Джек не отвечал на звонки, как и Дин. Коул барабанил пальцами по рулю, не сводя глаз с дороги. Вена на его виске пульсировала, гнев окрашивал лицо в алый цвет. В воздухе разлилось напряжение, и он стал таким густым, что, казалось, его можно было потрогать рукой. С поджатыми губами я наблюдала за Коулом, но не выдержала и взяла его за руку. Глаза Коула сразу метнулись к моим пальцам, и на мгновение я предположила, что он попросит не трогать его.

Этого не произошло. Облегчение теплым покрывалом легло на мои плечи, но радоваться было рано. Рядом со мной сидела бомба замедленного действия, готовая рвануть от любого вскользь брошенного слова. И как бы мне ни хотелось поддержать его и дать понять, что все будет хорошо, я впервые до крови прикусила себе язык.

Коулу нужно было все осмыслить. Ему требовалось время.

Я не знала, что в этой ситуации раздражало его больше: всплывшая правда или же то, что мистер Хилл пользовался услугами Джека и Дина. Вряд ли Коул подозревал своих друзей, но сейчас он был не в том состоянии, чтобы трезво мыслить.

– Коул, – тихо позвала я. Он качнул головой, завел машину и выехал на дорогу.

Напряжение в машине усиливалось, становилось таким невыносимым, что я не выдержала и приоткрыла окно. Ледяной воздух просочился в салон. Предчувствие беды нависло надо мной, подобно цунами, и я была уверена, что когда оно обрушится, от нас не останется ничего.

Нам удалось объехать пробку и относительно быстро добраться до офиса Фордов. Коул резко вышел из машины и направился к моей двери, но я опередила его. Странное предчувствие преследовало меня всю дорогу. Высотное здание, казалось, вот-вот раздавит нас, а заодно и все то, что мы успели обрести.

Мы приближались к эпицентру урагана, вместо того чтобы бежать от него.

Я не успела разобраться в своих эмоциях и чувствах: лифт приехал раньше. И если Коул закипал от раздражения, то во мне бушевало беспокойство. Пальцы Коула переплелись с моими. Даже его прикосновение не смогло успокоить меня. Когда двери лифта распахнулись, я едва не рухнула в обморок от переизбытка эмоций. Но увиденное заставило меня замереть.

– Деми? – выдавил Коул. – Какого черта ты здесь делаешь?

Деми. Та самая Деми. Жена Джека. Она стояла рядом с Дином и о чем-то спорила с ним. Услышав Коула, девушка замолчала и сделала шаг назад. У нее были густые темно-русые волосы, миндалевидные глаза голубого цвета и пухлые губы. Дин возвышался над ней на целую голову, на фоне него она казалась такой хрупкой и беззащитной, что мне захотелось попросить Коула говорить помягче.

– Джек же улетел в Лос-Анджелес, – то ли спросила, то ли сказала она и перевела взгляд на Дина. Тот кивнул.

– Его самолет уже приземлился. – Он прокрутил в пальцах телефон, многозначительно смотря на Коула.

– Кайли? – внезапно обратилась ко мне Деми. – Боже правый, это ты!

Она резко сократила расстояние и крепко обняла меня.

– Дин тебе рассказывал обо мне? – аккуратно спросила я, похлопывая Деми по спине и растерянно смотря на Дина.

– Мы, конечно, напились в ту ночь, но не настолько, чтобы ты забыла меня. Как минимум на следующий день мы ходили на шопинг.

– Что?

Деми переглянулась сначала с Дином, затем с Коулом. Последний ущипнул себя за переносицу и шумно вздохнул.

– Отпуск на Ибице, ресторан на побережье, шесть бутылок шампанского?

Мои губы приоткрылись, но слова вязли на языке. Деми нахмурилась, словно действительно не понимала, почему я не узнаю ее. Но я никогда не видела ее раньше.

– Подожди, – медленно начала она, и в ее голубых глазах вспыхнуло осознание, – когда ты вернулась в свой номер, что…

– Деми, заткнись, – рявкнул Коул. Дин потянул ее на себя, но Деми вырвалась и вскинула палец.

Я затаила дыхание в ожидании ее слов, как вдруг двери лифта снова открылись, и раздались тяжелые шаги.

– Привет, Канзас.

На этот раз она позволила Дину оттащить себя.

– Ты должен быть в Лос-Анджелесе, – прорычал Дин, на что Джек усмехнулся. Я окончательно перестала понимать происходящее.

Джек поравнялся с нами. Его пристальный взгляд был направлен на Деми, и я почему-то не сомневалась, что сейчас разразится скандал. Выражение ее лица изменилось. Волнение, которое всего секунду назад плескалось в глазах, исчезло, и вместо него возникла ненависть.

– Ты знаешь правила, Канзас, – протянул Джек, медленно приближаясь к жене.

– Это нихрена не значит, – процедила она.

И пока они испепеляли друг друга взглядом, я пыталась понять, почему ее голос и внешность казались мне знакомыми. Странное дежавю прочно засело в груди и вызывало неприятные чувства.

– Для кого как.

Джек перехватил правую руку Деми и проверил наличие кольца на безымянном пальце. Уголки его губ дрогнули, но улыбки не последовало. Я перехватила взгляд Дина, который впервые отмалчивался и просто был наблюдателем. Это удивило не только меня и Коула, но и Джека.

– В какие неприятности ты влипла? – прорычал он, привлекая к себе Деми. Она была ниже его на целую голову и гораздо меньше, но продолжала воинственно держать подбородок.

– Ни в какие.

Я не знала эту девушку, но смело могла сказать, что в ее словах крылась ложь. Это понимали все, и она в том числе. И когда Деми осознала, что никто здесь не поверил ей, то почему-то перевела взгляд на меня.

– Давай, Кайли, начни уже рассказывать про Мстителей, чтобы я смогла сбежать. – Она выжидательно смотрела на меня, как будто мы с ней были подругами. Но откуда она знала про мою любовь к Марвел? – Ну?

Я перевела взгляд на Дина, который жестом показывал Деми заткнуться.

– Почему ты утверждаешь, что мы знакомы?

– Сейчас не то время, чтобы…, – начал Коул, но я взглядом велела ему замолчать.

– Потому что мы знакомы, – настаивала Деми, стараясь не смотреть на Джека, – тебя зовут Кайли. Ты как одержимая веришь в Иисуса и обращаешься к нему каждый раз, когда у тебя возникает проблема. Фанатеешь по Марвел, особенно по Капитану Америке. И именно поэтому тебе понравился Коул, потому что он как две капли воды похож на Криса Эванса.

Я ошарашенно смотрела на Деми, словно у нее за спиной выросли крылья.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь. – Страх бурлил в моей крови, пока в памяти вспыхивали слабые воспоминания. Теперь лицо Деми действительно казалось мне знакомым. Как и Дина. И Джека.

Я повернулась к Коулу в надежде, что он опровергнет ее слова. Скажет, что Деми перепутала меня с кем-то. Что он отдыхал там с девушкой, похожей на меня. Но Коул молчал и умоляюще смотрел на Деми, призывая и ее заткнуться.

– Ты мечтаешь уволиться с работы, чтобы посвятить свою жизнь визажу и вести блог о косметике. У тебя есть подруга Виктория и друг Финн, которые живут с тобой в одной квартире. Ты носишь черный бант, потому что он приносит тебе удачу. Ненавидишь морепродукты и называешь Коула необразованным парнем.

– Коул, что происходит? – Я чувствовала себя уязвимой, пока Деми сыпала фактами о моей жизни. Возможно, ей об этом рассказал Коул, но, по его словам, только Дин был близок с Деми.

А Дин и половины из этого не знал.

– Так, хорошо, ты только меня забыла или остальных тоже?

Мои глаза наполнились слезами. Я медленно отступала, думая лишь о том, что хочу вернуться в Бостон и привести мысли в порядок.

– Бруклин, остановись. – Коул следовал за мной, примирительно вскинув ладони. Я качала головой, не в силах выдавить и слова.

– Деми, поехали домой, – сказал Джек, но Деми что-то искала в своем телефоне. Когда она протянула мне его, я едва не потеряла сознание.

– Смотри.

На видео мы с Деми пили шампанское, пока Дин на заднем фоне танцевал в одних плавках.

– Иисус, надеюсь, ты закроешь на это глаза! – крикнула я и залпом выпила алкоголь прямо из бутылки. – Давай, необразованный парень, твой черед пить.

Я на экране забрала телефон и перевернула камеру на… Коула. Сердце лихорадочно забилось в груди, а осколки воспоминаний врезались в голову. Телефон выпал из моих рук, но Коул успел его поймать. Деми воспользовалась всеобщим шоком и юркнула в лифт. Дин и Джек рванули за ней.

Мир продолжал крутиться, но мою жизнь будто поставили на паузу.

Я не могла двигаться.

Я не могла говорить.

Я тупо смотрела на Коула и ждала, когда он объяснит мне хоть что-нибудь.

– Это монтаж? – охрипшим голосом спросила я.

Коул молчал, и страх с новой силой вцепился в мое сердце и сжал его.

– Я должен тебе кое-что рассказать.