Без царя в голове и без Бога в душе.

В 2023 году серьезно отгремел криминальный сериал «Слово пацана. Кровь на асфальте». Его везде обсуждали и рекламировали, несмотря на то, что вышел он на интернет-платформах. Благодаря ажиотажу сериал посмотрели очень многие, причем подавляющей аудиторией стали подростки. Время, про которое в нем идет речь, являлось периодом возникновения молодежных группировок на почве перестройки. Судьба страны катилась под откос, и подростки оказались брошенными.

Для тех, кто застал тот период распада страны, не нужны никакие сериалы. С ним нет приятных воспоминаний, так как время было тяжелое, творился полный беспредел: грабили, насиловали, убивали. Современная кинематографическая романтизация криминального мира, привлекающая молодежь, имеет очень отдаленное отношение к реальности. На самом деле все выливалось в немотивированную жестокость и абсолютную несправедливость из-за негласного правила, что кто сильнее – тот и прав. В конечном итоге это привело участников банд к саморазрушению, многие из них закончили жизнь очень плохо.

Сергей Михеев:

У меня были знакомые, которые стали участниками разных афер, и из-за этого их теперь нет в живых. Причем, на мой взгляд, они отдали свои жизни вообще ни за что, но в данном случае меня, как человека, занимающегося политикой, интересует другое: зачем романтизировать криминал? Наша страна находится в довольно сложном положении, на нее оказывают серьезное давление враги, которые были бы рады любой дестабилизации обстановки внутри России.

Уличная преступность, организованные группировки, беспредел на улицах, грабежи, убийства, зверские разборки способствуют развалу страны. Таким образом, напрашивается вывод, что те, кто романтизирует и пропагандирует бандитизм, внедряя его как норму в сознание молодежи, помогают нашим врагам. Понимают это или нет режиссеры, продюсеры и артисты – неизвестно. Вполне вероятно, что представители творческой элиты бездумно ищут короткой славы для быстрого заработка денег на простых обывателях. Деятели искусства должны осознавать, чего хотят в итоге.

Поэтому возникает вопрос, на кого работает современный российский кинематограф. Режиссеры поднимают на экранах знакомое многим желание обогащения и изображения антисоциального образа жизни. На тех, кто поддается подобной пропаганде с экранов кинотеатров, и строят политику против России на Западе, поэтому еще неизвестно, что страшнее: дурак, враг или предатель. Первого можно использовать скрыто, играя на страстях, самомнении и каких-то стремлениях.

Если проанализировать причины появления банд в 90-х, то напрашивается вывод, что случившееся было неизбежно. В определенный момент людям дали очень сильную идею, системно уничтожая веру в истинного Бога. Но потом убеждение в истинности идеалов коммунизма постепенно естественным образом растворилось, не будучи религиозным верованием. Советская власть, отрицавшая многие аспекты, важные для духовного развития человека, сделала души пустыми. В итоге для каких-то поколений замещение духовности идеалами коммунизма сработало, продержавшись на условном пафосе Великой Отечественной войны, которая на самом деле была про защиту Родины. Однако вскоре все стало замещаться, и люди начали ощущать внутреннюю пустоту, особенно в период хрущевской оттепели, когда главной целью жизни было материальное благосостояние. Из-за этого люди пускали в себя совершенно разные вещи, многие из которых окончательно понизили нравственный уровень до демонстрации толпой физической силы и установки своих правил на улицах.

Когда человек без царя в голове и без Бога в душе, обязательно что-то произойдет. Так в Советском Союзе у одних зародился массовый алкоголизм, который запустил распад семей, к другим пришло чрезмерное потребительство, к третьим разврат. Четвертые же заразились бандитизмом, потому что захотели чувствовать себя сильными, а такое возможно, только если творить беспредел с себе подобными.

Прекрасным примером сепаратизма являются подростковые банды Поволжья из 80-х и 90-х. Тогда он сильно развился в Татарстане и Башкирии. Движение было связано с противопоставлением республик Москве. Такое снижение духовности в том числе способствовало и процессам распада страны, а потом вылилось в криминальную революцию 90-х и частично 2000-х. Последствия предотвратили с очень большим трудом: одних застрелили свои же, других посадили в места лишения свободы правоохранительные органы, третьи просто ушли в легальный бизнес. Многие же стали просто что называется «навариваться» на других, причем легализовав получение прибыли, и до сих пор так живут.

Вопрос только в одном: зачем снова вытаскивать на свет криминальное прошлое? С какой целью хотят посеять деструктивные идеи в головы наших детей? Для того, чтобы они пополнили ряды уличных преступников. Мы читаем, как на Западе открыто говорят, что надо изменить ситуацию внутри России, развалить ее на множество частей, а для этого стимулировать в стране разные антисистемные движения. Ими и являются молодежные группировки, причем не важно, противопоставляют они себя правопорядку или нет.

Вполне вероятно, что подростковые банды могут прижиться и сейчас. К примеру, в Иркутске на почве просмотренного сериала произошло убийство подростка, причем сначала преступники спросили «с какого он района». Потом, когда стали разбираться, подозреваемые отрицали, что нападение имело какое-то отношение к сериалу, якобы его никто не смотрел, но вопрос к жертве звучал как цитата одного из главных героев. Дальше уже другие дети стали объединяться по признаку района, делить территории на карте и во время общения в Интернете забивать друг другу стрелки.

Конечно, подобные явления были всегда. Районами выясняли отношения в самых разных ситуациях. Такое происходило и в более ранние годы – 60-е, 50-е и даже иногда в довоенное время, в самых разных местах страны и в Москве в том числе. В наше время к понятию, что такое криминал, добавили новые качества – эстетизацию и мифологизацию, причем с подачи того же Голливуда. Западная массовая культура, по следам которой идут наши творческие люди, под красивой оберткой преподносит культ насилия. Если рассмотреть подробнее все отечественные фильмы и сериалы про бандитов, то станет ясно, что это чистой воды Голливуд. «Банды Нью-Йорка» и «Хулиганы Зеленой улицы», про футбольных фанатов придумали не у нас, а в «Крестном отце» очень талантливо показана романтизация криминального мира. С намеком, что именно в нем настоящие понятия и поддерживающие друг друга люди.

При помощи новых качеств создается некое подобие гнилой философии криминала, которое легко внедрить в мышление парней и девушек подросткового возраста через тот же Интернет. В связи с этим встает вопрос и нового технологического уровня этой опасности. Конечно, маловероятно, что криминальный мир может возродиться в том объеме, в каком был, к примеру, в 90-е, но все равно опасность есть. Молодежные сообщества всегда очень подвержены моде, причем именно на плохое. Разрушительное всегда проникает гораздо быстрее, чем созидательное.

Деятели искусства в ответе за развитие ситуации, так как претендуют на власть. Поэтому, задумывая очередной творческий проект, стоит помнить и о цензуре, так как движения и субкультурные течения легко приживаются. Именно так было с экстремистским движением АУЕ[6], в котором авторитеты брали под контроль подростков и детей, ведущих криминальную жизнь. Потом с ними стали разбираться, и выяснилось, что корни проблемы в тюрьмах.

То же самое было с движением «Колумбайн»[7]. Оно процветало в школах и соцсетях, на него не обращали внимания, пока не появились террористы в лице подростков-школьников, разбиравшихся со своими обидчиками. Одна из ситуаций, связанная с движением, произошла в Брянске. Восьмиклассница пришла с отцовским карабином и расстреляла тех, кто ей сказал, что она слабая, не сможет показать силу и ничего не сделает обидчикам.

К счастью, противостоять этому могут примеры реальной героики. Например, истории о специальной военной операции, где реальные люди, живущие в наше время, совершают подвиги. Конечно, из них тоже не стоит делать святых, потому что в зоне боевого столкновения ситуации бывают разные. Но тем не менее именно там настоящие герои, готовые жертвовать своей собственной жизнью. Их пример противостоит историям о благородстве уличного беспредела.

Не исключено, что сейчас появляются киноленты о бандитах в том числе и из-за того, что их создателей очень пугает патриотизм. Они чувствуют, что, как только государство начнет укрепляться, субкультура криминала постепенно уйдет на второй план. Кстати, главный герой сериала «Слово пацана», которого играет Янковский-младший, возвратился из Афганистана, лежит на кровати и не может найти себя в жизни. В итоге он берет под крыло молодежную группировку, чтобы свергнуть криминальных авторитетов. Параллели напрашиваются сами собой: сейчас у нас идет спецоперация. Если вернуться к политике, то люди, которые задумывают сценарий, ставят перед собой какие-то цели или могут таким способом поддаваться моде.

Рассмотрим подробнее вопрос Афганистана. С ним случилась ситуация, которая не должна повториться с нынешней специальной военной операцией. Пока наши власти это понимают. Действительно, огромное количество ветеранов Афганистана, когда пришли с войны, попали в момент распада СССР и оказались полностью потерянными. Они защищали Родину, но когда вернулись, то увидели, что она разваливается на части, ее уже нет, а они никому не нужны. Даже хуже: фактически Советская армия успешно выполнила поставленные перед ней задачи, власти потом всем рассказали, что мы проиграли.

Эти слова были неправдой, но создали атмосферу вокруг ветеранов Афганистана, в которой они почувствовали себя преданными, обманутыми и никому не нужными. Дальше кто-то смог держать себя в руках и остаться нормальным человеком, а другие решили мстить стране, людям, властям. Образовались целые группировки, многие из них всем известны. Они были одни из самых жестоких и эффективных.

Между собой они тоже очень жестоко и беспредельно устраивали разборки. Все прекрасно помнят взрыв на кладбище и что с этим было связано. События происходили на наших глазах, но повторения ситуации пока что маловероятно, хотя многие уже и начинают пропагандировать определенные штампы.

В случае специальной военной операции у государства изначально поставлена официальная позиция о том, что ребята, которые защищают Родину, являются героями. Их поддерживает вся страна, ждет домой и следит, как они выполняют соответствующие интересам нашей большой страны задачи. В настоящий момент неплохо решаются материальные вопросы, связанные с зарплатами и медицинским обеспечением. Конечно, не все так гладко, но с Афганистаном нынешняя ситуация вообще никакого сравнения не имеет. Про ту войну пришедшие к власти либералы говорили бойцам, что не они их туда посылали, конфликт был у Советского Союза, а не Российской Федерации. Конечно, ответ был воспринят как предательство.

Стоит пустить зло в душу, оно начнет разрушать человека. К примеру, в наше время существуют объединения ММА – группы бойцов смешанных единоборств. Также есть просто посетители подвальных тренажерных залов, среди которых много мигрантов. Объединения уже заметны, среди тех же мигрантов уже есть банды, поэтому есть опасность столкнуться с проблемой, аналогичной 90-м. Люди с самого начала не ассоциируют себя с государством, в которое приехали на заработки, или противопоставляют себя ему.

Сергей Михеев:

Я всегда критикую нашу миграционную политику, потому что считаю ее потенциально опасной. Также возрождение банд возможно среди ультранационалистов из числа нацменьшинств, в том числе местных. Они тоже противопоставляют себя спецоперации и многим другим аспектам, которые касаются России. Именно поэтому миграционную политику надо менять, причем радикально. В противном случае мы получим много проблем.

В случае с мигрантами банды имеют в основном этнический характер, поэтому как ни парадоксально, но с ними намного легче удастся справиться. Подобные ОПГ проще вычислить, нужна только команда от властей страны. Если мигранты открыто начнут себя позиционировать против государства, то очень быстро и резко получат отрицательное отношение со стороны большой части общества. Банды – это не от большого ума, и в итоге все зло к ним повернется самой худшей стороной.

Другой вопрос, какой будет цена для страны. Все процессы можно и нужно контролировать. В отношении банд важно не скатываться в закрывание глаз властей на определенные ситуации с посылом, что все должны сами выяснять отношения. Государство должно жестко пресекать нарушения закона, в противном случае самоорганизация населения снова выльется в криминальную революцию. Государство является субъектом, который имеет монополию на насилие, только это понимание будет его сохранять, в противном случае все и превратится в сепаратизм. Он принесет одну банду, вторую, третью, они объединятся и начнут отбирать территории у страны.

Сама идея банды очень манит, потому что, когда человек один, мир может его сломать. Но если есть два-три друга, можно объединиться и противостоять хоть и небольшой, но побеждающей других бригадой. Подросткам, которые вдохновились криминальными фильмами, пусть они и не захотели им подражать, нужно объяснять последствия преступлений. Убить, изнасиловать или всех поколотить довольно просто, но «героя», как правило, ждет смерть, причем в большинстве случаев бесславная или даже позорная. То есть не будет ничего хорошего ни для себя, ни для людей вокруг, ни для родных и близких, ни для своей страны. Из-за выдуманных правил и моды молодой человек пожертвует всем, что у него есть, в том числе и жизнью. Ради такого не стоит быть похожим на героев какого-то сериала.

«Слово пацана» прокомментировал и отец Андрей Ткачев: «Все было точно так, как показано, или даже хуже, то есть полное отсутствие идеологии, расовых или культурных отличий. Это, господа, духовный кризис, иного безбожный быт родить не мог. В годы железного атеизма люди остались один на один со своим звериным нутром, потом они взрослели, и голый мордобой из интереса стал превращаться в способ криминального заработка. Союз продолжил рушиться, и наступил финал перестройки».

Если сейчас выдвинуть Бога за рамки, что поменяется? Если сейчас также жить в атеистическом мире, пусть и с передовыми технологиями, но оставив зверство, то оно будет процветать и расти.