Современные средства передвижения открыли нам мир, мы можем увидеть далёкие города и страны, познакомиться с людьми иных традиций. И так получается, что практически все путешественники становятся коллекционерами: кто-то из каждой поездки привозит колокольчик, кто-то – тарелки, а кто-то – мужчин…

Моя подруга Женя в весьма сознательном возрасте, который принято деликатно обозначать как сорок плюс, вдруг очень полюбила путешествовать. И в каждой стране – знакомиться с местными мужчинами. Вообще, мужчин она любила всегда, но без фанатизма. А тут он проявился как нечто неотделимое от её сути.

Для справки: до этого она трижды побывала замужем. То есть речь идёт вовсе не о девушке, которая мечтает о заботе и внимании и всеми правдами-неправдами стремится заполучить мужа. Всё это она уже успела постичь, и теперь ей ничего не нужно, кроме невероятной лёгкости бытия – как она её понимает.

Её избранниками становятся мужчины разных возрастов, вероисповеданий, национальностей и цветов кожи. Все они – простые парни, не красавцы и не миллионеры, а служители отелей, клерки, средней руки бизнесмены, спортсмены и так далее.

Свою любвеобильность подруга несёт как миссию.

Она считает, что даёт мужчинам радость, нежность, возможность почувствовать себя нужными. Что с ней они становятся счастливее. И увереннее в себе. А это прибавляет сил и уверенности другим людям – женщинам и мужчинам, которые соприкасаются по жизни с её избранниками.

И возраст здесь значения не имеет. Подчас количество лет моей подруги раза в два превышает возраст её молодых возлюбленных. «Возраста не существует. Особенно в сексе. Двадцать вам или пятьдесят – неважно. Всё дело в состоянии души», – утверждает она.

Мне всегда, признаться, было удивительно наблюдать за процедурой Женькиного знакомства (или соблазнения). Это целая мистерия. Я такими навыками никогда не обладала, поэтому всякий раз следила за происходящим открыв рот.

Например, в ресторане она может так выразительно посмотреть на понравившегося официанта и таким томным голосом спросить совета, выбирая десерт или вино, что он как-то сам догадывается принести бесплатный «велкам дринк», а то и целую бутылку шампанского за счёт заведения. Этот жест доброй воли каждый раз вызывает у Женьки бурное удивление: «Первый раз в жизни сталкиваюсь с таким благородством! Как это мило и приятно! Может, я вам просто нравлюсь?!»

Потом Женька неизменно гадает уже подготовленному «галантному рыцарю» по руке или на кофейной чашечке. Она почти всегда угадывает, что сейчас особенно близко её очередному герою, умудряется затронуть самые сокровенные струны души своего будущего объекта страсти. Для этого нужно иметь хоть какое-то психологическое образование, но у Жени его нет. Это талант! В конце она проницательно изрекает, что её рыцаря ждёт любовное приключение. Дальнейшее – дело техники: случайно обнажившееся плечо, снятая с рукава рубашки прицепившаяся ниточка (которой на самом деле может и не быть), лучезарная улыбка и обмен телефонами. Схема работает безотказно! Мужчины валяются перед ней штабелями. Некоторые даже не понимают, какая неведомая сила их в эти штабеля укладывает. Всё выглядит чрезвычайно органично.

Воспользоваться Женькиным алгоритмом, кроме неё самой, не может никто. Например, я рядом с ней всегда чувствовала себя абсолютной стоеросовой дубиной. Просто чуркой с глазами. Хотя искренне считала, что я не самая безобразная представительница женского пола, даже вполне симпатичная. То, что искусство соблазнения не сильная моя сторона, я догадывалась и до нашего знакомства. Но только рядом с Женькой стала ощущать всю свою фатальную сексуальную непроходимость и тупость в освоении, казалось бы, простого женского дела. У мужчин я всегда ассоциировалась с «вечным другом». Этим и довольствовалась.

Но копировать Женьку невозможно: артистический дар охотницы проявляется в ней ярко и драматично. Мне оставалось только завидовать её мастерству и восхищаться изысканностью и стопроцентной результативностью подходов.

Но как-то раз после совместного просмотра дурацкого слезливого фильма про любовь, который последовал за вдохновенным Женькиным рассказом о новом удачном адюльтере с молодым разносчиком пива и чипсов, моя профессиональная искательница приключений вдруг расплакалась. Горько, навзрыд. Размазывая по щекам косметику, прерывающимся от всхлипываний голосом она призналась, что отдала бы миллион бывших и столько же будущих мужчин за радость обладания одним-единственным, надёжным и самым любимым!

Глубоко запрятанное внутреннее «я» моей подруги вырвалось наружу. Какая, к чёрту, лёгкость бытия?

Для неё важно и даже необходимо, чтобы кто-то подоткнул под бочок плед в прохладной комнате или просто обнял. И какие мы, её подруги, – обычные замужние дуры – на самом деле счастливые! А всё потому, что у нас есть свои домашние любимые «лысики» или «пузанцы», которые и каши нам варят, и бокалы наливают, и пледы подтыкают… У меня челюсть так и отвалилась.

Я вращала глазами от изумления и подбирала слова утешения: «Ты хороша, востребована мужчинами, много путешествуешь, что ещё желать?!»

Женька пришла в себя так же неожиданно, как расплакалась.

Вытерла слёзы, поправила модную стрижку и изрекла охрипшим от рыданий, но уже твёрдым голосом, что да, я права. Это, конечно, прекрасно – вместе навсегда. Но, действительно, мешает беспрепятственному путешествованию. Сказала – как будто извинилась за минутную слабость.

Я задумалась.

Кто более счастлив: тот, кто предпочитает лёгкость бытия, перемещаясь из объятий в объятия, или кто отдаёт себя, чтобы сделать счастливым одного человека, но – любимого?

На мой взгляд, это случай, когда физический закон о переходе количества в качество не действует. Секс без любви – это спорт. А в спорте всё просто: напрягся – расслабился. Окунуться в ауру любимого человека, испытать всю полноту чувств, что возникают, когда соединяются не только страждущие тела, но и любящие сердца, не получится.