Галя возвращается домой через несколько дней после Есенина. Но в квартире нет ни его вещей, ни его самого. Подруги говорят, что он жил тут пару дней, но друзья настоятельно уговаривали его съехать. Он и послушался.

«Ночью С. А. разбудил Олю укладывать его вещи, – вспоминает Бениславская, – Получив отказ, сложили сами и утром, в 8 ч., взяли подводу и перевезли всё к Наседкину. Потом оказалось, что С. А. рассказали, будто бы я изменяла ему со всеми его друзьями, как, например, с Ионовым. Рассчитано было прекрасно. Вероятно, план исходил от Сахарова».

Это был новый и последний виток войны Гали с «нищенствующей братией». Каждый из друзей стремится быть главным опекуном Есенина. Василий Наседкин влюблён в Екатерину Есенину и хочет на ней жениться. В перспективе он мог стать родственником великого поэта. Быть лучшим другом брата своей невесты – вполне понятная цель. Другой ревнивец, Александр Сахаров, хранит у себя в квартире все есенинские бумаги и тоже чувствует себя частью великой личности.

– У него мой архив, у него много в Питере хранится. Я ему всё отдаю, – говорил Есенин о Сахарове.

Галя – литературный секретарь, близкая подруга и именно в её квартире живёт Есенин. Все эти аспекты вызывают неимоверную ревность у друзей, стремившихся полностью подчинить себе Есенина. Галю нужно срочно «убрать». Из воспоминаний Бениславской:

«Соображения Наседкина о препятствии в моём лице привели к тому, что он с Сахаровым начали целый поход против меня, воздействовав на самое больное место С. А., не раз говорившего мне: "Вы свободны и вольны делать что угодно, меня это никак не касается. Я ведь тоже изменяю вам, но помните – моих друзей не троньте. Не трогайте моего имени, не обижайте меня. Кто угодно, только чтоб это не были мои друзья". Они подсунули ему клевету о том, что я будто бы изменяла <ему> с Ионовым. Конечно, тут уж С. А. не мог не обозлиться».

Зная эмоциональность и импульсивность Есенина, легко представить его реакцию.

Вечером, 13 июня, Есенин пьяный приходит к Гале. Он порывается «расправиться» с ней и грозится набить морду. А ведь ещё два года назад Галя была для него самым близким человеком, которому он рассказывал о самом наболевшем. Любые сплетни и нападки на неё Есенин воспринимал, как оскорбление в свой адрес. Долгое время между ними было взаимопонимание. Но мнительность Есенина дошла и до Гали. Когда-то на этом месте был Мариенгоф и многие другие друзья. В силу подросткового эгоцентризма Есенин не способен поставить себя на место Гали и посмотреть на ситуацию со стороны. Он ведом только своей обидой. О случившемся Галя 15 июня напишет Екатерине Есениной:

«Из его слов я поняла, что изменяла ему направо и налево с его же друзьями, в том числе с Ионовым, но, главное, что, изменяя, я называла себя тем, с кем изменяла, <его> женою Есенина – трепала фамилию. […] Я сказала, что нам не о чем больше разговаривать».

Этот разговор порвал в Гале веру во всё человеческое, что когда-то было у неё в сердце. Вся искренность и любовь были смыты волной глубокого разочарования. Она столько для него сделала: приютила, кормила, решала его творческие проблемы и вытаскивала из милиции. Она любила! И вот его благодарность. Вот чем он ответил. Хватит! Теперь ей всё равно на его жизненные трудности. Она ничем больше не обязана. Если бы Сергей прознал про её бурный роман с «Л.», то она легко снесла бы эти претензии, но…

«…всю эту дикость, – продолжает она в письме Кате, – проявленную в отношении меня за несуществующие преступления, я не могу простить. Право же, я заслужила более человеческого отношения к себе. Вот это меня и оскорбляет – какая дрянь сочинила, и он, даже не узнав, в чём дело, огульно обвиняет меня. Ну и чёрт с ним, если он такой дурак».

В этом месте я позволю себе сделать лирическое отступление и обратиться к Сергею и Станиславу Куняевым – авторам биографической книги о Есенине в серии ЖЗЛ[42]. Вот как они описывают последнюю ссору Есенина с Галей:

«Когда до поэта дошло известие, что у Бениславской серьёзный роман с Львом Седовым, он просто взбеленился.

Раньше он с порога отметал всякие нашёптывания насчёт того, что его подруга служит в ВЧК и что с ней надо быть поосторожнее. Не верил никаким слухам о возможной слежке за собой с её стороны – знал Галину достаточно хорошо. Но сын Троцкого! Опять его пытаются затянуть в какое-то пакостное болото. Достаточно одной Берзинь, у которой личные отношения всегда сопровождаются "политикой". Но от Бениславской не ожидал…»

Я просто не смог пройти мимо данного отрывка.

Хочется задать авторам вопрос: а вы откуда вообще в данной ссоре вытащили сына Троцкого и ВЧК? В нашем распоряжении имеются и воспоминания, и переписка Гали с Екатериной Есениной. Именно на основании этих материалов мы сегодня и знаем о существовании этой ссоры и отсюда выстраивается логика событий. В этих материалах много говорится о ближайших друзьях Есенина, но нет ни слова про Льва Седова и ВЧК.

Я напомню читателям, что зимой у Бениславской был роман с неизвестным Л. Версия, что под литерой Л. скрывается сын Троцкого, Лев Седов, не получила подтверждения, поэтому эта личность осталась в есениноведении загадкой. Во-вторых, в том же письме Екатерине Бениславская пишет:

«Думаю, ты помнишь и другое: что я хотела ему прямо сказать про Новогоднюю историю и всё прочее, но ты отговорила».

Здесь мы узнаём, что Есенин ничего не знал о её романе с Л. Также Галя добавила:

«Это единственное, в чём я чувствую себя виноватой, но только в том, что не сказала, а не в том, что сделала».

Можно с уверенностью сказать, что Куняевы выдумали про сына Троцкого при описании ссоры. Но зачем?

Дело в том, что Куняевы являются сторонниками версии убийства Сергея Есенина и в своей книге выстраивали именно эту концепцию. Вплетая в биографию историю со Львом Седовым, они как бы подчёркивали, что Есенина затягивали в политическую воронку, из которой, по мнению авторов, он уже никогда не выберется. А это лишний повод подтолкнуть читателя к нужной для авторов версии. То есть перед нами типичная психология всех адептов от убийства – выдумки ради красивой версии. Но, сопоставляя факты, мы видим, что в политику Есенина затягивали не при жизни, это делают сегодняшние авторы. В реальности ссора имела исключительно личностной характер. Бениславская вспоминала когда-то сказанное ей Есениным:

«Вы свободны и вольны делать что угодно, меня это никак не касается. Я ведь тоже изменяю вам, но помните – моих друзей не троньте. Не трогайте моего имени, не обижайте меня. Кто угодно, только чтоб это не были мои друзья».

Именно подброшенная клевета об изменах с ближайшими друзьями и заставила его прийти к ней на разборки. Их скандал слышат все жители квартиры. Софья Виноградская даже выходит в коридор, заслышав ругань:

«Он вышел из её комнаты и в коридоре сказал себе вслух: "Ну, теперь уж меня никто не любит, раз Галя не любит"».

Рассорившись с Бениславской, Есенин теряет последнего, самого близкого к себе человека и важнейшую опору в жизни. Галя была не просто родной и близкой по духу. Она являлась важнейшим звеном в его литературной деятельности. Но теперь и она отвернулась. Есенин понимает, что потерял близкого человека, но мириться не собирается. Он обижен и им руководит гордыня. Современники вспоминали, что расставание с Бениславской стало одной из многих причин, приблизивших Есенина к смерти.

Теперь у него осталась последняя надежда – Софья Толстая.