Ветрено. Генерал в своем неизменном берете стоит у автомобиля. Сегодня ехать в Белгород – сейчас там с новой силой вспыхнул новый-старый фронт, неприятель лезет изо всех щелей в новую авантюру. Поражаюсь, на самом деле, – потерпев сокрушительное поражение в Курской области, они лезут в новую, заранее очевидную мясорубку. Потрепать нервы нашим тиграм они потреплют, но расплата будет чудовищной, как уже было под Курском.

Генерал улыбается и раздаёт из багажника подарки бойцам – флаги с изображением Спаса Нерукотворного, шапки спецподразделения. Бойцы довольны – это память на долгие годы, может важнейшая. Отказываюсь от плитника – свой я привез из Москвы. Тяжеленный, оборудованный стальными массивными плитами, он у меня проездил некоторое количество освобождённых территорий, ночевал не одну ночь в Луганской Народной Республике. Заслуженный путешественник.

– Игорь, ты тут прописался, что ли, пора переезжать, – шутит генерал.

Ну как шутит. Часть командиров вместе со своими отрядами уже передислоцировались в соседнюю область.

Говорить о спецназе «Ахмат» невозможно в отрыве от командиров – организаторов всего масштабного военного явления. Кто сейчас здесь, на Священной войне, в зоне СВО, это, безусловно будущая военно-политическая элита страны. Безо всяких экивоков. Вот эти героически парни – Охотник, Аид, Архангел, Батя, Хохол, Тимсо, Пресс, Горец, другие, которые каждый день себя достойно проявляют, после войны не только будут встречаться на парадах, как обещал генерал, но и станут несущей конструкцией государства.

Они все разные. До службы в спецназе «Ахмат» каждый из них имел свой путь – кто-то, как Охотник и Аид, в системе МВД, или как Пресс в ЧВК «Вагнер», кто-то отдал годы Военно-морскому флоту, как Тимсо, кто-то залетел с гражданки юным парнем, как наш погибший товарищ Карлсон, кто-то пришёл сюда, будучи профессиональным военным. Из этих людей, их судеб и состоит пёстрое полотно легендарного спецназа. Да, совершенно неважно, кто вы были до «Ахмата» – попав сюда, сделав свой выбор, каждый становится добровольцем подразделения «Ахмат», но с некоторыми из них я все же вас познакомлю.

Мой спутник сегодня Ислам. Едем на встречу к Тимсо – командиру подразделения связи спецназа «Ахмат». Аккуратные домики где-то в Курской области, лужайки, много автомобилей, посты. У одного из домиков, на крыльце, стоит молодой мужчина, размахивая дробовиком «Сайга» и что-то эмоционально высказывая стоявшим внизу бойцам. Ветер рвет предложения на фразы: «Безрукие»… «на пять минут доверить»… «будете новый покупать»… Дробовик летит под ноги бойцам. Командир с позывным Тимсо раздраженно скрывается в дверном проёме. На обветренных лицах со шрамами – растерянность.

Тимсо, я знаю, отходчивый человек. Уже через несколько минут он знакомит меня с щенками хаски – все мальчики, копошатся в детском манеже.

– Уже всех разобрали. Чуть подрастут и отдаём. Кстати, одни мальчики, – я просовываю руку, чтобы погладить. Хаски подается вперед.

– Она никого не признаёт, а вас подпустила… – Улыбка сменяется раздражением – заходит уже знакомый боец с дробовиком, – По-твоему, починил? Вот это что?

Тимсо движением пальца опускает и поднимает предохранитель – тот предательски болтается.

– И что ты предлагаешь с ним делать? – он отдает ружьё и жестом предлагает пройти в комнату. Мы закуриваем, и он неспешно делится новостями с белгородского направления. Мне всегда режут слух эти названия – курское направление, белгородское направление. Не киевское там, не полтавское, а белгородское! Таковы реалии этой сложной войны. Над головой Тимсо хоругвь и шевроны подразделений, на столе несколько компьютеров, пистолет и огромный матовый тесак в прочных кожаных ножнах.

– Сегодня получим информацию от разведчиков, и может быть, будет какая-то ясность. Приказ: двигаемся по одной машине. Первая доезжает и докладывается. Потом следующая по тому же алгоритму, – отдает приказ.

Часть бойцов уже собралась и ожидает команды выдвигаться. Другие упаковывают необходимое оборудование.

– Пока информация поступает очень разная – нужно послушать своих, – задумчиво смотрит на новый, мультикамовский шлем. – Нет, ты представляешь, отдали мою каску, пока я был в госпитале.

– Таких друзей… – смеюсь я.

– Вот-вот! Но та была счастливая, – морщится Тимсо. – Ну что теперь, возьму эту.

На сколоченной лавке лежит шлем известной в узких кругах краснодарской фирмы. Сходимся на том, что фирма зарекомендовала себя хорошо. И я, и Тимсо, уверенные пользователи продукции от кубанских пацанов. Тут я тоскливо вспоминаю тяжеленные плиты в моей «Химере».

– Думаю заменить плиты на облегчённые – на синие, троечку плюс.

Тут Тимсо, как волшебник Изумрудного города, приносит из комнаты пару таких синих плит, легчайшие, но не уступающие по классу защиты стальным.

– Бери, у меня такие уже в плитнике. Зато не сдохнешь от усталости. От снаряда да, вполне сдохнешь, но тут уж, братан, разницы нет. Так что носи достойно.

Смеёмся.

Тимсо – страстный коллекционер холодного оружия. В его коллекции ножи, мечи, сабли, катаны. Он даже разработал собственный кортик для отряда – плетеная рукоять заканчивается двуглавым орлом, а на чёрных кожаных ножнах золотая звезда спецназа «Ахмат». У меня такой лежит на почётном месте в деревянном футляре, на лезвии гравировка – «Спецназ „Ахмат“», с тыльной стороны мой позывной – «Саддам», в честь бывшего иракского президента.

Кортик прежде всего ассоциируется с флотом – наверное, сказывается то, что Сергей Тимаков довольно долго прослужил связистом в Военно-морском флоте. Имея уже большой опыт в данном направлении – работе с приёмопередающими радиостанциями, – он не мог не пригодиться на фронте.

Получается, пока одни спешно паковали чемоданы и ставили чёрные квадраты в социальных сетях, другие окольными путями пытались попасть на фронт. Генерал часто приводит аналогию с забором – на одной стороне те, кто осознал себя патриотом страны, осознал, что нельзя, когда страна в реальной опасности, отсидеться где-нибудь в Грузии или в Израиле, что семью, а страна – это семья, только в более широком понимании, нужно защищать; и есть те, кто предпочёл спрыгнуть на другую, противоположную сторону.

Тимсо сторону для себя давно определил. Свой путь в «Ахмате» он прошел – от рядового связиста на костылях до командира подразделения связи. Надо отметить, что подразделение создавалась с нуля, как по материальной базе, так и по личному составу.

– Справляемся со своими обязанностями на пятёрочку. Каждый день новые координаты, новые данные. Благодаря нам артиллеристы тоже берут их в разработку, наносят огневое поражение противнику. Это, наверное, 75–80 процентов всех уничтоженных целей, – объясняет командир.

Во время проведения уже ставшей легендарной операции «Поток» по освобождению Курской области Тимсо и его товарищи не только обеспечивали связь, но и находились непосредственно в самой трубе вместе с бойцами группы Аида. Бесследно операция для Сергея не прошла – после завершения попал в больницу с пневмонией, но лечение не закончил и сбежал из госпиталя на фронт. Персонаж гражданской войны, в общем.

– Про Тимсо можно говорить долго и много, прежде всего, он человек, который не боится ничего и не покладая рук делает всё, чтобы спецназ «Ахмат» имел хорошую связь. И эту работу Тимсо делает уже достаточно давно – каждый раз непосредственно заходил на самые тяжёлые участки и проявлял себя как настоящий герой Отечества, – вот такую характеристику дал сам генерал.

Последние слова генерала можно в полной мере отнести и к командиру отряда спецназа «Ахмат» Бате. Человек с потрясающими вводными данными – русский боец немецкого происхождения, принявший ислам. Каково, а? Думаю, что только в спецназе «Ахмат» вы встретите таких неординарных людей, каким однозначно является наш русско-немецкий брат Батя.

Командир одного из подразделений спецназа «Ахмат» не очень любит говорить о себе. В воюющем Донбассе с 2014 года, когда там всё закрутилось. Многодетный отец, бывший спортсмен, просто не мог остаться в стороне, когда украинский режим начал плановый геноцид русскоязычного населения. Получается, Батя попал в «золотой состав» донбасского ополчения.

– На фронте я добровольцем давно уже, – говорит командир, – сначала мы все бегали добровольцами, ездили туда в Донбасс, командировки, ну и так далее. А когда в 2022 году началась специальная военная операция, я уже был на фронте, и когда узнал о создании подразделения спецназа «Ахмат», без раздумий перешел туда.

Надо сказать, что в «Ахмате» отлично выстроена работа командования с подразделениями и работа самих подразделений. И командование помогает, направляет, всячески поощряет, чтобы нижестоящий командир выстраивал, структурировал полностью подразделения и строил боевую работу. Поэтому у каждого отряда, у каждого командира есть собственный определённый стиль, связанный с идеологией, тактикой, взаимоотношениями внутри подразделения.

– У меня со всеми хорошие братские отношения, да. Я там не какая-то недосягаемая величина. Так же как у нас, допустим, товарищ Ноль-Первый (позывной генерала Алаудинова), Охотник, – в любой момент, с любым вопросом ты можешь обратиться к начальству по любому поводу. То же самое у меня в подразделении, во всех ахматовских подразделениях эта тема выстроена. Да и потом, они все мне братья по оружию, с кем-то из них ходил на штурма, вытаскивали ребят. Эти все люди – опытные фронтовики, несмотря на то, что молодые.

Вот такое письмо в газету написала жена одного из бойцов, служащего в отряде «Бати»: «Муж – доброволец, ушёл через Чеченскую Республику в спецназ „Ахмат“, „за лентой“ попал к командиру с позывным „Батя“. Когда муж выходил на связь, он всегда поминал его тёплым словом. Это грамотный, мудрый и бравый командир, который переживает за каждого бойца, как за своего ребёнка, сам проверяет позиции, смотрит, в чём нуждаются бойцы, следит, чтобы они были тепло одеты и накормлены. Наверное, не хватит всех хороших слов, которые можно сказать в адрес бравого командира с позывным „Батя“. Когда муж собрался на третий контракт и попал к Бате, мне стало спокойно».

Достойные слова.

– Вы знаете, для меня, как для командира, самый лучший день на фронте, это когда ничего не случилось. Никто не погиб. Никто не был ранен, – говорит сам командир.

Понятно, что командир не каждый день лично штурмует опорники, но регулярно бывает с обходом на позициях. Что, надо сказать, делает и генерал Алаудинов. Кроме непосредственной работы на передке, Батя старается уделять время и идеологической работе с бойцами отряда. Это важно, особенно когда враг имеет колоссальные медиаресурсы, распространяющие дезинформацию, фейки, чудовищные слухи.

Сегодня в телеграм-каналах встретил фейковое видео с обращением якобы Анастасии Кашеваровой, журналиста и в последние годы общественного деятеля. Там с помощью ИИ воссоздан её голос и видеоизображение. Точно такие же фейки, созданные с помощью искусственного интеллекта, время от времени появляются с имитацией генерала. Да, пока качество оставляет желать лучшего, но подождите, пройдёт совсем немного времени и ИИ станет настоящей проблемой.

Еще каких-то тридцать лет назад многие из нас не слышали про микроволновые печи, а видеомагнитофоны и первые компьютеры казались вершиной технологической мысли. Потом вдруг оказалось, компьютер – эту громоздкую груду железа – можно спокойно засунуть в карман в виде простенького КПК. А потом мы и забыли про это, всё вместе взятое, с появлением смартфона. К чему я всё это? К тому, что в век прорыва технологий и развития искусственного интеллекта дезинформация становится по-настоящему серьёзным оружием.

И бороться с ним можно только в ручном режиме. Да, объясняя, да, с помощью книг, да, с идеологией и да, с верой в Бога. Потому что человека, который имеет идеологические установки, верит в Писания, трудно убедить, что белое – чёрное, и наоборот. Поэтому военно-политическое воспитание, регулярные разговоры на этот счёт являются важной работой каждого командира, так же как и каждого имама или священника. Этими принципами руководствуется и Батя, выстраивая диалог с бойцами любой национальности и любой конфессии.

– Спецоперация сближает всех. Всё равно у всех разные религии, взгляды на жизнь, но здесь, в окопах, когда нога в ногу идёшь со смертью, начинаешь по-другому воспринимать жизнь и друг друга, – делится своими мыслями командир. – Здесь людям не нужны маски: сразу видно, кто друг, кто враг, а кто – так. Шелуха быстро слетает. Остаётся человеческая суть. Здесь каждый воюет за своё, за то, что ему особенно дорого. Значит, хорошо работаем.

Батя был неоднократно ранен, получил несколько контузий. Награждён орденом Мужества, орденом «За доблесть» II степени, орденом «Ахмат – Спецназ».

Говоря о спецназе «Ахмат», невозможно не выделить Александра Каретина с позывным «Пресс», который влился в команду спецназа «Ахмат» в 2023 году. Это был первый командир ЧВК «Вагнер», который после известных событий поступил в подразделение со своими бойцами. Пресс, если говорить объективно, один из самых лучших специалистов в Министерстве обороны в части организации и ведения боевых действий именно артиллерией, сводными группами, где применяются танки, артиллерия и миномёты.

До войны, до своих войн, Александр был вполне обеспеченным молодым человеком, окончившим академию госуправления, работал в консалтинговой компании. Занимались оптимизацией систем управления, организацией обучения и методикой обучения, профессионального развития для топ-состава, крупных и средних бизнесов и так далее. Менеджемент, управление. Такой себе офисный планктон.

На Донбасс впервые Пресс приехал в 2014 году. Как волонтёр. Осмотреться, чтобы не стать заложником каких-либо интерпретаций.

– Да, на первых порах было как-то непонятно, вообще ничего не предвещало, что я по глупости свяжусь и с войной, и вообще с этой профессией, – смеётся командир. – Когда началось, да, вот, ну что-то вот потянуло, я понял так, почувствовал, что колокол по нам звонит. Не было понимания только, как это, что это… Я не помню там, какой месяц был. Уже ближе к осени 2014-го, наверное. Вот я первый раз появился в Донбассе. И как-то, знаешь, произошло такое явление: я как будто проснулся. Как будто спал долго. Вот так. Можно с этим сравнить.

Получается попал в «золотой состав» донбасского ополчения. Дальше – Донецк, Спартак, Аэропорт и… Минские соглашения. Боевые действия к тому времени сворачивались, Мариупольское направление по факту было отменено. Или нужно было возвращаться обратно в тёплое болото офисной жизни или расширить жизнь, вписав себя в ставшую потом всемирно знаменитой ЧВК, провоевав в Сирии и Донбассе, кульминацией чего стала Бахмутская мясорубка, где Пресс проявил себя очень достойно.

После событий, приведших к расформированию ЧВК «Вагнер», вновь предстояло определиться с выбором пути.

– Решение пойти к Апти Ароновичу созрело после личного общения. Хотя весь год я наблюдал внимательно за медийкой. И после того как мы встретились, пообщались, в общем-то решение было принято. Важно было сохранить свою самобытность, свои подходы в работе. Мы конкретно это обсуждали с Апти Ароновичем, и практика показала, вот мы уже, как говорится, в одном строю, под его командованием сохранили всё, что нам присуще.

Мы при этом взяли с собой всё, что могли, самое лучшее, и смогли это реализовать. Смогли внедрить уже в армейское взаимодействие, и прежде всего, ещё раз хочу сказать, что это от Апти Ароновича исходит. Он дает нам полный КПД отрабатывать абсолютно, у нас исключена лишняя бюрократия и шаблоны какие-то, которые мешают работать. На полную мощь, что называется. Но это главное. Это главное, чтобы мы могли реализовать этот потенциал.

Пресс не первый командир, который отмечает два важных качества генерала: это гибкость мышления и отход от формализма там, где его быть не должно. В этом смысле Апти Алаудинов близок по духу к героям-командирам гражданской войны в России. Та же безусловная харизма, та же способность моментально сменить тактику, если в этом есть военная целесообразность.

Алаудинова легко представить берущим Ургу пёстрой парой сотней всадников, как это уже делал барон Унгерн. И также легко представить в авангарде осады Дамаска во главе суперсовременного технологичного корпуса.

Генерал, хотя и имеет за плечами Академию Генерального штаба, очень тонко чувствует еле слышимые колебания. Именно поэтому отряды, состоящие из бывших бойцов ЧВК «Вагнер», органично вписались в уже давно сформированное, обкатанное и самое боеспособное подразделение Министерства обороны. То, что парни сразу почувствовали себя как дома, безусловно, подтверждает, что стратегически генерал ставит на результат, а не пытается понравиться начальству, жертвуя эффективностью.

Те самые парни, для которых ЧВК «Вагнер» была не просто подразделением, а фактически орденом, теперь с гордостью говорят, что они бойцы спецназа «Ахмат». Это дорогого стоит.

– Что касается противоречий между чеченцами и русскими, между МО и ЧВК «Вагнер», это ведь и есть линии разлома, по которым нас пытаются разорвать. И сколько бы мы тут не воевали, если мы именно эти моменты упустим, придётся ещё раз воевать и ещё раз. И все наши войны героические, они станут бессмысленными. Поэтому наш приход именно в «Ахмат», он ещё и вот с этим связан. Это важно и для общества, для нас всех в целом.

Когда началась Курская операция, Пресс с отрядом «Камертон», одними из первых зашли противостоять вторжению. Тогда была неразбериха, линия боевого соприкосновения как таковая отсутствовала, в бой приходилось вступать с колес. Тогда врага, вооружённого Западом по последнему слову техники, удалось остановить, а в марте 2025 года, при поддержке сводной артиллерийской группы Пресса, удалось и очистить Суджу от украинских боевиков.

Пресс – однозначно герой Суджи. И надо отметить, что герой скромный.

– Это всё люди делают. Наши бойцы, непосредственно выполняющие каждый в своем секторе собственную задачу. Из всего сделанного складывается общая картина. Да и имидж, и вообще любая заслуга командира, строится по совокупности того, какие люди его окружают. А мне повезло, может, карма хорошая. Поэтому люди вокруг хорошие, потому и репутация такая.

С Александром мы увиделись по случаю его награждения званием Героя Чеченской Республики. Высокий мужчина с серьёзными и умными глазами пожимает руку генералу. В одном из своих интервью, на вопрос, чем и где должна закончиться специальная военная операция, Пресс ответит цитатой историка Василия Осиповича Ключевского: «История ничему не учит, она жестоко наказывает за невыученные уроки».

– Я скажу, что мы должны дойти, безусловно, до границ Советского Союза.

И, получается, что это не просто фигура речи очередного кабинетного политолога. Говорит практик, который оплатил это понимание своей и чужой кровью. В России, в бывшей советской Украине, на Ближнем Востоке, куда, кстати говоря, благодаря таким командирам, как Пресс, мы вернулись обратно. Вернулись как раз потому, что не стало СССР, погибли и союзники этого великого государства.

Даже если мы сегодня берём проблемы, с которыми столкнулась современная Россия, все они – следствие убийства Советского Союза. Люди, которые не пошли на поводу у сатанистов вроде Ельцина и Гайдара, прекрасно отдавали себе отчёт в том, какой кровью обернётся в дальнейшем перестройка, гласность и весь дальнейший «голосуй или проиграешь». И отец Апти Алаудинова, советский офицер, который страшно переживал развал Советского Союза, понимал, что последует вслед за убийством такого великого государства.

Или мой старший товарищ писатель Эдуард Лимонов, который ещё в 1992 году, выступая на митинге, говорил, что передача Крыма и Донбасса Украине была чудовищной ошибкой, за которую придётся заплатить кровью. Спустя годы командир Пресс и многие другие, сражавшиеся и сражающиеся уже четвёртый год на Донбассе, это видят своими глазами. И Украина, так или иначе, не последний конфликт на бывшей территории Советского Союза, и решение этого вопроса не в желании Путина, Алаудинова или ещё кого-то присоединить какие-то территории.

Это просто констатация того, что уже делают там спецслужбы НАТО, выращивая поколение за поколением будущих солдат в войне с Россией. Когда генерал говорит о том, что даже когда мы победим в этой СВО, то Священная война не закончится, он говорит об объективной реальности. Нас продолжат раздёргивать очагами нестабильности и конфликтов по всем границам нынешней Российской Федерации.

Поэтому, когда мы говорим о бойцах и командирах спецназа «Ахмат», мы видим этот самый СССР в формате воинского подразделения. Например, Пресс – русский, Тимсо – из русских казаков, Хохол – чистокровный украинец, Батя – немец, Охотник – чеченец. Получается, что в спецназе не только на уровне бойцов, но и на уровне командиров есть все национальности из нынешних российских и бывших советских республик. Отсюда и понимание, что сила в единстве этих всех народов в их законных границах.

Конечно же, среди командиров есть и представители Чечено-Ингушской АССР: Исмаил Ганшаев, он же «Охотник», прошедший путь от командира отряда и заместителя командира спецназа «Ахмат» до заместителя командующего 3-й армии. «Охотник» вместе с генералом – с самого начала специальной военной операции, где зарекомендовал себя очень достойно – и как боец, и как командир.

Исмаил Сулейманович родился и вырос в небольшом селе Беной в Чечне. В сентябре 1994 года окончил среднюю школу, в 2013-м – Махачкалинский институт адвокатуры, нотариата и международных отношений.

Трудовую деятельность начал в органах внутренних дел в 2002 году в должности милиционера батальона патрульно-постовой службы милиции Шалинского РОВД. Проработал там официально до апреля 2024 года на разных должностях младшего и старшего начальствующего состава.

С самого начала СВО Охотник в составе добровольческого формирования, возглавляемого Апти Алаудиновым, откомандирован МВД России в спецназ «Ахмат» для борьбы с врагами России, где был назначен исполнять обязанности по должности заместителя командира подразделения.

В одном из интервью Исмаил Сулейманович по-генеральски сухо говорит о том, чем ему было поручено заниматься: «Основными задачами были организация, ведение боевых действий и защита интересов Луганской Народной Республики по обеспечению прав и свобод граждан региона».

Но пусть это вас не вводит в заблуждение – я знаю достаточно историй, как героически себя проявлял Охотник в реальной боевой ситуации. И об этом свидетельствуют его боевые награды. Одна из них: высшая награда Чеченской Республики – орден Кадырова.

В 2022 году отряд Охотника спецназа «Ахмат» зачищал картонный завод на окраине города Рубежное. В ходе боестолкновений в голову одного из военных попала снайперская пуля. Находившийся рядом командир группы Исмаил Ганшаев под непрекращающимся огнём затащил товарища в ангар, по которому также безостановочно стреляли, снял шлем и бронежилет и укрыл за бетонной плитой.

Бывший командир 204 полка Рустам Джабраилов «Черный» рассказывает, что они смогли бы выйти из окружения, воспользовавшись моментом, но ни один даже не подумал это сделать, оставив раненого товарища. Чтобы помочь бойцу группа из четырех человек вела ожесточенный бой в течение шести часов против пятидесяти ВСУшников. Ни один километр ползком Исмаил Ганшаев на себе дотащил друга до сослуживцев, которые оказали раненому первую медицинскую помощь.

Боец с позывным «Раджа» о своем командире «Охотнике» может говорить долго.

Когда Раджа начинал командиром отделения и у него не было боевого опыта как такового, свой интенсив он прошел у Охотника, у Исмаила Ганшаева. Признается, что научился многому – он объяснял, подсказывал и помогал понять самые важные моменты.

– В первый выход у нас был бой, и на позициях появился командир. Я, конечно, не ожидал его увидеть, как и мои бойцы, для которых его появление стало мотивацией. Он всегда находился на передовой; его очень редко можно было встретить в штабе, потому что он всё время был на передке. Все наши первые боевые выходы – Щедрище, Северодонецк – проходили с осознанием того, что командир рядом. Многие парни согласятся со мной: без его тактики, поддержки и отношения к личному составу работать было бы очень сложно.

Сам Охотник о себе говорит так:

– Я – исполнитель. Легче в бой идти, чем переживать за ребят.

Командир, который сам неоднократно бывал в самых экстремальных ситуациях войны, в определённом смысле сроднился с бойцами. Охотник из таких. Несмотря на то, что сегодня он заслуженно занимает должность заместителя командира спецназа «Ахмат» и заместителя командующего 3-й армии, понимание реальных боевых действий позволяет ему по-настоящему дорожить боевым братством.

– В условиях войны формируется особая связь между командиром и его бойцами, – говорит Охотник. – В этой ситуации всё сводится к моментальному принятию решений и взаимопомощи. Каждый из нас знал свою роль, и это придавало уверенности. Когда ты видишь, как твои товарищи готовы отдать всё ради общей цели. Мы понимали, что на кону не только наша жизнь, но и судьбы тех, кто ждёт нас дома. Каждый выстрел был продуман, каждая атака – скоординирована. Мы не просто воевали; мы защищали свои идеалы, свою землю и своих людей.

Каждый бой, – считает Охотник, – это урок. Урок о том, как важно доверять друг другу и как ценна жизнь. Спецназ «Ахмат» не просто военные, но семья, объединённая общей целью и общей судьбой. И даже когда кажется, что выхода нет, именно эта связь помогает бойцам выжить и победить.

– Мы знали, что каждый день на передовой – это испытание. Но в этом испытании мы становились сильнее. Каждый раненый боец – это не просто потеря; это напоминание о том, что мы должны продолжать борьбу за тех, кто рядом с нами. Такова философия войны: она формирует нас, закаляет дух и заставляет ценить каждую секунду жизни. Мы не просто солдаты; мы – хранители памяти о тех, кто отдал свои жизни за нашу свободу и будущее.

Сильно сказано. В каждом слове чувствуется опыт человека, который прошёл череду невероятных испытаний. Так не рассуждают паркетные генералы – так рассуждают воины.

– Исмаил Сулейманович под моим руководством прошёл тяжёлый, изнурительный, но не менее успешный и необходимый путь становления личности воина – защитника Отечества. В самом начале специальной военной операции на Украине, приняв твёрдое решение встать рядом в борьбе против нацизма и сатанизма, Исмаил Сулейманович проявил себя как высокорезультативный боец, грамотный организатор, настоящий командир и товарищ! – такую характеристику даст сам Апти Алаудинов.

Охотник, Батя, Пресс, Тимсо – только несколько имен в героической летописи спецназа «Ахмат», но каждый из них двигал и двигает не только подразделение, но и всю нашу страну к победе. Это те люди, в которых генерал разглядел потенциал, предоставил возможность и все необходимые условия, чтобы реализоваться как командирам и стать новой военной элитой. Что они, в свою очередь, достойно продемонстрировали.

В этом, надо сказать, большое отличие спецназа «Ахмат» от других подразделений – именно здесь, вне зависимости от национальности или религии, открываются все возможности для того, чтобы доказать себе и стране свои компетенции и силу духа.

Генерал всегда говорит, вручая главную награду подразделения, что надеется однажды, когда СВО закончится, все встретятся на парадах Победы, и среди других высоких наград будет высоко котироваться орден «Ахмат – Спецназ» как знак высшей категории мужчин. И в первой шеренге, конечно, пройдут командиры, которые не только личным мужеством давали пример остальным бойцам, но сделали всё, чтобы жизни бойцов не были потрачены впустую. А это – сбережение жизней – одно из главных достижений хорошего командира.

Генерал задал такой тон и поднял планку.

Пока еду к генералу, ставлю ролик от 2023 года. Клещеевка. На видео Апти Аронович с по-фронтовому побритой головой где-то на позициях. Тогда были тяжёлые бои: ЧВК «Вагнер» ушли с позиций, а боевики ВСУ начали активное наступление, чтобы отбить Бахмут (Артёмовск). В телеграм-каналах уже появились вбросы, что Клещеевка сдана и скоро падёт Бахмут. Но удержали. Тогда генерал на двух бронемашинах заехал к ребятам в Клещеевку, расставил бойцов спецназа «Ахмат» по точкам. «А победить мы победим однозначно, ни о чём не беспокойтесь».

Нажал кнопку «Опубликовать».

У ворот постовые. По их физиономиям можно сразу определить, где генерал: если скучающие, то и нечего и торопиться, а вот сосредоточенные – уже совсем другое дело. В одной из построек на территории объекта уже шло совещание с командирами. Куда-то спешно пошёл знаменитый Аид, у входа в разгрузочных поясах тихо разговаривали несколько вооружённых мужчин. Билал, мускулистый крупный чеченец – командир 204-го полка, махнул рукой, чтобы я поторопился – обычно совещания сменяют встречи, а те снова совещания.

– Когда можно зайти? – спрашиваю генерала, просунувшись в дверь.

– Позавчера.

– А если попробовать сегодня? – не унимаюсь я.

Билал смеётся в чёрную густую бороду. Где-то далеко слышен мотор удаляющейся машины Аида.