Я уже вкратце освещал тему тараканов в общежитии, но, думаю, мало. Потому что самих тараканов, в пору моего проживания, в общаге было много.

Сколько человечество себя помнит, оно боролось с паразитами: еще полуобезьянами наши предки выискивали друг у друга на теле всяких там блошек и – к ногтю! Сейчас используют яды, генераторы каких-то конкретных частот и прочие достижения науки и техники. Однако цивилизация как таковая восторжествовала еще не во всех уголках нашей необъятной Родины. Это сейчас в студенческих общагах проводят глобальные дезинфекции, дезинсекции, а раньше проводили, разве что, очередную плановую дезинформацию по поводу повышения стипендии. И от тех же тараканов это абсолютно, ну прямо-таки вот никак, не помогало! Было как-то раз, что женский этаж (как правило, все первые этажи секций были женскими) договорился на собрании и общими усилиями траванул-таки паразитов! Верхние этажи (а бежать-то больше некуда), заваленные полуживыми очумевшими, и от того абсолютно бесстрашными, соседскими тараканами (в дополнение к собственным) устроили грандиозный скандал.

Подобных акций по борьбе с этими уже практически домашними животными больше не проводилось.

От долго совместного сосуществования студенты и тараканы вообще стали в конце концов перенимать друг у друга некоторые особо характерные черты, помогающие и тем и другим выжить в этом непростом мире. Тараканы начали становиться все хитрей и находчивей, обживать и осваивать сканеры, принтеры и иную оргтехнику. А студент, если после бурной ночной пьянки доберется по утру до питьевой воды (очищенной, ибо водопроводную воду в городе пили только старожилы, видимо им уже было все равно), то, подобно таракану, обязательно выживет, даже если до этого подобных надежд даже и не питал!

Таракан – та еще скотинка. Представьте себе удивление студентов, когда придя на лекцию по предмету под названием Радиоматериалы и радиокомпоненты (РМРК) они в том числе услышали и десятиминутную лекцию о тараканах. Оказалось, что у таракана есть какое-то природой данное устройство, которое может превращать целлюлозу в сахарозу. Иными словами, эта сволочь может спокойно есть обычную бумагу, а его организм будет делать из нее практически сахар, и прекрасно себя чувствовать.

Поговаривают, что в других общагах студенты с тараканами проводили настоящие эксперименты, ловя их и наклеивая на спины определенные метки, а потом отслеживали их миграции по общаге. Мы подобной фигней не страдали. Пока тараканы не наглели, мы с ними жили мирно, как только начинали делать попытки вытеснить нас из нашей же комнаты, предупредив соседей, травили их мелками, шприцами; выжигали с помощью аэрозолей и зажигалки, заманивали их в специальные ловушки с отравой – что-то из этого всегда помогало.

Тараканов мало кто боится, в основном они вызывают брезгливость или отвращение, а вот пауки или сороконожки лично у меня вызывают некоторый страх.

А в общаге водились и те, и другие. И если пауки – (пусть будут) насекомые довольно распространенные, и к ним хоть как-то привыкаешь, то сороконожки, особенно такие гигантские, как у нас в общаге, явление более редкое и посему несколько более устрашающее. Особенно, когда повернешься на кровати, расслабленный и готовый отойти ко сну, а она в паре сантиметров от твоего лица…

Нет! Я вовсе не пытаюсь оправдаться! Да, я орал дурным голосом, когда меня подобным образом напугало это огромное и чудовищное по своей несуразности насекомое! А что мне оставалось делать? Я паниковал. Я схватил первое, что попалось под руку – зажигалку – и стал пытаться подпалить агрессора! Сороконожка ретировалась. Прошло несколько минут прежде, чем я успокоился и снова вознамерился заснуть. Но спокойно заснуть мне в тот вечер было не суждено. Против всех ожиданий, сон мне испортили мои же соседи.

– Ты что, вот так вот просто спать ляжешь?

– То есть? А как мне не так спать ложиться? Сложно я спать не умею!

– Значит, ты думаешь, что если ты ее огоньком от зажигалки попугал, то она сейчас в норку забьется и от страха там помрет? Как бы не так! Она вернется! Она вернется, чтобы … мстить! Да еще и дружков прихватит!

Конечно же, все это были шутки, но из-за них я пару лишних часов проворочался под одеялом. Ворочался я так долго вовсе не из-за того, что такой впечатлительный, просто у нас в комнате (в данном случае описывается комната, в которой я жил на первом курсе) подобрались люди, которые шумели во сне. А именно: товарищ надо мной при каждом выдохе стонал, мы даже первое время в чем-то его подозревали, а потом привыкли: ну дышит так человек, что с него взять? Сосед напротив (мой земляк и даже школьный товарищ) довольно часто ворочался во сне, а кровать, как назло, ему досталась самая скрипучая. Товарищ, который спал над ним, грешил храпом, а иногда разговаривал во сне. Как-то раз он даже звал маму, звучало это очень мило, мы посмеялись, но ему об этом ничего не сказали…

Так что быстро заснуть под эту какофонию возможным не представлялось.

Что же касается пауков, то их всегда хватало и на улицах и в общежитии. На улицах даже один год на столбах весели объявления, что с украинских степей в таганрогские переселился какой-то вид смертельно опасных для человека пауков, и даже были фотографии этих гадов. На следующий и последующие года объявления эти не повторялись, видимо, не понравилось восьминогим у нас – вернулись обратно.

Общажные пауки были обыкновенными: черными, пузатыми и плетущими свои паутины. По осени, заезжая в общагу, после летних каникул, легко можно было понять, нарушал ли комендант устав, заселяя в твою комнату абитуру на время твоего отъезда. Если вся комната была в паутине, то жили в ней без тебя только пауки. Хотя, абитура тоже бывает разная: мы как-то, въехав, обнаружили пятилитровый баллон с мочой под кухонным столом… И, когда мы показали это непотребство старосте этажа, тот только и смог, что сказать: «Да, такого я еще не видел. Но ведь могло быть и хуже!».

Как-то посчастливилось мне приехать в общагу первым из жильцов нашей комнаты. «Посчастливилось» я говорю, не иронизируя, потому как мне действительно повезло, что всего за неделю до моего отъезда уехал навестить родных Рафик, и не все жизненное пространство комнаты успело покрыться паутиной.

Но, я заметил странную закономерность: плотность паутины на пути от кровати Рафика к двери была на порядок меньше, чем плотность ее же в остальных частях комнаты.

Вынужден сделать небольшое отступление от темы главы, чтобы кое-что пояснить: когда человек с техническим образованием говорит: «На порядок» – он и имеет в виду «на порядок», то есть в десять раз, а не в два-три. Ибо порой меня просто в жар бросает, когда кто-то говорит, что в небезынтересном для меня магазине цены стали на порядок дешевле. Сначала мозг автоматически вычисляет и дает организму импульс к радости, а уже потом включается здравомыслие…

Исходя из увиденного, сам собой напрашивается вывод, что у Рафика в силу его лени и непоколебимости просто не было желания ходить куда-то по комнате, кроме как от двери к кровати, иначе, как еще объяснить отсутствие паутины именно на этом маршруте?

Рафик вообще редко задумывался о комфорте: как-то над его кроватью треснуло оконное стекло, стало ощутимо сквозить. Мы подождали неделю, сходили к коменданту сделали заявку на замену стекла, а пока его не заменят, а не заменили до нашего съезда из общежития, заклеили трещину оконным скотчем. Рафик тогда посмотрел на это, склонив голову на бок, и пожал плечами. Эта ситуация дала нам много поводов для подтрунивая. Серега, когда долго не мог заснуть, поворачивался к Рафику и говорил ему что-то вроде: «Рафик, а вот ты не боишься спать под треснувшим стеклом? То, что ты не боишься спать под сквозняком, мы уже поняли, но есть же и другая опасность. Представь, что оно вдруг ночью выпадет из рамы и отрежет тебе… веки!

Прикинь, просыпаешься ты утром, хочешь открыть глаза, и не можешь – век-то нет!». В ответ на такие дружеские нападки Рафик всегда посмеивался и говорил: «Нормально!».

Но, вернемся-таки к паукам. Их в комнате было много. Очень много. Сначала с помощью веника я избавился от паутины, потом приступил к ее создателям, и все шло хорошо, пока на меня в самый разгар процесса выселения не упал с веника один из них. Не то, что бы я их прям так уж боюсь, но легкую панику это членистоногое, свалившееся мне на лицо у меня вызвало. Да что там легкую, я орал и прыгал… Веник был отложен в сторону, как орудие, себя не оправдавшее. Инженерная мысль работала четко и быстро. Я пошел стучать в двери комнат, где имелись пылесосы. Начал с друзей и не прогадал: уже через пару минут все пауки с потолка были засосаны пылесосом. Правда, после этого на потолке осталось несколько круглых мест одного диаметра лишенных штукатурки, но на эту малость внимания никто не обратил. Пылесос я вернул и только спустя годы меня посетила мысль: «а как же друзья потом мешок с пауками вытряхивали?!»

Глава 10 Чат

Когда человек испытывает какие-либо моральные потрясения (стресс, шок и т.п.) то помимо лекарств и специалистов помочь ему могут общение с природой, животными или другими людьми. С нормальными животными в общаге было туго, а вот природа в Таганроге, особенно для приезжего, конечно, равнодушным оставить не могла. Переезд в общежитие для многих был пусть и не большим, но стрессом: новые места, новые лица, новые правила, новые переживания – все новое. И вот ты проходишь километр, и ты уже на набережной и слышишь шум моря и видишь, как волны накатывают на берег пляжа. И тебе хорошо. И прочь уходят проблемы и заботы, и ты становишься одним целым с морем, пока кто-нибудь не вырвет тебя из его объятий, спросив который час, или пытаясь стрельнуть сигарету.

Именно на набережной чаще всего назначали встречу друг другу студенты и студентки, познакомившиеся в местном чате и решившие, наконец, посмотреть друг на друга «в реале».

Если смотрины, проходят более или менее удачно, то парочка может переместиться к «Титанику» – памятнику – катеру береговой охраны. Титаник – место очень романтичное уже из-за своего прозвища, которое дано катеру за то, что на его носу можно стоять раскинув руки и… в общем, понятно. Расположен памятник недалеко от набережной, их разделяет порт. Вот именно из-за порта романтические встречи порой становятся еще более романтическими, если вдруг неподалеку пробежит портовая крыса, а девушка умиленно скажет, указывая в ее сторону: «Ой, белка!». «Да, белка» – немного фальшиво подтвердит молодой человек.

Общажный чат называется Мирка, есть там канал hostels (общаги) и на нем сидят несколько сотен человек из уже семи радиковских общежитий. Особо заядлых «сидельщиков» называю миркоманами. Периодически миркоманы организовывают встречи, на которых они представляются друг другу своими никами, а не именами, так как ник всегда гораздо красноречивей имени, даже если он и берется от обратного. В этом чате и на этом канале хоть раз, но сидел каждый житель общаги. Некоторые сидят в нем от безделья, некоторые жаждут общения, а некоторые просто хотят познакомиться или прогуляться с неглупым собеседником (желательно противоположного пола).

В сидении в чате есть одна неоспоримая польза – очень быстро учишься набирать текст. Настоящие миркоманы – сродни стенографистам. Они могут поддерживать нормальную живую беседу сразу с тремя четырьмя людьми, неподозревающими о том, что их собеседник общается с кем-то еще.

В Мирке легко было найти друзей по интересам, конечно, большинство студентов сидело на местном канале, но ведь каналов-то было очень много – несколько сотен, и большинство из них были тематическими: канал для игры в мафию, канал-викторина, канал для меломанов и пр.

Кстати, в общаге всегда почему-то полно меломанов: самая разнообразная музыка всегда доносится из любой открытой двери. Музыка в общажной комнате замолкает только, когда смотрят какой-нибудь фильм, в других случаях – нет. Она играет и днем, и ночью. Под какую музыку я только не спал. А вот под бразильский рэп заснуть не смог: часа два ворочался, пока не встал и не сменил плейлист в винампе.

Чат настоящая находка для ленивого или стеснительного экстраверта. Казалось бы – «лень», «стеснительность» и «экстраверт» очень плохо между собой сочетаются, но жизнь и не такое сочетает.

То, что ты общаешься по сети с человеком, который находится от тебя на расстоянии самое большее – одного километра, вовсе не говорит о том, что ты деградируешь, как личность. В подобном общении есть своя изюминка. С одной стороны, ты не видишь собеседника и его реакции на свои слова и тебе легче с ним общаться на нелегкие для тебя темы. С другой стороны ты не позволишь себе в разговоре действительно чего-то лишнего, ибо в случае серьезного оскорбления человека, он тебя довольно легко вычислит и найдет в реале (что не раз бывало).

Собеседнику в чате можно рассказать о себе такое, чего не расскажешь и лучшему другу. Ты не видишь его, он не видит тебя, для него твоя история безлика. Это что-то сродни синдрому попутчика, когда практически незнакомому человеку выкладываешь всю свою подноготную, зная, что больше никогда в жизни вы не увидитесь.

В чате проще найти родственную душу, поскольку глаза не отвлекаются на внешность. Все говорят, что главное – это богатый внутренний мир, но мало кто станет изучать внутренний мир непривлекательного с первого взгляда человека. А в чате тебе и изучать-то больше нечего.

Хотя обман фотографиями в Мирке шел вовсю. Стоит ли говорить о том, как часто фотографии не совпадали по «хорошести» с оригиналами? Девушки за первый год проживания в общежитии в большинстве своем несколько поправлялись. Связано ли это с нарушением режима питания, или с гостями, приходящими вечером на чай и приносящими всякие сахаросодержащие вкусняшки, не известно.

Кстати, «вкусняшкой» могли называться и сладости и водка, такое вот разностороннее понятие.

Некоторые девушки потом вес сбрасывали, а некоторые – нет. Но тем, которые вес не сбросили, никто не мешал отсылать фотографии с изображением себя прошлой. И, по сути, лживыми их поступки назвать было нельзя, так как они отсылали именно свои «фотки».