Море было моим чудом неэзотерического толка всегда. Наверное, это шлейф детства, каждое лето которого я проводила на море.

Какой-то сплав неясных мечтаний, фантазий, романтики, непередаваемой красоты, его особенного запаха, нежного рокота и шуршания родился тогда и идет со мной теперь по жизни. Год, когда я не увидела большой воды, кажется тяжелым и неудачным. Вот почему я всегда стараюсь соединить свои поездки с возможностью устроить себе очередное свидание со своим любимцем.

За свою жизнь я успела побывать на Черном, Японском, Средиземном, Адриатическом морях. У каждого из них есть свои полутона и своя ни с чем не сравнимая палитра.

Но в юности у меня, конечно, такой возможности не было. Санатории остались позади. Уникальный шанс пойти с классом в поход казался мне тогда спасительным чудом. Ну если не море, то хотя бы озеро. В направлении Карелии, куда наш учитель собирался вести класс, была цепь озер – Семиозерье. И именно в этот поход мои бабушка и дедушка, с которыми я тогда жила, отказались меня пускать.

Десятый класс, как и положено, подарил мне первую и по всем законам жанра совершенно несчастную любовь. И в попытке справиться с невероятным потоком чувств и эмоций я уже тогда нередко брала в руки молитвослов. Поэтому самым простым и естественным выходом казалось в ответ на отказ отпускать меня в поход сесть и начать читать молитвы.

Совершенно не помню, какие из них я читала тогда, прося при этом, чтобы меня все-таки отпустили, но помню мое невероятное удивление, когда через пятнадцать минут в комнату вошел дед и сказал: «Собирай рюкзак». Как? Почему? Что такое случилось? Я мысленно задавала себе эти вопросы, но не смела сказать их вслух, боясь, вдруг он передумает. Торопливо собирая вещи, я пыталась осмыслить, как же так быстро я получила просимое. Много лет спустя я узнала, что порой ответы или помощь действительно приходят мгновенно.

А вот к поездке в Бари я подбиралась три года. Сначала пыталась попасть сюда на пароме из Корфу. Но дорога оказалась достаточно длинной, нужна была ночевка в Италии, что совсем не входило в мои планы. Потом пыталась попасть в Италию из Черногории. Но паром, который ходил раньше, был отменен. И только спустя три года я вдруг со всей ясностью поняла, что надо ехать прямо сюда, без всяких окольных путей.

Хотя сам город был заочно знаком мне уже года четыре. Каким-то непостижимым образом я поселила в нем героиню одной из своих книг. Как же невероятно странно сейчас понимать, что я хожу по улицам, которые описывала тогда, любуюсь на замок, который разместила в виде заставки к одной из глав.

Многие писатели говорят и считают, что текст, многократно прочитанный и озвученный, становится самопровозглашенным пророчеством. Он сбывается, потому что большое количество людей в процессе чтения создают своими мыслями поле, чья плотность начинает превращать их в нечто материальное. Однако, сколько ни говори «халва», слаще во рту не станет. Сказали бы мы с вами матери безнадежно больного ребенка, что ей надо просто каждый день повторять мантру, что ее ребенок здоров… Но может быть, людям творческого склада дано немножко уловить будущее. То есть не написанные «от балды» тексты сбываются, а тексты никогда не пишутся «от балды». Откуда они приходят – большой вопрос.

Набережная Бари считается одной из самых длинных в Европе. Она начинается в районе Paleze и тянется до рыбацкого поселка Torre A Mare. Именно поэтому, если вы скажете просто Mare, то вам могут показать путь до этого поселка. А если вам нужно искупаться, спрашивайте сразу пляж. Его здесь хорошо знают и обязательно подскажут вам дорогу.

Название у пляжа весьма специфическое – Panne e Pomodoro, что переводится, как «Хлеб и помидор». Говорят, название пошло от того, что бедные жители города с далеких времен приходили сюда отдохнуть с самой доступной пищей – чиабаттой и помидорами.

Не верьте интернету, где этот пляж называют не самым чистым. Я проверила – прекрасная вода и мелкий, чистый, почти белый песок. Дно моря в этом месте пологое, очень хорошо подходит для детей. Но так как оно песчаное, то при больших волнах вода кажется мутной. Вода у пляжа не застаивается, у береговой линии нет лагун и извилин. Но жителями были сложены несколько тонких каменных насыпей – волнорезов. Они отделяют среднюю глубину от большой, на которую уже не стоит заплывать, и служат местом отдыха и забав у молодежи.

После каменистого дна Адриатического моря в Черногории, когда идти по воде было «ай» и «ой», мои ноги, наконец, отдохнули в песчаной неге.

Если вы будете прогуливаться вдоль набережной, то обязательно упретесь в древнюю крепость. Это самый настоящий средневековый замок – Швабский замок. Он прекрасно сохранился до наших дней, хотя был заложен королем Сицилии Роджером II в 1131 году.

Напротив замка, словно стайка перелетных птиц, сгруппировались яхты и лодочки. Это место – один из двух крупных рынков морепродуктов, и возле него всегда людно. Хорошо прожаренные почтенные итальянские мужчины с темно-коричневой кожей и седыми головами ведут бурные дебаты здесь. Хотя порой их можно увидеть просто прилегшими на камни или парапет набережной в одних плавках, игриво поглядывающими на проходящих синьор и картинно выставляющими свои мускулистые ноги и руки. Это выглядит очень забавно.

Пальмы сопровождают меня на протяжении всей линии набережной, и я снова не могу привыкнуть к ним. Ведь вроде я в Европе. В моей голове Европа никогда не была связана с пальмами.

Крепость открывает нам проход в Старый город. Здесь среди совсем узких улочек натыкаешься на сувенирные развалы, мелкие лавки, продавцов одежды и крохотные кафе. Где-то тут я должна была жить, и номер был забронирован еще в январе. Но я отменила бронь за несколько дней до отъезда, поняв, что совершенно не смогу быть уверена в сохранности своих вещей. Место очень людное, востребованное у туристов и небезопасное. Поэтому я стала искать другой вариант для проживания в Бари.

Альтернатива появилась совсем неожиданно. Я спрашивала у русских, переехавших в Италию, в группе, которую я нашла в одной из социальных сетей, могут ли они посоветовать мне кого-то приближенного к православной церкви или кого-то, кто бы входил в ее местную общину. И мне дали сайт официального представительства Русской православной церкви в Италии. Оказалось, что в Бари есть паломнический дом при патриаршем подворье Святителя Николая, принадлежащем Московскому патриархату.

Радости моей не было предела, потому что это была возможность получить помощь по всем вопросам в поездке. Сам Дом паломника очень хорошо охраняется и оборудован железными воротами с электронным замком. Я понимала, что буду в безопасности здесь и физически, и материально, и душевно. Но имею ли я право разместиться в нем? Пустят ли меня?

Провидению было угодно, чтобы все и здесь срослось благополучно. И сейчас именно в Доме паломника в Бари я пишу первые строки этой книги. Книги, которую вынашивала очень давно, но которую никак не удавалось дописать. И только здесь я вдруг поняла, какой она должна быть.