– Настолько все плохо? Разве есть что-то хуже, чем ее попытка прикончить тебя?

Усмехнувшись, Тэйн отвернулся от города и прислонился спиной к каменным перилам.

– Мы перешли к оскорблениям и словесным угрозам. Если, конечно, не учитывать ее желания проткнуть меня вилкой.

– И что думаешь делать дальше?

Тэйн скользнул рукой по гладким перилам.

– Утром мы отправимся к магу Весстану.

– Мне собирать вещи?

– Нет, пойдем только мы вдвоем. Воспользуемся порталом, так что дорога займет всего полдня.

Фэннан сложил руки на груди.

– Мне не нравится, что вы отправитесь туда одни. Я могу держаться в стороне, если ты хочешь побыть с ней наедине, но позволь мне присоединиться к вам. Вдруг что-то пойдет не так. Если она снова попытается убить тебя, например. Мы не знаем, на что она способна по части магии.

– Она не станет причинять мне вред. И тебе известно, что я могу защитить себя.

Фэннан скривил рот.

– Мне все равно это не по душе.

– Верю, но будет так, как я сказал, Фэн. – Он похлопал друга по плечу. – Увидимся, когда я вернусь. Проследи, чтобы моя мать не совершила необдуманных поступков, и не вздумай говорить ей, куда мы направились.

Фэн вздрогнул:

– Бросаешь на меня заботу о своей матери?

– Ты ей нравишься. – Тэйн улыбнулся и прошел внутрь замка. – Ты как второй сын, которого у нее никогда не было.