Каждое воскресенье, еще до открытия газетных киосков, к ним выстраивалась очередь из мужчин. Цель была одна – еженедельник «Футбол» (с 1967 года «Футбол-Хоккей»).
Еженедельник распространялся только в розницу и, несмотря на громадный тираж, раскупался мгновенно. В каждую «точку» привозили ограниченное количество экземпляров. Если в киоске, что стоял напротив моего дома (жил я у Никитских Ворот, Мерзляковский переулок, № 15), я его не успевал купить, то бежал к тому, что был у памятника Тимирязеву. Если и там было пусто, спешил на Арбат. Но и это не гарантировало покупку.
В крайнем случае просил маму, чтобы она на работе у мужчин спросила, часто выручали. В 1980-е по большому блату сумел-таки оформить подписку и по киоскам больше по воскресным утрам не бегал.
Принести домой пахнущий краской свежий номер, а потом разрезать страницы – это было счастье. Потом все аккуратно подшивалось и хранилось. До сих пор на дачном чердаке лежат подшивки с 1965 года, рука не поднимается вынести.
Шахматы в 60-е годы были безумно популярны, люди играли, следили за матчами и турнирами, покупали газету «64», разбирали партии. Помните, как в «Берегись автомобиля» мама Деточкина сообщала ему новости: «Корчной выиграл шахматный турнир… Я болела за Таля. Он отстал на пол-очка!».
Было обычным явлением, когда гостю предлагали сыграть партию в шахматы со словами: «Сразимся?» Играли везде. Вечерами и в выходные любители шахмат оккупировали скамейки бульваров. Финальная сцена на Гоголевском бульваре недавнего сериала «Ход королевы» – лишь жалкое подобие. Я жил тогда у Никитских Ворот и мог наблюдать игроков сразу на двух бульварах – Тверском и Суворовском. Помню, на Суворовский каждый вечер шел играть слепой Володя, потерявший зрение на войне. С собой он нес специальную доску с дырочками, вокруг него всегда толпа собиралась посмотреть. Играл он хорошо, а фигуры ощупывал руками.
Я тоже неплохо играл, хотя специально нигде не обучался, но часто выигрывал в детстве разные турниры, в школе и в пионерлагере. Вершиной моих успехов была ничья в партии с Аллой Кушнир (второй шахматисткой в мире после Ноны Гаприндашвили), когда она давала сеанс на нескольких досках в нашем пионерлагере «Березки». Мне удалось это одному из всех, хотя, может быть, она мне предложила ничью из чувства жалости. Неудобно было хозяев всухую обыгрывать.