Заря занималась в бокале, на голом стекле.

Горячие простыни были ладони белей.

Спал город. Усталый космос во сне стонал.

Земля изнутри светилась, как чёрный опал.

А я, просыпаясь, металась и, простыни

                                                         растерзав,

Очнулась возле кровати. Без платья, закона,

                                                                  прав.

И влажное полотенце у ног лежало твоё.

На нём примостилось бесстыдно моё бельё.

И пальцы сжимали до боли шершавый ворс.

Настанет ли день? Ты солнце с собой унёс.

Я вспрыгнула на подоконник —

                                                   во весь рост —

Вглядеться в застывший космос,

                                                     паденье звёзд.

Окно, заскрипев, осипло: ты, уходя, отворил.

Не знаю, как отпустила. Мне еле хватило сил.