Поездка в Метеоры – одно из лучших приключений, которое могло случиться со мной за время моего пребывания на Корфу.

Метеоры находятся на материковой части Греции, в самом ее сердце, поэтому дорога с острова до этого чудесного места не близкая. Однако пару лет назад такое микропутешествие было еще более сложным. Помимо парома, которым нужно добраться с острова до материка, необходимо было осилить много километров убитых дорог. Некоторые из них были весьма опасны, так как проходили через горы. А горные серпантины, как вы понимаете, не самая приятная часть путешествия при любом раскладе.

Поездка поэтому включала в себя обязательную ночевку в одном из греческих сел и длилась два полных дня.

Но не так давно Греция обзавелась очень хорошей высокоскоростной трассой, поэтому наша поездка заняла всего лишь один день без ночевки.

Выехать, правда, пришлось невероятно рано – в пять утра. Но оно того стоило. Потому что часа через полтора мы уже встречали фантастически красивый рассвет в деревне Лефкими. Солнце, купающееся в море, – что может быть прекраснее для начала дня?

Паром прибывает в Игуменицу – небольшой городок на северо-западе Греции. Он выглядит потрепанным временем, когда-то, наверное, жизнь здесь шла более бойко и активно.

Несколько часов горных дорог подарят вам восхитительные виды, готовьте фотоаппараты и камеры. Невероятные долины, пейзажи с уходящими ввысь склонами. Дыхание перехватывает и от красоты, и от высоты, на которой находишься. Видя все это, понимаешь, почему греки так поэтично воспевали свою землю, так много слов посвятили описанию ее величия и красоты.

Метеоры представляют собой монастырский комплекс, который рассеян по верхушкам необычных скал, торчащих посреди Фессалийской равнины, словно диковинные изваяния. Горы эти состоят из песчаника и до сих пор будоражат умы ученых, которые так и не пришли к единому мнению о том, как они возникли.

Всего на протяжении истории, по разным источникам, существовало 22 или 24 монастыря наряду со множеством одиночных келий, рассеянных по всем метеорским горам. Некоторые из монастырей сохранились в виде развалин. Сейчас действующими являются всего шесть монастырей: четыре мужских и два женских.

Само слово «Метеоры» переводится как «Парящие над землей». И именно такое чувство этот монастырский комплекс и вызывает – словно эти невероятные строения застыли в воздухе. Я не питаю особой любви к горам, но виды, которые открываются взгляду в Метеорах, поистине восхитительны.

К каждому монастырю ведет отдельная дорога. А перед посещением первого из них вам обязательно предложат побывать в иконописной лавке, где можно встретить не просто печатные иконы, но и рукописные, в роскошных окладах. Я ограничилась простым деревянным нательным крестиком, который мне почему-то захотелось купить.

Еще в VIII веке на вершине одной из метеорских гор поселился отшельник Варнава. Он построил здесь первый скит. Позже, в IX веке, был возведен Преображенский скит. Затем – скит Стаги (1160 год). Так началось образование монашеского комплекса. В 1334 году Метеоры посетил монах Афанасий. Именно он построил монастырь Великий Метеор, образовал монашескую общину и определил правила жизни и поведения в монастыре.

Монастырь Варлаама основан монахами, братьями Нектарием и Феофаном, в 1518 году в честь отшельника Варлаама, построившего первый маленький храм в Метеорах в XIV веке. Главный собор Всех Святых украшен фресками, выполненными в 1548 году известным художником Франком Каталано.

Основным храмом монастыря является собор Всех Святых, западная стена которого содержит фреску с изображением монаха Сисоя перед могилой Александра Македонского. Перед скелетом великого царя Сисой оплакивает суету и тщету земной жизни: «Тело Великого Александра во славе и после долгих лет, но смерть не щадит и великих мира сего», – гласит надпись на фреске.

Преображенский монастырь, или Великий Метеор, – самый большой монастырь из всего комплекса. С уютными внутренними двориками, кружевными отделками по башенкам, подсвеченный розово-охристыми тонами, как и все здания Корфу, он смотрится каким-то неведомым чудом на фоне ярко-голубого и совершенно безоблачного неба.

Кстати, за все время пребывания на Корфу я так и не увидела на небе ни одного облака. Краски острова так ярки, так сочны и густы, что питерским глазам непривычно их впитывать, но я впитывала с невероятной жадностью и восторгом. И каким же унылым и тоскливым показался родной город по возвращении – словно кто-то выкрутил в ноль всю контрастность и цветность картинки, лишив глаза красоты и отобрав глубину и объем красок.

Чтобы попасть в Великий Метеор, нужно преодолеть 150 вырубленных в скале ступеней. Но у нас хотя бы есть эти ступени. А у монастырской братии их не было, поэтому и сами они, и материалы для строительства поднимались в специальной веревочной сетке. Иногда подъем занимал несколько часов, сеть раскачивалась на сильном ветру, ударяясь о камни скал. Наверх сеть тянули с помощью ворота, и делом это было совсем не легким. Веревки истлевали и перетирались. Тогда попытка подняться наверх могла закончиться смертью.

Богатейшую фресковую роспись монастыря мне запечатлеть не удалось. Бдительный экскурсовод греческой группы, находившейся рядом с нами, гневно пресек мои попытки сделать тайком несколько фотографий и потребовал прямо при нем удалить их с телефона. Пришлось проявить покорность и смирение.

Внутренние и подвальные помещения монастыря открывают для нас секреты жизни того времени, которые для нас порой совершенно непонятны. В одном из подвальных помещений мы видим огромную деревянную винную бочку на 12 000 литров. Такое большое количество вина было нужно для обряда омовения костей, который проводился через несколько лет после смерти монаха. Обряд этот, кстати, достаточно древний и существует во многих странах. От него же происходит всем известный фразеологизм «перемывать кости», потому что по внешнему виду костей определялось, достиг ли человек при жизни святости.

Я не смогу сейчас вспомнить названия всех монастырей, в которых мы побывали. Так случается: память стирает имена и лица, но оставляет в нас что-то более важное – оставляет мысли, идеи, ощущения, эмоции. Остается то, что прорастает в нас, словно другой мир, который мы в себя впустили. Мир, который совершенно неожиданно делает нас другими. Может быть, в этом тайный секрет всех путешествий?