Новая комната Кристофа, глубокая ночь. Кристоф сидит напротив большого открытого сундука. Выкладывает из него старое платье Ангелины, длинные бусы, старую шляпку. Снимает с себя мальчишечью одежду, облачается в платье и шляпку, вешает на шею бусы. Платье велико. Вытаскивает ремень из брюк, подвязывает платье. Стоит перед зеркалом, разглядывает себя со всех сторон. Делает попытку встать на носочки, ходит взад-вперед, изображая ходьбу на каблуках. Снимает шляпку, приглядывается к своему лицу в зеркале. Расстроенно садится обратно на пол. Берет несколько журналов, начинает листать. Рядом лежат ножницы. Кристоф вырезает платья из журнала и накладывает одно за одним на свое фото. Звучит музыка.

♦♦♦

Паскаль стучится в кабинет месье Бойа. Осторожно открывает дверь, заходит.

Месье Бойа. Что, Паскаль?

Паскаль. Вам записка, месье.

Подает записку, выходит из кабинета.

Месье Бойа вскрывает конверт, видит приглашение. Читает вслух.

«Уважаемому месье Бернару Бойа!

Спешим поделиться с Вами нашим радостным событием.

20 июля 1932 года состоится венчание Зои Натан и Лукаса Ферже.

Свои теплые слова и пожелания приносите в Вашем сердце! Будем счастливы видеть Вас со спутницей в соборе Сен-Этьен.

Начало церемонии в 11.00.

С уважением, Лукас и Зои».

Месье Бойа берет звонок. Появляется Паскаль.

Месье Бойа. Паскаль, позови Ангелину.

Спустя несколько минут в кабинет месье заходит Ангелина.

Ангелина, не окажете мне любезность сопроводить меня на мероприятие по случаю венчания детей моих друзей? Буду очень признателен Вам. Приглашение на двоих, и мне понадобится сопровождение, иначе я, боюсь, умру под обстрелом женских глаз и вздохов.

Ангелина. О месье, я очень признательна Вам, но Вы же знаете, что я вовсе не любитель публичных мероприятий. Мне ведь даже нечего надеть. Прошу Вас, месье, выберите кого-нибудь другого.

Смотрит на Бойа, потом опускает голову.

Я поняла, месье. К дате венчания я буду готова. Позвольте купить ткань, чтобы мы с Констанс сшили праздничное платье?

Месье Бойа. Я настаиваю, чтобы Вы сходили и купили себе наряд, достойный самой знатной особы, Ангелина. Вы свободны в расходах. И обувь, и украшения, что еще дамы носят? Ну… всё, что необходимо.

Ангелина кивает, выходит.

♦♦♦

Комната Ангелины несколько дней спустя. Богатая ткань лежит на кровати, Констанс снимает мерки с Ангелины. На кровати лежит Кристоф, рассматривает ткань, проводит рукой, смотрит на Констанс и Ангелину с восхищением.

Констанс. Кажется, мы купили слишком много ткани, ее хватит на несколько платьев.

Ангелина. Давай пойдешь ты? Я прошу тебя! Я так плохо себя чувствую, когда много разодетых молодых барышень вокруг, особенно когда я буду под руку с нашим красивым месье… Они все начнут меня обсуждать, хихикать, шептаться.

Констанс. О, нет-нет, я пас. Меня сожрут еще быстрее! Я ненавижу всех этих дамочек! А если я заболею от их дурного глаза? На мне ведь весь дом и все вы. Я точно не поеду. Да и месье – ведь он выбрал в спутницы тебя.

Кристоф. Как бы я мечтал туда попасть… Наверное, это очень красиво, празднично и радостно.

Женщины переглядываются.

Ангелина. Констанс, а давай сошьем еще платьишко нашей маленькой девочке… Ну пусть порадуется ребенок, а то всё в штанах и в штанах. Пусть наша куколка хотя бы посмотрит, как она прекрасна. Ведь когда-нибудь она сможет носить наряды… Ну, пусть не сейчас, но не вечно же это продлится. Хочешь, малышка?

Садится рядом с Кристофом, нежно гладит по голове.

Кристоф обнимает Ангелину, зарывается в ее волосы, вытирает слезы.

Кристоф. Нет, не нужно. Я не хочу.

Констанс. Нет, нужно… необходимо! Я тоже настаиваю на этом. Пусть у тебя будет настоящее платье. Поверь, наступит день, и ты его наденешь, и будешь самой прекрасной юной мадемуазель в этом городе.

Кристоф. А если дядюшка узнает?

Ангелина. Ну как он узнает, малышка? Мы спрячем его, пускай лежит, ждет своего часа.

Кристоф от радости вскакивает с кровати, берет отрез, заворачивается в него, крутится перед зеркалом, целует по очереди женщин.

Констанс. Давай я сниму с тебя мерки и сегодня же отдам на раскрой оба платья модистке. А сошьем мы сами. Сошьем и украсим по самой последней моде.

Кристоф. Я самый счастливый на земле!

Скидывает одежду, остается в нательном белье. Констанс снимает мерки, записывает карандашом в тетрадь.

Кристоф листает журнал мод, выбирает длинное платье по фигуре, с открытыми плечами и спиной.

Кристоф. Тетушка, а такое можно?

Констанс. Прекрасное платье! Конечно, его и сошьем, малышка.

Женщины сворачивают ткань и собираются к модистке.

Кристоф радостно бежит за ними.

♦♦♦

Кристоф стоит в недошитом платье на маленькой табуретке. Рядом на такой же табуреточке стоит Ангелина, тоже в недошитом платье.

Констанс с иголками подгибает подол платья Кристофа.

Кристоф. А сейчас же носят перчатки? К такому платью нужны длинные перчатки. Как же будет хорошо!

Ангелина. Тогда и мне перчатки в самую пору. Чем больше закрытого тела, тем лучше. Поедем, купим перчатки, дорогая. И длинные бусы, и башмачки. Ты ведь даже не знаешь, какой это труд – носить женскую обувь. Это мука. Это настоящее искусство. Может быть, ты еще и откажешься, детка, от всего, что связано с этим, когда померишь их.

Кристоф (испуганно). Но как же я буду что-то мерить – я же… я же юноша.

Женщины переглядываются.

Констанс. Поедем! У нас один размер обуви. Мы спрячемся в примерочной. Мы всё-всё выберем.

Кристоф. А дядюшка нас не хватится?

Ангелина. Возьмем Гану, поедем с Паскалем. Скажем: за обновками. Всё стоптали ребятишки. Кстати, это сущая правда. Давно пора, а то ходишь как сын ремесленника, а не сын самого Бойа.

Констанс. Готово, а ну-ка… смотрись.

Разворачивает Кристофа к зеркалу. Все трое восхищенно ахают. Тонкая ткань платья обтягивает хрупкую фигурку девушки, маленькую грудь, стройные ноги. Открытые белые плечи и спину подчеркивает глубокий темно-вишневый цвет ткани.

Ангелина. Когда-нибудь тебя увидят в нем, моя девочка, обязательно. И красивый юноша возьмет тебя за руку, и будет танцевать с тобой, и влюбится навсегда. Потому что ты – прекрасная и добрая малышка, на всем свете ты такая единственная. Так и будет, вспомнишь мои слова.

Кристоф (грустно). Не будем про это, моя милая тетушка, когда-нибудь, вероятно… но не сейчас, и не завтра, и даже не после…

Констанс. А ну марш одеваться, собирай Гану и на выход, сегодня мы едем за обувью.

Кристоф спрыгивает с тумбочки, облачается в свою старую одежду и радостно выбегает из комнаты.

Ангелина. Бедная девочка, что же делать? Это же так можно всю жизнь протаскать штаны и фехтовать с Гану.

Констанс. Не наше это дело, Ангелина, помалкивай. Месье знает, что делает. Если так решил, то и правильно. Если бы нам Господь не послал тогда Кристину, неизвестно, где мы все сейчас были бы. Девочка – ангел. Конечно, никому не пожелаешь такой судьбы и такой роли, как приходится ей выполнять. Хочешь не хочешь, а штаны – и вперед. Это каторга адская. Я каждый день молю Бога об избавлении.

Ангелина. И я молю Бога. Даст Господь – всё разрешится, и месье придумает выход. Он грустный, ему тоскливо, я вижу. Как смотрит на Кристофа и как корит себя. Каждый день что-то пишет, пишет, посылает письма, смотрит на фотографию брата. И ведь за столько лет он никого не нашел себе. А невест-то целая ватага. Постоянно записки, записки, приглашения на обеды… никуда не ходит, никого не приглашает.

Констанс (закалывает булавкой ткань на платье Ангелины). Куда ему приводить? К детям? В семью? Поэтому и грустный, ему тоже это всё… от всего этого… тупика. Да стой ты, не дергайся, уколю.

Ангелина. Даст Бог – придумает. Даст Бог.

Констанс. Всё, одеваемся, дети кричат, надо ехать.

Ангелина. Бедная малышка… Если бы не она, никогда бы не было у меня моего сыночка. Милая девочка появилась у нас, и всем как хорошо сразу стало, такое тепло от нее исходит.

Женщины быстро собираются, выходят.

♦♦♦

Месье Бойа, одетый в смокинг, стоит перед огромным зеркалом. Сверяет часы. Берет шляпу в руки, выходит в гостиную. Встречает Паскаля.

Месье Бойа. Доброе утро, Паскаль. Ангелина не спускалась к завтраку. Я не хотел ее беспокоить, но уже время. Нам надо быть в соборе через час. Прошу вас ее поторопить.

Паскаль. Да, месье.

Паскаль спешно поднимается по лестнице.

Месье Бойа присаживается в гостиной, смотрит газету, периодически поглядывает на настенные часы. Входит Кристоф.

Кристоф. Дядюшка, как восхитительно Вы выглядите, настоящий щеголь!

Месье Бойа целует мальчика в лоб. Заходит Паскаль.

Паскаль. Месье, у Ангелины лихорадка. Она думала, что к утру ей станет лучше, но, судя по ее состоянию, ей срочно нужен доктор. Она бледна, у нее испарина и высокая температура.

Месье Бойа. Какой ужас! Немедленно пошли за доктором, сейчас же.

Паскаль выходит. Месье Бойа морщится, обращается к Кристофу.

Эх, ну и денек мне предстоит, мой дорогой Кристоф. Ну что же за напасть. Сегодня все молодые девушки этого города, готовящиеся стать невестами, будут считать своим священным долгом намекнуть мне об этом. И Ангелина меня от этого не спасет своим присутствием в роли моей спутницы.

Кристоф. Дядюшка, мне жаль, что Вам предстоит такое испытание. Она вчера к вечеру ушла спать раньше всех, говорила, что ей нездоровится. Наверное, простуда.

Месье Бойа. Когда всё закончится, а это обязательно случится, ты будешь меня сопровождать на всякие приемы. Будешь моей спутницей (смеется). Выдам тебя замуж за молодого господина!

Кристоф. Я бы хотел Вам помочь, месье, если бы мог. Я могу Вас сопроводить и сегодня, у меня есть праздничный костюм, помните? На Рождество мне сшили настоящий смокинг!

Месье Бойа. Тогда мы будем под прицелом невест оба! Ты – как потенциальный жених на будущее, а я – как муж на настоящее. Не желаю я тебе такого сегодня.

Кристоф. А если… а если с Вами поедет Кристина?

Месье Бойа. Как это?

Кристоф. Ну, Вы же говорили… что я Кристина Арин? Что я дочь вашей тетки.

Месье Бойа. По документам, действительно, ты – Кристина Арин. Дочь двоюродной сестры моего отца.

Кристоф. Я же могу гостить у Вас летом, на каникулах.

Месье Бойа. Ты понимаешь, что твое появление вызовет массу вопросов… Соберется очень светское общество, даже слишком.

Кристоф. Ну, я же всех знаю… всех видел.

Месье Бойа. Да, но они-то тебя нет… Хотя твоя идея мне нравится, и это точно отвлечет внимание от меня на весь день.

Смотрит на Кристофа внимательно, видит его нетерпение.

Кристоф. Ну, дядюшка… Я был бы счастлив… Я еще никогда… Вы подарите мне настоящий праздник…

Месье Бойа. Но поведение девушки, оно совсем другое… повадки, жесты, походка.

Кристоф. Я буду очень-очень стараться… Я видел, как ведут себя юные мадемуазель. Они молчат, улыбаются, в основном говорят кратко, глаза поднимают редко.

Месье Бойа (смеется). Где ты такое видел, Кристоф? Сейчас девушки с самых юных лет весьма активны, мнения своего не скрывают, ведут себя бойко, озорно… спорят с мужчинами.

Кристоф. Мне более понятно именно такое поведение женщины. Я буду сегодня таким.

Месье Бойа. Ох и накажет нас с тобой Луарен… Вот чувствую. Кристоф, ты проказник, провокатор. Не ты ли простудил Ангелину (смеется)?

Кристоф срывается с места и бежит к себе в комнату.

Спустя 30 минут месье Бойа стоит перед входом в дом.

Паскаль, поторопи Кристофа, мы опаздываем ужасно. Мы приедем к закрытой двери, за которой будет происходить действо, и потом я получу ворох гневных записок… миллион письменных недовольств.

Паскаль бежит по лестнице. Через минуту с округлившимися глазами спускается обратно.

Паскаль. Месье Бойа… там… он… она спускается.

За его спиной по ступенькам крыльца спускается юная обворожительная девушка в обтягивающем бордовом платье и накидке в тон платью. В руках у нее – маленькая сумочка. У нее длинные волосы. Ее глаза и губы накрашены. Девушка аккуратно ступает на каблуках. Месье Бойа не сводит с нее взгляда, подает руку.

Месье Бойа (изумленно). Э-э-э-э… я… позвольте представиться, мадемуазель, Бернар Бойа.

Кристина (шепотом). Дядюшка, Вы чего? Это же я! Ваш Кристоф.

Месье Бойа. Растерялся… совсем. Ты, Кристина, меня сейчас… это даже нельзя назвать удивлением! Ну что ж… поехали. Чувствую, денек будет сногсшибательный.

Выводит девушку на улицу, помогает ей забраться в автомобиль.